Варнак. Книга седьмая (СИ)

— Ты безмозглый кусок дерьма, что ты скажешь в своё оправдание, или тоже будешь говорить, что во всём виноваты слуги Хаоса? — проревел стоявший перед ним, с окровавленным мечом в руке Хан.
— Великий Хан, нет оправдания нам, мы все подвели тебя, но есть ещё шанс всё исправить, я пытался пробиться к вам, но старшие советники велели не пускать меня, а ведь я хотел предупредить о возможном провале. Однако позволь предоставить новый план, как наказать мятежного барона, возомнившего себя князем и решившего, что он хозяин на ваших землях, — не поднимая головы произнёс советник.
  
— Говори! — немного успокоившись, произнёс хан и протянул меч своему телохранителю, что говорило о готовности господина слушать.
— Я провёл анализ всех донесений, в том числе и младших офицеров, сопоставил данные разведки и шпионов внутри княжества. Могу сразу сказать, что стандартными методами, прямо сейчас княжество не захватить. Недавно он захватил Иркутск, отбив его у китайской армии, а перед этим создал вокруг города аномальную зону без магии. Сейчас он начнёт перевооружать армию и строить новый воздушный флот. Я считаю, что мы также должны перевооружить нашу армию, используя механические арбалеты, улучшенные доспехи и щиты, а также разбив армию на сотни или даже тысячи мелких отрядов, которые захватят земли барона. Ни в коем случае нельзя собирать отряды численностью больше ста единиц, чтобы не потерять их при возможном налёте воздушных шаров. Нашим разведчикам удалось захватить два таких шара, и их конструкция настолько примитивна, что такие шары смогут изготовить в любом кочевье, не говоря уже о поселение. Достаточно простые и недорогие в изготовление, они смогут противостоять воздушным шарам русов, нужно только сделать их в несколько раз больше. Сейчас у них от сотни до трёх сотен шаров, через месяц, они изготовят не меньше тысячи, значит, нам нужно создать флот из десяти тысяч шаров. Я подготовил эскизы, прошу позволения показать их вам, чтобы было более понятно, так как словами трудно объяснить придумку этих северных варваров, — не поднимая головы, произнёс советник.
— Хорошо, жду тебя через час с докладом, а пока пусть приведут русских рабынь, — сказал Хан, возвращаясь за свой низкий стол, украшенный яствами, по пути сделав знак, чтобы трупы убрали из зала. Его тактика устрашения сработала и в этот раз. Стоило показать, что ждёт нерадивого советника, как тот сразу начинал фонтанировать идеями, многие из которых оказывались дельными, осталось решить, какую казнь придумать этому барону, рискнувшему бросить вызов его армии.
Окрестности Москвы. Дворец Распутина.
— Докладывай последние новости, надеюсь тебе есть чем меня порадовать? — спросил Распутин, развалившись на низком ложе, по аналогу римских императоров, картина которых висела тут же. Она в точности копировала ту обстановку, которая царила в тронном зале.
— Господин, пока радостных новостей нет. На западе, граф Суворов и Князь Долгоруков, продолжают неспешное наступление, медленно беря контроль над поселениями. На западе монгольская армия и армия императора Цинь остановили экспансию, развернувшись обратно. Мятежный барон, объявивший себя князем, смог разбить обе армии, и сейчас они перегруппировываются, собираясь нанести ответный удар. Есть точные данные, что барон захватил Иркутск и собирается использовать его для перевооружения армии. Также подтвердилось, что он использует артефакты подавления магии, используя ядро планеты в качестве накопителя.
— Безумец, как он собрался жить без магии. Сорок лет, столько жили в среднем по стране, до того момента, как в наш мир пришла магия и появились целители. Сейчас маг может спокойно прожить две сотни лет. Неужели он думает, что аристократы поддержат его. Да они сами убьют его, когда поймут, что он несёт угрозу их положению и ограничивает срок их жизни. Ха, а ты говорил, что нет хороших новостей, но ты продолжай, — прервал его Распутин.
— Да, господин, вы совершенно правы, к нам в канцелярию пришли письма от глав аристократических родов, сто живут на западном побережье Байкала и ближе к Центральной России, они просят вас взять их под свою руку и готовы даже финансировать вашу армию, лишь бы вы остановили распространение анимагической зоны.
— Отлично, овцы сами идут на стрижку! Приглашай их срочно в Москву, поговорю с ними, а после решу, кого оставить, а кого нет, — довольно ответил Распутин.
— Господин, вам срочное письмо, от того самого человека, — прокричал вбежавший в покои слуга.
— Точно от того? — взволнованно переспросил он.
— Всё как вы описали и я просил показать силу, он… там был чистый Хаос, как показывали вы, — очень взволнованно ответил слуга.
— Все выйдете, оставьте нас одних, — крикнул слуга, и Распутин, дождавшись, когда все уйдут, осторожно взял письмо с золотого подноса.
— Вот, значит как? Ну, что же, Елизавета Петровна не так ещё и стара, почему бы и нет, — тихо проговорил он, прочитав послание, после чего, вызвав разноцветный огонь, отображавший чистый Хаос, превратил письмо в пепел.
— Какие будут указания, господин, — низко поклонившись, спросил его личный слуга, переживший с ним очень многое.
— Готовьтесь к свадьбе, она должна быть самой дорогой свадьбой за всё время существования империи.
— К свадьбе? Ног с кем? — удивился слуга.
— Императрица желает заключить мир и готова пойти на уступки, мне достанется восточная часть империи, а ей центральная и европейская, но зато мы сохраним контроль над магической академией, а я всю жизнь мечтал преподавать. Они точно знали, что мне предложить, и это радует. Главное, что слуги Хаоса получат официальный статус в империи, их гонения прекратятся, а орден Инквизиторов запретят. Отличная новость, это нужно отпраздновать! — радостно воскликнул Распутин, сжигая письмо в огненном вихре чистого Хаоса.
Окрестности Бреста. Ставка Генерального Штаба.
— Ваша светлость, к вам посланник с личной печатью императрицы Елизаветы Петровны, — громко заявил вошедший на совещание дежурный.
— С личной печатью? — раздался возглас одного из генералов.
— Так императрица жива? — воскликнул другой.
— Проводите его в мой кабинет, я приму его лично с князем Долгоруким, — произнёс Суворов, немного задумавшись, после чего добавил, — Прошу меня простить, мне нужно переговорить с посланником.
Через пять минут в кабинет к Суворову, где присутствовал князь Долгоруков, завели молодого аристократа, охрана осталась снаружи, как только он показал перстень, на своей руке.
— Да, несомненно, это личная печать императрицы, и раз он работает, значит, она жива, но мы в этом собственно, и не сомневались. Что хочет, её императорское величество? — спросил князь Долгоруков, когда приложил свой родовой перстень к перстню посланника.
— Вот, вам приказ, все инструкции внутри, вскрыть вы обязаны при мне и передать на словах, что приступите к немедленному выполнению, — произнёс мужчина в идеально выглаженном костюме из очень дорогой ткани.
Взяв из рук пакет, князь внимательно его осмотрел, а затем приложил палец к сургучной печати, которая носила рунические знаки. Внимательно прочитав, передал письмо графу Суворову.
— Что? Отправиться на Восток и арестовать барона Аврова? Это какой-то бред, если бы не он, империи давно бы не было. Да он сделал для неё больше, чем все остальные, — возмутился Суворов.
— Это было ожидаемо, поэтому Её Величество передала ещё одно письмо, лично князю Долгорукому, — произнёс посланник и, достав ещё одно письмо, передал его князю.
  
Вскрыв письмо и прочитав дважды, князь бросил его на стол и закрыл глаза.
— Мне приказано арестовать вас, граф, как изменника и пособника мятежу, — произнёс князь и, открыв глаза, посмотрел на графа.
Минуту они играли в гляделки, как будто мысленно общаясь, после чего, граф едва заметно кивнул и князь, встав, громко сказал,
— Охрана!