Маячок моей души (СИ)

Ну да ладно, есть крыша над головой и на том спасибо.
Мои исследования жилой площади прервал звук дверного звонка, от которого я непроизвольно вздрогнула. – Ты кого-то ждешь? – спросил меня Алер, выходя из ванной без пиджака, в брюках и рубашке с закатанными рукавами.
– Конечно, любовника, – съязвила я, сама пребывая в недоумении от того, кто это может быть. На мою реплику он лишь поднял бровь и пошел встречать незванных гостей. Я тоже вышла в коридор, спрятавшись за широкой спиной.
– Чего надо? – совсем не гостеприимно рыкнул рарк, резко откравая дверь, да так, что я побоялась, как бы не отлетела на совсем.
За дверью оказался водитель Золотницкого, держащий в руках увесистый пакет, который он чуть не уронил от нашего гостеприимства.
– Это просил передать Юрий Константинович, – проблеял он, осторожно передавая пакет в руки Алера, после чего, спешно ретировался восвояси.
– Спасибо, – уже вдогонку исчезновшему водителю крикнул рарк, закрывая дверь.
– Что там? – я любопытно сунула нос в пакет, обнаружив там еду и напитки.
– Наш ужин, видимо, – усмехнулся Алер, видя мою заинтересованность. А после того, как мой живот голодно заурчал и вовсе широко улыбнулся.
– Переход отнимает много сил и энергии, – неловко оправдалась я, чувствуя алеющие щеки. – Да и вообще, я люблю покушать, не вижу ничего плохого в здоровом аппетите! – теперь я рассердилась, и, в основном, на себя. Почему я вдруг начала оправдываться и смущаться?!
– Я тоже… Покушать люблю, – подмигнул мне рарк, ставя весь пакет со съесным на небольшой обеденный стол.
– По тебе видно, – выдала я, окидывая мощную фигуру без капли жира. Одни лишь жгуты стальных мышц.
– А по тебе нет, – ответил Алер, – худенькая, маленькая, того гляди переломишься.
– Стройная, миниатюрная, – парировала я, – не нравиться, не смотри. Найди высокую и мужеподобную ару и любуйся сколько влезет!
– Поздно, мне и зверю ты и такая нравишься, – просто сказал он, а я замерла.
Он сказал, нравишься?
Я не ослышалась?
– Тут и записка имеется, – протягивая мне клочок бумаги, мужчина, как ни в чем не бывало, начал выкладывать продукты и контейнеры на стол. На автомате взяла протянутое, прочитав:
"Ана, Алер, знаю, что опять беру на себя много, но не мог не прислать ужин. За квартирой следит соседка, оплачиваю ее я, на случай, если все же Оливия когда-нибудь вернется. Но продуктов в ней нет. Так что, прятного аппетита, дети. И еще раз поздравляю с женитьбой!
Золотницкий Ю.К."
– Ну и что там? – спросил Алер, испытующе глядя на меня.
– Золотницкий прислал, говорит, все мне, – ехидненько улыбнулась я.
– Лопнешь, – парировал рарк, открыв первый контейнер, в котором оказалось жаркое, от запаха которого, мое слюноотделение увеличилось в несколько раз.
– Я быстренько умоюсь, и перекусим, – скомандовала я, – усилием воли разворачиваясь в сторону ванной туда же и направляясь.
В ванной, я ничего необычного не обнаружила, привычные для нас душевая кабина, санузел и небольшой комод с зеркалом – вот и все, что в ней было. Очень хотелось умыться, а еще лучше, сходить в горячий душ, смыть с себя пыль и вонь затахлого переулка, а вместе с ними и напряжение, что преследует меня с самого утра. Но пока, я только поплескала холодненькой водичкой на лицо и пальцами, как могла, пригладила растрепавшиеся пряди. Из зеркала на меня смотрела юная симпатичная девушка с фиолетовыми глазами, чуть вздернутым носик и нежными розовыми губками. Мои черные, с синим отливом волосы резко констатировали с белой мраморной кожей, которая даже в жаркую солнечную погоду не покрывалась загаром. "Аристократочка ты моя!" – часто называла меня Оливия, при этом добавляя, что такую оригинальную красоту днем с огнем не сыщишь. Плюс ко всему, ей почему-то нравиоись мои буйные кудри, которые с годами, под тяжестью волос хоть немного, но выпрямились. Меня же они раздражали, я себя сравнивала с овечкой, которую давно не стригли. Поэтому, в шестнадцать лет, я уговорила маму свозить меня в салон красоты, где кудри, под воздействием косметических средств и горячего пара стали гладкими как шелк, нисподая по спине до самой талии. Такими же оставались, и по сей день.
 
Насухо вытерев лицо, сходила еще и по нужде, чтобы уж совсем не отвлекаться от предстоящего пиршества живота. Немного подумав, сняла верхний жакет, оставаясь в белой блузке, которую, на манер Алера закатала в рукавах жо локтя. Ну, все, теперь можно идти.
Немного посвежевшая и предвкушающая сытный и вкусный ужин, я вышла из ванной, чтобы застать такую картину: Алер сервировал стол. Сам. Не дожидаясь пока это сделаю я. И, причем у него, это отлично получалось.
– Не знала, что ты умеешь еще что-то делать, кроме того, как язвить и свысока своего роста снисходительно на всех посматривать, – не могла удержаться от ехидной реплики я, подходя ближе к столу.
– На данный момент, язвишь ты, а это… – он обвел взглядом результат своих усилий и удоволетворенно кивнул, – лишь малая частт того, что я могу. Ты меня совсем не знаешь, а уже загнала в удобные тебе рамки, поставив клеймо засранца.
– Твое поведение, за все десять лет нашего с тобой совместного обучения, не давало мне повода считать тебя кем-то другим, – усаживаясь за стол, произнесла я.
– Знаешь, я смогу переубедить тебя в обратном, – присаживаясь напротив, самоуверенно заявил Алер. – Приятного аппетита, Фиалочка.
– И ты не подавись, – язвительно улыбнулась я в ответ, беря столовые приборы. – А на счет твоего заявления – это врядли получится. Ты безнадежен.
– Посмотрим, – хмыкнул он и мы, молча, приступили к еде.
Вообще, несмотря на нашу открытую неприязнь друг к другу, ужинать с ним было комфортно. Сейчас, мы ни чем не отличались от других пар, которые по-семейному собирались за столом, и для меня, это было очень странно. Я все еще не верила в то, что Алер заинтересовался мной как девушкой, все время ожидала подвоха. Ведь за десять лет, так легко привыкнуть к одной и той же модели поведения рарка, и, если она вдруг резко меняется, трудно поверить в то, что это не фарс, розыгрыш или злая шутка.
Такие мысли бродили в моей голове почти весь ужин, хотя я и не забывала отдавать дань вкусным блюдам. Мясо и овощи в жарком были восхитительно сочными, свежий салат с морепродуктами тоже вызывал восторг моих вкусовых рецепторов. А уж когда пришло время десерта, тут и вовсе я поймала вкусовую эйфорию. Не знаю название ягоды, но красная и сочная, она манила меня с самого начала ужина. Ее вкус оказался кисло-сладким, а в сочетании с молочным шоколадом…нереально вкусно!
– Поделиться не хочешь? – не отрывая взгляда от моего рта, в который я собиралась отправить очередную ягодку, поинтересовался Алер.
Увлекшись, даже не заметила как, перетащила всю пиалку с лакомством к себе поближе и с завидной скоростью ее поглащала. На тарелочке оставалось всего четыре ягодки и пятая у меня в руках.
– Извини, обычно, я так не делаю, – с сожалением поддвигая на середину стола оставшееся, смущенно произнесла я.
– Нет, забери эти, – вернув на место пиалку, рарк пояснил, – я не любитель сладкого, но ты, с таким удовольствием поглащаешь его…тоже хочу попробовать, но, только ту, что в твоей руке.
– А какая разница? – удивилась я его словам. – По-моему, они все одинаковы вкусны.
– Тебе жалко? – приподнял бровь одногруппник, а я отчего-то почувствовала себя жадюгой.
– Да, пожалуйста! – и протянула требуемое. Алер же, гипнотизируя мою протянутую руку еще несколько секунд, не просто принял лакомство, а приподнявшись, взял его губами, прямо из моих пальцев, которых в процессе, немного коснулся. При все при этом, внимательно наблюдал за моей реакцией, которая не заставила себя ждать. Сначала я опешила, а потом спешно отдернула руку, прижав ее к телу, причем второй рукой придержала первую, словно рарк и от нее кусочек откусить хотел. Пальцы, в том месте, где их коснулся мужчина покалывало, словно под напряжением.