Путь Чжао (СИ)
Абордажнику пуля руку не оторвала, но заставила сбиться с шага, и Виктор, выстрелив в последний раз, бросил револьвер прямо в шлем землянина. Тот не купился, и подшагнул прямо и влево, махнул топориком.
Виктору повезло, абордажника подвела поврежденная нога, и шип на обухе пролетел мимо верхнего сегмента брони. Но продолжая движение, землянин крутанул топорик, и всадил его Виктору в колено правой ноги.
Нога у Виктора подломилась и поэтому пробойник из левой руки сработал вхолостую, вернулся обратно в предплечье не задев врага. А землянин, вырвав топорик, повел его на новый удар. И Виктор, не успевая увернуться, или поставить блок, немного довернул корпус, принимая удар на на левый наплечник.
Поставленный удар, масса абордажной брони и сила искусственных мышц сыграли с землянином злую шутку. Острие на обухе пробило наплечник, мощь удара вбила Виктора в палубу, подломив поврежденное колено, зато левая рука оказалась там где надо. Виктор без замаха прислонил кулак к правому боку абордажника, и активировал пробойник. Прямо в печень!
И сразу-же, толкая себя правой ногой, кулаком в правый бок, выбивая абордажника из равновесия. И снова пробойником в печень.
- Сдохни 該死! - утробно зарычал Виктор.
Он раз за разом активировал пробойник, а когда тот перестал грохотать, начал просто бить кулаками, оставляя вмятины в земной броне. Землянин вместе со скафандром весил при стандартном граве килограммов 350, но усиленная искусственной мускулатурой ярость Виктора опрокинула его на спину. И Виктор бил, с каждым ударом чувствуя, как нарастает ярость.
Он остановился, лишь поняв, что абордажник под ним уже давно не двигается. Ярость уходила, оставляя после себя опустошенность, да еще и пришло понимание, насколько сильно пострадали коленные суставы экзоскелета. Правое колено, куда пришелся удар топора практически не двигалось, сгибаясь на считанные градусы, да и левое хрустело все сильнее, и все медленнее реагировала на команды тела.
Отталкиваясь руками, Виктор сполз с лежащего на спине абордажника.
- О-о-о. - без особых эмоций протянул он, глядя на труп. - Вот это я отжег.
Дыры в правом боку сливались в одну внушительную дыру, откуда уже начинала вытекать кровь, а груди и шлем выглядели так, словно по ним долго били тяжелым молотом. Судя по виду, абордажнику начисто разворотило печень, и как минимум сломало лицевые кости.
- Надо бы добить. - пробормотал он.
- Контроль сделай.
Голос покойного Хуанди застал Виктора врасплох. От испуга он дернулся и слишком сильно оттолкнувшись руками от палубы, взмыл почти до самого потолка.
- Хуанди?! - Виктор справился с собой уже почти коснувшись палубы. - Живой?
- Это временно. - равнодушно сообщил Хуанди и повторил, - Сделай контроль.
Виктор огляделся, нашел улетевший далеко по коридору револьвер, посмотрел на валяющуюся за трупом винтовку.
- Клевец возьми, - посоветовал неподвижно лежащий Хуанди. - Винтовка тебя не опознает.
- Клевец? - не понимая, переспросил Виктор.
- Топор с шипом. Шип, как твой пробойник, бей им.
Топор лежал рядом с землянином. Виктор на коленях подполз к нему, взял в руки, осмотрел оценивая. Топор, как топор, Виктор видел такие в исторических играх. Вытянутое полукруглое лезвие, длинный изогнутый шип, рукоять чуть более полуметра. Кажется в играх такое оружие называлось как-то иначе, но пусть будет клевец.
Виктор встал на колени, повернулся к землянину и примериваясь, взмахнул клевцом, целясь в мятый шлем. Он боялся, что замаха не хватит для пробития, но коснувшись шлема, шип вроде как начал уходить вглубь обуха, а потом раздался хлопок, руку чуть дернуло, а клевец застрял внутри. Виктор дернул его обратно, и тот со скрипом раздирая металл, вышел наружу. Оставив за собой аккуратное овальное отверстие. Тело абордажника даже не шелохнулось.
- Готово, - машинально доложил он, и встрепенулся. - Хуанди, как ты?
- Дыра в боку, перебит позвоночник, внутреннее кровотечение, - меланхолично перечислил Хуанди, - Медсистема меня пока держит, но это ненадолго. Все кишки в кашу, сам понимаешь.
- Твою ж мать, - начал было Виктор, но Хуанди его остановил.
- Не матерись, слушай сюда. На носу все чисто, на корме похоже тоже, линкор наш. Мы заперли остатки экипажа в кают-кампании, там, как ты помнишь проблемы с жизнеобеспечением.
- Так их надо спасти! - вскинулся Виктор. - Перевести сюда, на корму, тут все работает.
- Отставить! - в голосе Хуанди промелькнули тени эмоций. - Их почти тридцать человек, а твоя броня повреждена, ты с ними не справишься.
- Оставить людей умирать?! - начал закипать Виктор. - Я знаю, что это такое, я уже подыхал без воздуха, и даже земляне такого не заслуживают!
- Ты один, их 27, они опытные космонавты, не хотят в плен и знают этот корабль куда лучше тебя. Точка рандеву через шестнадцать дней, ты столько не вытянешь. А потерять линкор, ради которого мы все полегли обидно. - в груди капитана с позывным Хуанди все явственнее клокотала кровь, - Чжао, найди аварийные клапаны тех отсеков, и сбрось атмосферу. Мы не успели. Так надо, корабль не должен достаться Земле.
Голос Хуанди слабел, и последние его слова Виктор едва разобрал. А вскоре интерфейс его скафандра немного изменился, в нем добавились новые пункты, а по низу, где раньше был выбор каналов связи, появились черные иконки, подписанные позывными бойцов. Хуанди умер и боевая сеть подразделения передала Виктору функционал командира отряда. Как самому старшему по званию из выживших, последнему.
- Принимаю командование, - машинально произнес Виктор уставную фразу, и нервно засмеялся. - 該死,это становиться традицией!
Он попытался подняться на ноги, но правое колено практически не работало, и Виктор, наспех осмотрев сочленение, понял, что его навыков механика тут не хватит. Клевец сначала пробил прикрывающую сочленение пластину брони, а абордажник, выдирая его обратно, эту пластину вырвал, буквально распотрошив сустав. Чудо, что удар клевца не добрался до плоти, но герметичность «Мо Гуэй» в том месте потерял.
- Приехали. - прокомментировал Виктор, прекратив попытки встать.
Он прицепил трофейный топор-клевец себе на пояс, и опираясь на руки, двинулся к валяющемуся вдалеке револьверу. К нему еще оставалось два запасных барабана, а без ствола Виктор чувствовал себя неуютно. Хоть Хуанди и сказал, что абордажников помножили на ноль, полной уверенности в его словах у него не было. Вдруг там внизу уцелел еще какой подранок. В покалеченной броне и без огнестрельного оружия Виктор с ним точно не справиться.
А еще оставались почти три десятка пленных. Их заперли, но при наличии времени даже Виктор пожалуй нашел бы способ выбраться из опечатанного отсека. Кают-кампания, это не тюремная камера, ее не проектировали сдерживать заключенных. Вскрыть воздуховод и отогнуть тонкий металл переборок, сделать из обломков мебели рычаг и выломать люк, способов было много. А значит следовало поторопиться. Вот только без ног подняться на сорок этажей будет непросто даже при нынешнем ускорении.
- Да и костюмчик у меня теперь дырявый. - нахмурился Виктор, ища варианты. - Ну и в пыль его!
Заставив «Мо Гуэй» открыться, и отцепив от поддоспешника трубки, он выбрался наружу. В воздухе до сих пор пахло гарью от пожара внизу, и Виктор не удержавшись, чихнул. Смесь горелого пластика и жареного мяса забивала нос. Даже после двух сбросов атмосферы в горящих отсеках, система очистки воздуха все еще не справлялась.
- Мне нужен скафандр! - Виктор старался не думать о том, запах какого жаренного мяса он ощущает. - Отставить блевать, старшина!
Оставив «Мо Гуэй» в коленопреклоненной позе, Виктор заковылял в серверную. Как и всегда после стресса, его начало чудовищно сильно клонить в сон, а медсистемы брони у него больше не было. Так что скафандр требовалось найти как можно быстрее.
К счастью, идеология компоновки марсианских и земных кораблей почти не отличалась. Три столетия работы и жизни в пространстве научили людей многому, и выводы все сделали одинаковые. Держи скафандр на рабочем месте, сделай скафандр доступным любому, кому он понадобится, и главное, аварийный скафандр должен быть безразмерым! Последний пункт радовал Виктора больше всего, очень уж низкорослыми обычно были земляне.