Борьба династий (СИ)

Алевтина взяла мать за руку.
— Но мы же не можем быть до конца уверены, что это она, правда?
— Можем, — на удивление тихо ответил Игорь. — Список пассажиров подтвердился. Мой отец. Его юрист. Регина Вострова. Она была единственной женщиной на борту самолета.
— Что она там делала? — не сдерживая эмоций, воскликнула Алевтина. — Я не знала, что она вообще знакома с Михаилом лично, не говоря уже о тёплых отношениях.
Уваров поставил нетронутый кофе на столик. Этот же вопрос занимал его самого весь день, и ни один из возможных ответов его не устраивал.
Хотя на вторую часть вопроса он мог ответить.
— Она работала у Лебедевых как Регина Багирова, пока не вышла замуж за Андрея Восторова. И, судя по публикациям в газетах, она еще в декабре поддерживала связь с Михаилом.
— О чем ты? — воскликнула Алевтина, а Ольга просто смотрела на него, подняв брови. Находясь так далеко от Москвы, обе женщины не могли этого знать. Да и вряд ли кто-то заметил бы статью в бульварной газете пару недель назад, если бы не скандальное фото.
— «Собеседник» опубликовала фото, как они обедают вместе, — объяснила тетя Зоя, — и прозрачно намекнула, что их отношения выходят за рамки деловых.
Алевтина удивленно смотрела на мать.
— У Михаила и Регины была связь? Ты, должно быть, шутишь!
— Разумеется, это неправда, — горячо воскликнула тетя Зоя. — «Собеседник» славится тем, что печатает скорее свои домыслы, чем факты. Регина замужем, у нее ребенок. Не знаю, что связывало ее с Михаилом, но только не любовные отношения!
Ее пылкое заявление повисло в воздухе без ответа, но, когда Уваров встретился взглядом с Якушевым, он понял, что тот думает иначе.
Михаил был привлекательным мужчиной, и, учитывая его власть и богатство, у него не было недостатка в женщинах, как во время брака, так и после него. Он, не раздумывая, менял женщин.
А Регина Вострова была яркой женщиной. Уваров припомнил, что, пока работала у Лебедевых, она охотилась и за ним самим, и за Игорем. Но потом нашла более выгодную партию — наследника бизнеса Востровых. Но если в ее распоряжении было такое богатство, зачем ей понадобилось искать кого-то еще?
— Отец говорил тебе что-нибудь о своих отношениях с Региной? — напрямую спросил Уваров у Игоря.
Брат Ольги нахмурился и убрал в карман сотовый телефон.
— Ни слова.
— А тебе, Лев?
— Я спрашивал у него про фото, когда оно только появилось в газетах, — отозвался помощник Михаила, — но он велел не лезть не в свое дело. И наговорил еще много чего.
Уваров кивнул. Уж кто-кто, а он знал, что Михаил никогда не стеснялся в выражениях.
— Значит, ты думаешь, это был далеко не деловой ужин?
Якушев кивнул.
— Именно так.
— Не может быть, — выпалил Игорь.
— А вдруг она пыталась наладить отношения с ним от лица Востровых? — неуверенно предположила Алевтина.
Уваров посмотрел на Ольгу, которая молча слушала новую для нее информацию. Ему не нужно было ничего говорить, чтобы привлечь ее внимание. Она сама медленно подняла на него глаза.
— Регина не имела никакого отношения к бизнесу Востровых, — сказала она. — И уж точно не пыталась помирить две семьи.
— Тогда зачем она встречалась с Михаилом и летела с ним в одном самолете? — недовольно воскликнула Алевтина. — Видимо, мы уже не узнаем этого.
— Разве пикантные подробности сейчас имеют значение? — мрачно возразил Игорь. — В газетах и так скоро появятся все фото, какие только они смогут откопать.
Тетя Зоя помрачнела. Она, как никто другой, понимала, что Лебедевы и Востровы всегда будут лакомым куском для прессы. Фотографии обоих семейств не сходят с первых полос печатных изданий.
— Сколько репортеров было на улице, когда вы приехали? — спросил Якушев.
— Очень много.
— Неужели они не могут оставить нас в покое хотя бы сегодня? — воскликнула тетя Зоя.
— Нет, — мрачно ответил Уваров, — и нам всем надо быть готовыми к тому, что эта история обрастет новыми подробностями и все станет только хуже.
  
Глава 3
 
Ольга больше не могла выносить мрачное настроение, царившее в гостиной. Выпив кофе, она встала и вышла на террасу. Игорь через несколько минут вышел следом и сказал, что у него появились неотложные дела.
 
Ольга заметила, как он нервничал в гостиной. Он проверял свой мобильный телефон каждые пять секунд.
Проводив взглядом брата, она загляделась на прекрасный вид с террасы. Хотя уже через минуту ее мысли вернулись к отцу и Регине. Ольга не хотела думать о них и рисовать картины в своем воображении о том, что их могло связывать. Она просто хотела закрыть глаза и наслаждаться мягким светом заката.
Но мысли мешали ей расслабиться. В голове звучала последняя фраза Уварова, все станет только хуже.
Хуже? Куда еще хуже?
Самолет разбился. Погибли невинные люди. Пилот, второй пилот, стюардесса, юрист отца, да все погибли, а их безутешные семьи будут также задаваться вопросом, как такое могло произойти. Но Игорь прав насчет Регины. Разве имеет сейчас значение, какие отношения связывали ее с отцом и что она делала в его самолете?
Страшно представить, каким ударом для Андрея станут беспардонные публикации в прессе, учитывая, что он только что потерял жену.
И самое главное — это ребенок, который не поймет, почему его мама больше не придет. Он забудет ее лицо, ее смех, но, когда вырастет, станет искать ответы на свои вопросы. И память о его матери, к несчастью, будет омрачена скандалом и сплетнями.
Ольга все это уже испытала на себе и сейчас искренне переживала за крестника. Ей было примерно столько же лет, когда ее мать не вернулась домой. Позже Ольга прочитала правду о самоубийстве Марии Лебедевой, которая не смогла справиться с горем после похищения старшего сына. Последней каплей стала ужасная ссора ее брата Геннадия Вострова и ее мужа Михаила Лебедева на праздновании ее тридцатилетия.
Но у маленького Тимура Вострова есть отец. Андрей его безгранично любит и со временем объяснит правду про его маму. Он замечательный отец. Единственной его ошибкой была женитьба на Регине.
Она услышала знакомые шаги. Черт. Спустя десять лет она не должна уже помнить такие вещи.
Уваров встал рядом с ней.
— Как можно наслаждаться видом с закрытыми глазами? — спросил он.
— Я видела этот пейзаж тысячу раз, — ответила Ольга, не открывая глаз. — Я наслаждалась одиночеством.
— Жаль.
Уваров замолчал, и она почувствовала, что он совсем близко. Должно быть, смотрит вдаль, положив руки на перила.
— Я думал, ты размышляешь.
— О чем?
— О Регине и своем отце. Ты не высказала своего мнения. — Он замолчал, а потом задал самый важный вопрос: — Ты думаешь, у них действительно были отношения?
Ольга повернула голову и сразу попала в плен его голубых глаз. Черт. Она так долго не выдержит.
— Возможно.
Уваров прищурился.
— Хватит, Оля. Ты знала Регину лучше всех нас. Что она делала в Москве последние несколько месяцев?
— Она прилетела на похороны матери. Насколько мне известно, она осталась, чтобы уладить кое-какие дела.
— На Рождество и Новый год?
— Ее мать умерла в декабре. Не думаю, что у Регины был выбор, когда прилететь. Ее отец неважно себя чувствует, а сестра в отъезде.
— Учитывая, что речь шла о завещании ее матери, я не удивляюсь, что Регина задержалась, — процедил Уваров.
Ольга выдохнула. Она не собиралась отвечать на эту реплику. Говорить плохо о Регине сейчас было негуманно и бессмысленно. Она попала в авиакатастрофу, провела несколько ужасных часов в воде только для того, чтобы умереть среди незнакомых людей. Никто не заслужил такой смерти. Даже женщина, которая оставила мужа и ребенка на несколько недель без видимой причины. Даже если у Регины с ее отцом действительно был роман.
— Я не так хорошо знаю Регину, как ты думаешь. Поэтому не могу утверждать, что она могла или не могла сделать, — сказала она. — Зато я знаю, на что был способен мой отец.