Путь Чжао (СИ)

- Оружейная, после первого выдать еще три залпа, корректируя прицел по траектории.
- Да капитан. Вношу программу.
- Реакторная! Всю мощность потока на перезарядку оружейных накопителей! Отключить радиаторы, видимые со стороны противника.
Ответа Виктор не услышал, энергетик ответил капитану приватно. Но смысл приказа был понятен и так. Выключив из работы часть видимых противнику радиаторов, они маскировали неизбежный при стрельбе нагрев. Без половины излучающих поверхностей они конечно потеряют в эффективности рассеивания, но на несколько залпов такого режима хватит.
На экране тактической схемы начали двигаться рудовозы. Очень осторожно, медленно, только благодаря меняющимся цифрам, Виктор и заметил их движение. «Венера» и «Гуаньчжоу» сближались, ложась на параллельные курсы в опасной близости друг от друга. В очень опасной! Если продолжить эту траекторию, то по завершению маневра между ними останется метров сорок, не больше.
- Чжао, статус трансляции? – отвлек его Ванг.
- Сигнал идет, подтверждения приема еще нет. – Виктор торопливо развернул окно исходящего траффика. – Я оптимизировал поток для циклической проверки избыточности, так что три четверти канала заняты. Норм?
- Если что, капитан отменит. – отмахнулся от вопроса лейтенант. – Ты с креслом сцепился?
- Нет еще, - Виктор помахал разъемом шланга жизнеобеспечения. – Успеется.
- А если не успеется?
- Начальник, я за ситуацией слежу. – обиженно ответил Виктор.
- А, точно, ты же у нас вуайерист. – усмехнулся Ванг. – Ну следи, если что интересное уследишь, маякни мне.
- Кое-что уже есть. – указал на экран Виктор. – Ответ с ретранслятора, нашу передачу видят. Качество приличное, можно снизить избыточность.
- Оставь, - равнодушно отвернулся к своей консоли начальник. – Не проявляй инициативу без необходимости.
- Как скажете, начальник. – Откинулся на спинку Виктор. – Сам знаю, что у инициативы завидное либидо.
Уже через пару минут, он поймал себя на том, что нервно дергает ногой. Пока шла подготовка к бою, на мысли не оставалось времени, а теперь ожидание тянулось бесконечно долго. И в голову лезло всякое.
Стараясь отвлечься, Виктор снова подключился к системе видеонаблюдения. Но везде, куда-бы он не посмотрел, творилось одно и то же. Люди, напряженно замершие на своих местах, как и он ожидающие чуда.
- Да пошло оно все! – в сердцах выругался Виктор, и запустил на одном из экранов первое, что нашлось в его медиатеке. Подборку ретромультиков «Диснея» второй половины двадцать первого века.
Первыми там шли несколько серий «Дональда Дака», в которых накачанный черный селезень с легкостью и юмором громил по всей Африке облезлых желтых мартышек. В юности Виктору нравились старинные детские мультфильмы, но сейчас вдруг остро кольнуло понимание, что эти смешные мартышки символизировали для Альянса Запада его предков. И дети, которые росли на этих мультиках, спустя годы, будучи уже взрослыми, искренне радовались гибели Поднебесной. И голосовали за тех, кто помогал Японии, и японцам во время Последней Мести.
Чертыхнувшись, он выключил мультфильмы, и хотел было стереть раздел, но замер, не дотянувшись до сенсорной панели. Ну уж нет! Он будет помнить! Земная Лига выросла из Альянса Запада, и они никогда не считали Марс частью себя. Сделали из марсиан незаменимых работников космоса, позволили добывать для себя ресурсы, а сами нежились там, среди роскошных зеленых холмов! А когда почувствовали, что Марс чрезмерно набирается сил, решили снова откинуть их назад!
Злоба распирала его.
- Vi vse z dohnete , tvari ! 
- Чего? – переспросил Ванг, - Это ты на каком материшься?
- Извиняюсь, лейтенант, - смутился Виктор, мгновенно остывая, - Это я на сибирском. Прадед в детстве научил, у матери в семье только на сибирском дома и говорили.
- А на родной язык перевести, что бы командир понял?
Перевести Виктор не успел. По сети прошел сигнал «Приготовиться к открытию огня».
- Ну понеслась. – Виктор тут же воткнул шланг СЖО в разъем на кресле. Все, теперь он подключен к жизнеобеспечению корабля, и случись чего, не станет тратить драгоценные запасы скафандра.
 
Корабль ощутимо дернулся, раз, другой, третий. Видимо стреляли из каждого ствола попеременно, раз в две секунды, по кругу. Двадцать коротких резких толчков отдачи.
Дождавшись последнего, капитан Тан выждал еще пару секунд, и скомандовал.
- Пилот, готовность к ускорению, по команде выводи к указанному на малой тяге. Оружейная! Высокоскоростными, один залп по точке пять фрегата! Расчет прилета как можно ближе к моменту попадания первого залпа.
- Э… - оружейник погрузился в расчеты. – Окно через 14 минут 6 секунд. Прилет за три секунды до первого низкоскоростного.
- Огонь по готовности, разом. – Удовлетворенно кивнул Тан, – Реакторный, готовность к разогреву.
- К разогреву готовы.
В этот раз толкнуло куда сильнее. Залп высокоскоростными из всех пяти стволов разом мог сравниться с полной тягой маршевого двигателя.
- Есть выстрел, капитан. Время до прилета четыре минуты.
- Вероятность попадания?
- 10-12 процентов на ствол.
- Мало! – На крупном плане было видно, как заиграли желваки у капитана. – Можем и вообще не попасть!
- Рассеивание, капитан, - начал оправдываться артиллерист, - Семь с половиной тысяч километров, никто не стреляет так далеко!
- Отставить объяснения, лейтенант, – остановил его Тан. – Я помниться флотскую академию заканчивал, и теорию еще не забыл.
- Простите, капитан.
- Будем ждать. – улыбнулся Тан. – Хорошо, что они вообще прошляпили наш залп. За самоуверенность надо платить.
- Пора откачивать воздух, капитан, – напомнил старпом.
- Да, выполняйте.
Не дожидаясь оповещения, Виктор захлопнул шлем и проверил герметизацию. С закрытым шлемом рев сигнала «Вакуум» едва ощущался, но услужливая система тут же продублировала его в наушниках. Чертыхаясь, он отключил сигнал. Надо было заранее сменить настройки по умолчанию, ведь каждый раз на учениях он страдал от боли в ушах. Можно же отключить дублирование сигнала, если скафандр уже загерметизирован! И ничто, кроме лени не мешал ему сделать это заранее.
Первыми стали пропадать звуки, привычный гул турбин отдалялся, становясь все тише и тише, пока от него не осталась одна только вибрация палубы. Скафандр немного раздулся, затем зафиксировался и съежился обратно, компенсация прошла штатно. Виктор, читал, что в древности, скафандры раздувались настолько, что люди бывало не могли протиснуться в люки, и им приходилось сбрасывать давление чуть ли не до нуля. Хорошо, что он не живет в те дикие времена. Эта внезапная мысль его рассмешила.
- Десять секунд до прилета высокоскоростных! – из-за кадра доложил Линь.
На мостике все замерли. Виктор тут же подключился к оптическому телескопу, выругался, увидев только вытянутое фиолетовое пятно выхлопа, и переключился на тепловую картинку. Тут худо-бедно проглядывала нагретая от двигателей корма фрегата.
- Высокоскоростные, промах. – с досадой отрапортовал артиллерист. – Прилеты низкоскоростных, пошли. Есть попадание!
На бледно оранжевом абрисе кормы вспыхнула крошечная белая точка. Одиночный вольфрамовый шарик только что пробил обшивку, и термооптика уловила жар раскаленных краев пробоины. И еще две, из следующей десятки, и еще несколько. На его глазах снаряды пенетрировали корму фрегата. Отличная кучность для такой дистанции! Расскажи кому, не поверят, удачная стрельба на семь с половиной тысяч километров из гауссовок!
- Реакторная, полная мощность! Задействовать все радиаторы!
Еле заметная вибрация тут же сделалась очень даже заметной. Реактор разогревали, увеличивая впрыск дейтерия, быстро выводя турбины на максимальные обороты. Теперь эта вибрация останется с ними до самого конца боя, или до перегрева системы охлаждения. Из головы совершенно вылетело, сколько времени «Гуан-Ши» мог держать реактор на полной мощности, прежде чем перегрев достигнет критической отметки. Вроде час-полтора, не больше. Потом придется либо медленно прожариваться, либо сбрасывать хладагент, фактически выходя из боя. И это, если им раньше не снесут радиаторы.