Сынок моего мужа. Семья по ошибке (СИ)
- А себе девяносто девять?
Довольный, как кот, мальчик жмурится и уверенно кивает. Мы с Ромой переглядываемся и хохочем в голос.
- Лопнешь, малыш. Я подумаю. А теперь мне точно пора.
Медленно удаляюсь в сторону коридора, и тут случается то, чего я меньше всего ожидаю: Демьян бежит за мной и врезается мне в ноги.
- Я буду скучать, - шепчет так, чтобы слышал только я одна. - Погуляете со мной и папой?
Вскидываю голову. Встречаю горящий взгляд Ромы на полпути.
И понимаю, что не смогу отказать им. Похоже, это отличительная черта Дорониных.
Отец с сыном переглядываются, и я понимаю, что, даже если я захочу, меня так просто не отпустят…
- Созвонимся, - утвердительно заявляет на прощание муж. Киваю и спешу готовиться к операции.
Остаток смены проходит в суете, что не позволяет лишним мыслям забираться в голову. Но есть и другая сторона медали - я выжата как лимон. В полубессознательном состоянии вываливаюсь на улицу, вдыхаю полной грудью свежий воздух после дождя.
И тут же закашливаюсь, потому что вижу того, кого меньше всего ожидала и хотела бы видеть…
Глава 47
Вероника
Опершись бедрами о машину, Андрей замер, как изваяние. Мужчина смотрит на меня исподлобья. Кружит взглядом по лицу и ползет вниз, буквально пожирая мое тело. На голых инстинктах запахиваю плотнее кардиган и передергиваю плечами. Ненавижу, когда меня касаются против моей воли. Даже только глазами.
Андрей отталкивается от машины, делает шаг навстречу. И только тогда взгляд цепляется за букет гортензий, который он берет с крыши автомобиля.
Фомин останавливается в самом низу лестницы. И только теперь я могу разглядеть, что его волосы, лежащие в художественном беспорядке, влажные, как и рубашка, что облепила его плечи.
- Ты промок, - вырывается у меня очевидный факт вместо приветствия.
- Никак не решался зайти, - криво усмехается и снова ерошит волосы, как мальчишка. - Как-то паршиво мы расстались…
Это точно.
Андрей появился в моей жизни примерно через месяц после развода. Ненавязчиво окружил вниманием и заботой. Которые позднее стали затягиваться вокруг меня как удавка на шее.
Он уверял, что готов ждать столько, сколько угодно. И что просто хочет быть рядом. Хотя бы как друг.
Вот только я не верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Теперь точно нет.
И убедилась в этом, когда Андрей сорвался и буквально насильно поцеловал меня в тот день.
Этот его поступок перевернул все внутри и, как бы нелепо не звучало, разложил все по полочкам в моей голове.
В тот момент я поняла, что люблю и скучаю по Роме. По его рукам, губам, телу, запаху…Поняла и испугалась этой мысли, поэтому так долго отрицала.
Андрей заваливал меня сообщениями и звонками, но я всё удаляла, не читая. Все надеялась, что он поймет, что между нами ничего не может быть. Что доходчиво объяснила все в тот день.
Видимо, нет, раз он здесь, передо мной и смотрит с надеждой и уверенностью все изменить.
- Это тебе, - протягивает букет и снова испепеляет взглядом.
А у меня огромное желание спрятать руки за спину и сцепить пальцы в замок. Для надежности.
Я не хочу брать эти цветы. Потому что в моем понимании такой жест - это дать надежду Андрею. Шанс. Который, уверена, он использует, чем доставит мне много новых переживаний и проблем.
Очевидно, что все мои сомнения и мысли отпечатываются на лице, и Фомин делает шаг вперед. Едва не отшатываюсь, но всё же отступаю назад настолько, насколько позволяет пространство.
Этот неуверенный шажок не остается незамеченным, и лицо Андрея прорезает кривая ухмылка. Которая ломает фасад, за которым Фомин прячет истинное лицо.
- Не стоит, Андрей, - медленно качаю головой. - Я тебе уже все объяснила тогда.… Ничего не изменится.
- Ты ведь даже не даешь мне шанс! Я хочу и могу сделать тебя счастливой, Ник. И я ждал столько лет…- сокращает несчастные полтора метра между нами и всё же вкладывает цветы в руку. Хватает за запястье, сжимая чуть сильнее, чем заставляет меня скривиться. Но даже несмотря на это, Андрей не ослабляет хватку. - Черт, у меня, как у пацана сопливого, крышу сносит от тебя... С того момента, как увидел в первый раз…
- Андрей…. Не нужно, - жестко осекаю его признания и всё же вырываю руку, морщась. Синяки останутся.
- Я тебя никогда не обижу…
Становится неприятно. Его слова царапают внутренности. И это первый тревожный звоночек.
Собрав всю волю, все силы после сложной смены в кулак, я всё же твердо и жестко повторяю:
- Андрей, послушай. Я все сказала тогда: ничего не будет. Нас не будет. У нас просто ничего не выйдет.
Его лицо ожесточается. Глаза опасно сощуриваются. Оглядываюсь по сторонам - я боюсь такого Андрея.
- А с ним выйдет? Млять, я столько за тобой бегаю, но стоило нарисоваться Доронину, и сразу «у нас ничего не выйдет»?! И что, Ника, ты настолько себя не уважаешь, что готова простить ребёнка на стороне от бывшей невесты мужа?
Его слова хлещут наотмашь. В висках звенит от злости и двуличности Андрея.
И именно злость заставляет мои мозги крутиться на полную катушку.
И понимание зажигается в мозгу, как лампочка.
- Откуда ты знаешь? - выдыхаю, сжимая ладони в кулаки. - Я тебе не говорила…А может, ты с ней заодно? И ее руками расчистил место рядом со мной?
Выплевываю и вглядываюсь в глаза Андрея. По огню, что загорается на дне его глаз, и желвакам, что гуляют на скулах, понимаю, что это, мать его, правда.
Гребаная правда, которая помогла разрушить нашу с Ромой семью!
Меня просто трясет от этого открытия!
- Ника…Это все равно бы произошло. Ксюша была одержима идеей родить от Ромы…
Эмоции хлещут через край. Становится мерзко, что хочется содрать с себя кожу, лишь бы отмыться от грязи, что натаскали в нашу семью эти сумасшедшие.
Значит, измены точно не было.…
Господи, какая же я дура!
Не раздумывая, хлещу Фомина букетом по лицу. Цветы ни в чем не виноваты, но у меня нет ничего иного под рукой. И слава Богу.
- Какой же ты урод, Андрей! Жалкий. Мало тебе тогда врезал Рома.
Бросаю остатки цветов под ноги Фомину и сбегаю на парковку к машине. Падаю на водительское место и роняю голову на руль.
Мысли ураганом проносятся в голове. Факты крутятся, сталкиваются, пытаясь сложиться в один пазл.
И тут мне в голову приходит одна сумасшедшая мысль.
Вскидываю голову, глядя в лобовое стекло, и перестаю дышать. До скрипа кожи стискиваю руль.
Картинка сложилась, и она получается до безумия безобразной.
Меня трясет так сильно, что хочется вырваться из своего тела. Не в силах сдерживаться, хватаю мобильный и набираю номер Ромы.
Как и всегда, муж отвечает почти мгновенно.
- Привет, Ник. Уже соскучилась? - его улыбка согревает и немного утихомиривает бурю.
- Привет, Вероника Сергеевна, - слышу на заднем фоне счастливый голос Демьяна.
Сердце сжимается до размеров монеты, стоит мне подумать, чьим ребёнком он может оказаться….
Но пока я отчаянно гоню эти мысли. Чтобы не разочаровываться. Чтобы потом не было больнее, и меня не размазало к чертовой матери.
- Рома, - голос дрожит и срывается. - Кажется, я знаю, как появился Демьян…
Глава 48
Вероника
На том конце провода повисает тишина. Настолько тяжелая и вязкая, что даже мне по эту сторону становится тяжело дышать. Как затишье перед бурей.
В трубке раздается шуршание, щелчок замка и длинный тяжелый выдох, отчего в трубке помехи. Рома снова курит. Привычка, который определенно не было полгода назад.
- Ника, солнце, - начинает осторожно Рома, снова делая длинную затяжку. - Конкретнее: что ты имеешь в виду?
Волнение накатывает с новой силой. Сердце бухает о ребра, отбивая чечетку где-то в горле и висках. Страшно. Мне очень страшно ошибиться. И я боюсь боли. Потому что, если мои догадки не подтвердятся, боль разочарования прокатится по мне катком.