Вторая жизнь Арсения Коренева. Книга пятая (СИ)
По пути всё расспрашивала вполголоса, что мне известно об этой женщине, так как сама никогда о Ванге не слышала. Я не слишком много и сам знал, поскольку всерьёз болгарской провидицей в прежней жизни не интересовался. Так, попадётся где-то статейка или упоминание о ней — прочитаю, или там, к примеру, документальный фильм показывали как-то, тоже посмотрел. Но в глубине души всё же считал эту Вангу если и не пройдохой, то как минимум одной из многочисленных так называемых ясновидящих, дающих туманные прогнозы, которые можно трактовать и так, и этак. Что ж, посмотрим, чем она меня удивит.
Хотя, честно сказать, и так удивила, если довольно точно описала мои приметы местным чекистам. Другое дело — на кой ляд я ей понадобился? Этот вопрос волновал меня куда больше, заставляя мозг биться в догадках. Чем для меня закончится эта встреча?
Сделали остановку в придорожном кафе. Михайлов отплатил угощение, хоть я и пытался заплатить сам. Водитель же с нами не пошёл, достал термос и бутерброды, а к нашему возвращению уже мирно подрёмывал, натянув на лицо кепку.
Петрич оказался небольшим городком типа Приморско. Ванга обитала в двухэтажном доме с одноэтажной пристройкой, в окружении зелёных насаждений и с выложенными камнем между ними тропинками.
Мы вошли в холл — по-другому это место трудно было назвать, где нас встретила самая настоящая секретарша. Её осанка и внешний вид подсказали мне, что она наверняка тоже при каком-нибудь звании.
— Подождите здесь, я предупрежу Вангу, что вы приехали, — сказала она нам. — Можете пока журналы почитать в этих удобных креслах.
И поднялась на второй этаж. Вернулась минуту спустя.
— Поднимайтесь. Но только мужчины, женщине Ванга велела оставаться здесь.
Я посмотрел на Риту, пожал плечами, мол, я тут сам гость.
— Ступай, — улыбнулась она, правда, как-то не очень весело. — Я пока журналы полистаю. Уже вон на «Бурду» глаз положила.
Поднимался по лестнице почему-то с чувством, будто иду на эшафот. Ещё больше усилилась тревога от неизвестности. Что же ей всё-таки от меня понадобилиось…
На втором этаже было три двери. Перед одной из них сопровождавший меня Михайлов задержался, посмотрел на меня.
— Я сегодня в роли переводчика. Ванга — женщина простая, обращайтесь к ней просто баба Ванга. А когда войдёте, можете поздороваться на болгарском, это будет звучать как здравейте. Ей будет приятно.
Старушка сидела в кресле-качалке лицом к окну и спиной ко входу. Словно бы она могла видеть то, что происходит снаружи. При нашем появлении — всё-таки мы произвели некоторый шум — она подняла руку и, не оборачиваясь, произнесла:
— Ти дойде.
Я, чуть замешкавшись, сказал:
— Здравейте, Баба Ванга!
— И ти да живееш, руски гост!
Она наконец соизволила довольно ловко развернуться вместе с креслом, демонстрируя впалые, почти прикрытые веками глазницы на испещрённом морщинами лице. Голову Ванги украшал цветастый платок, а одежда слепой провидицы была самая что ни на есть деревенская, причём тёплая, хотя на улице было под тридцать градусов жары. Ну да у старых людей сосуды уже не те, что в молодости, оттого и мёрзнут, особенно конечности. Вон на ногах шерстяные носки.
Обстановка в комнате, кстати, была чуть ли не спартанской. Минимум мебели, правда, деревянной, и искусно обработанной, словно бы из одной мастерской. Кровати не было, значит, это что-то типа рабочего кабинета.
— Седна. Както вие, руснаците, казват, в краката ви няма истина.
— Садитесь, — перевёл вкратце капитан, хотя в принципе я понял исконно русскую поговорку.
Я уселся в предложенное кресло. Михайлов устроился на стуле с мягкой обивкой, и в результате из троих людей, присутствующих в комнате, образовался практически равнобедренный треугольник.
На какое-то время повисло молчание, только было слышно, как за окном щебечут о чём-то своём беспечные птички. Казалось, Ванга разглядывает меня, хотя я понимал, что слепая этого делать не может. Наверное, руководствуется каким-то шестым чувством.
— Сънувах те вчера, — наконце проскрипела бабка. — И мястото, където се намираш, сънува, и жена ти… Между другото, тя вече е претърпяла, до пролетта ще роди момче.
Я выразительно посмотрел на капитана. Тот кашлянул, перевёл:
— Говорит, увидела вас во сне вчера. И жену вашу тоже. А также место, где вы остановились.
— Но най-важното, заради което те помолих да дойдеш тук, са необикновените ти способности. Дори сляп виждам светещия ти силует. Ти си белязан от Божия печат.
— Попросила вас привезти сюда из-за вашей необычной способности. Говорит, даже незрячая видит ваш светящийся силуэт, и что вы отмечены печатью Бога.
Однако… Всё страньше и страньше, как говаривала незабвенная Алиса, попав в Зазеркалье.
— Големият човек начело на велика държава е болен. На него му остава толкова много нге и след него великата страна ще започне да умира. Имате способността да лекувате хората. Ако помогнеш на големия човек, ще спасиш страната. Нямам какво повече да кажа.
И она снова повернулась к окну, явив мне свою обтянутую платком макушку. Я непонимающе посмотрел на Михайлова, тот пожал плечами:
— Она всегда изъясняется довольно туманно… В общем, Ванга говорит, что какому-то большому человеку во главе великой страны недолго осталось. А как он умрёт — страна начнёт разваливаться. А вы обладаете неким даром, способностью исцелять людей, и можете ему помочь продержаться подольше. Иногда она говорит странные вещи…
После чего сделал знак, мол, идём на выход. Однако я решил немного задержаться.
— Одну минуту! У меня для бабы Ванги небольшой презент.
С этими словами я извлёк из портфеля бутылочку с заряженной водой.
— Здесь вода, но непростая. Я над ней немного поколдовал, если можно так выразиться. Она целебная, её можно пить для профилактики по стакану в неделю. Пусть баба Ванга сделает при нас хот я бы один глоток и поделится ощущениями.
Капитан замешкался, приняв у меня бутылку, затем всё же сказал что-то Ванге. Та снова развернулась к нам.
— Лечебна? Е, налей ми чаша.
Михайлов налил в чашку с цветочком на боку, подал старухе. Та сделала небольшой глоток, почмокала губами, затем ещё глотнула, и с третьего раза опустошила чашку до дня. В молчании прошло с полминуты.
— Тя наистина е лечебна, — наконце сказала Ванга. — Ти си наистина необикновен човек. Върви с Бога и не губи дарбата си напразно.
— Идёмте, — подтолкнул меня к выходу капитан.
— Что у вас там было? — спросила Рита, когда мы спустились вниз.
— М-м-м… Давай дома расскажу. Вернее, в пансионате.
— Поняла, — кивнула она, покосившись на Михайлова.
Тому я передал флакончик с «живой водой», мол, путь Ванга попьёт на будущее для общеукрепляющего эффекта. Хотя, так думается, и того, что она уже выпила, должно хватить надолго.
Рита уже была на ногах. Взгляд её вопрошал, мол, что там было? Я ей улыбнулся и быстро подмигнул, как бы отвечая, что поговорим позже.
— Ну что, в гостинице переночуете? — спросил Михайлов. — Можно, конечно, сразу обратно ехать, водитель должен был уже дозаправиться…
— По мне уж лучше нормально переночевать в гостинице, — сказал я. — А ты, милая, что выдираешь?
— Я предпочитаю спать в мягкой постели, а не на заднем сиденье машины.
Местная гостиница под названием «Борислава» была небольшой и уютной. И номер таким же оказался, но, будучи семейным — с двуспальной кроватью, цветным телевизором и санузлом. Михайлов с нами попрощался, сказав, что в 8 утра нас будет ждать машина. Он уже в Приморско не поедет, доверит нас сегодняшнему водителю.
Едва мы остались одни, как Рита накинулась на меня с расспросами, мол, что сказала бабка, рассказывай уже наконец.
— В общем, дело такое… Говорила она слегка иносказательно, но суть такова, что Ванга откуда-то знает, что я обладаю способностью к исцелению, и могу поправить здоровье большому человеку во главе великой страны. Надо думать, великая страна — это СССР, а большой человек — Брежнев.