Куница Том 5 (СИ)

— Да, мне надо один ритуал провести. Это быстро, никаких дополнительных ингредиентов не надо, но в море ничего не выйдет.
— Тогда ужинаем и едем смотреть твоё поместье! — объявил Вицлав.
Ядвига хотела что-то сказать, но так и закрыла рот, промолчав.
  
Глава 38
 
Петроград. Особняк Огинских
Март 1984 года
На тонком женском пальчике с изящным ноготком, разукрашенным по новой моде, вспыхивает пламя. Женщина прикуривает сигарету.
— Почему без детей? — спросила Златослава.
Облачённая в старомодное платье княгиня сидела в кресле, обмахивать себя веером.
— Тётушка, ты свой дом со стороны видела? Это не особняк, это музей. Причём музей старости, — ответила женщина, делая глубокую затяжку и, выпустив дым, продолжила. — Что у тебя детям делать? Смотреть на старые фотографии и личные вещи дяди и дедушки?
— Марина! — нахмурилась Златослава. — Надо уважать старших! Уважать наследие рода! Кто мы будем, если забудем своих предков?
Марина лишь улыбнулась.
— Никто не забывает, тётушка. Только жить надо настоящим. А ты живёшь прошлым. Особняку давно требуется реставрация, а интерьеру — обновление.
— И думать забудь! — резко отозвалась Златослава. — Дом в прекрасном состоянии!
Марина демонстративно посмотрела на потолок, раскрашенный под картину. Мода столетней давности. Картина, правда, выцвела до состояния серого блёклого полотна, отгадать в котором что-то можно было только точно зная, как выглядела картина в лучшие свои годы.
Златослава отвернулась.
— Вот помру я и делайте что хотите.
— А до этого времени, лет ещё пятьдесят, дом пусть медленно разваливается? — спросила Марина. — Как хочешь. Только после твоей смерти восстанавливать эту рухлядь никто не будет. Продадут.
— Как ты смеешь⁈ — крикнула княгиня.
Марина медленно затянулась и спокойно выдохнула терпкий дым.
— Макар в выходные выступает, ты будешь?
Ответить Огинская не успела. Вошёл слуга.
— Ваша Светлость, простите, к вам приехала княжна Мария Пожарская с подругой.
— Мария? — удивилась Марина.
Златослава улыбнулась.
— Что? Не ожидала? А вот дочка твоя готова и в мой… музей приехать.
Женщина промолчала. Княжна Огинская распорядилась пригласить внучатую племянницу. Первой вошла Мария.
— Бабушка… О, мама, — княжна изящно присела.
— Проходи, Мария, проходи, — добродушно улыбаясь, Златослава указала на диван. — Познакомь нас со своей подругой.
Следом за Пожарской вошла Юля. Девушка также присела перед женщинами.
— Ваша Светлость. Юлия Новгородская, к вашим услугам.
Огинская задумалась, а через секунду потеряла всю улыбчивость, нахмурившись.
— Княжна Новгородская. Здравствуйте, здравствуйте. Как поживает князь Волконский?
Юля смутилась и хотела ответить, но её опередила Мария.
— Бабушка, пожалуйста. Я прошу тебя выслушать Юлю.
— А ты, дочка, как вообще познакомилась с княжной? — спросила Марина.
В этот раз смутилась Пожарская.
— Это… Я говорила тебе, что познакомилась с молодым человеком.
Мария смущённо замолчала.
— Помню. И? — поторопила дочь Марина.
— Это был Михаил Мартен.
Марина помрачнела, да и Златослава вздрогнула.
— Погибший в Кюсю? — уточнила Огинская.
Мария кивнула.
— Да. Миша кое-что мне рассказывал о себе и о том, чем они занимаются. Бабушка, Мартен и Волконский, они не принадлежат к Бородинскому клубу напрямую, хотя и контактируют с ними.
Златослава вздохнула.
— Да, я знаю. Я говорила с герцогом Мартеном, когда он ещё не получил титул и должность генерал-губернатора. Что же, Юля, — Огинская посмотрела на княжну. — Присаживайся. Я тебя выслушаю.
— Благодарю.
Мария и Юля сели, оправляя платья.
— Прошу прощения за невольный обман, не из злого умысла я воспользовалась родством Марии. Мы нуждаемся в вашей помощи, Ваша Светлость.
Златослава наклонила голову.
— Какого рода помощи?
— Разрешите начать сначала. О взглядах Дмитрия вам уже известно. Мартен вовсе не стремится к эскалации…
  
— О, как он не стремится, мы все хорошо видим по Кюсю, девочка, — раздражённо отозвалась Златослава. — Казни местного населения. Провокация голода. Расправы. Прекращение всех благотворительных проектов. Слова Мартена пока разительно расходятся с его действиями!
Юля вздохнула, ответив:
— Это не так, Ваша Светлость.
— Попробуешь меня переубедить? — спросила Огинская.
— Да, попробую. Давайте по порядку. Все, кроме одной-единственной, казни происходят в судебном порядке.
— По укороченному военному судопроизводству, — вставила Златослава.
— Но по суду, — настояла Юля. — А единственная казнь без суда… Дмитрий казнил убийц своих брата и сестры, а также других членов рода Мартен.
— Вместе со всей деревней, — хмуро добавила Златослава. — Это была месть. Обычная низкая грязная месть!
— Наказание, Ваша Светлость, — ответила Новгородская. — Груз оружия и приказ на убийство генерал-губернатора получил староста. О приказе знала вся деревня. Они не голодали, не были поставлены на грань вымирания. Они не были бедняками, не были задушены отчаянием. Обычная деревня с обычными крестьянами, теми самыми, что получали дотации по благотворительным программам. Те, кто был выбран исполнителями, ничем не отличались от прочих, не были изгоями или вроде того. Нет. Они все были убийцами или пособниками убийц. Они сознательно пошли на убийство. Они наказаны за преступление, а не казнены по прихоти.
— Есть суд, — напомнила Златослава.
Юля кивнула.
— Хорошо. И что бы он изменил?
— Как это что⁈ — зло отозвалась Огинская.
— Доказательства вины были найдены прямо там, на месте. Их ждала смертная казнь и ничего другого.
— Смертная казнь не решает проблем, девочка! Каждый казнённый способствует появлению ещё двух недовольных!
В этот момент решила вмешаться Марина.
— Тётушка, а каждый убийца, почувствовавший безнаказанность, порождает ещё пять убийц.
— Это всё равно ничего не решает! Хоть кому-то казнь этих людей принесла благо? — спросила Златослава.
— Да, — кивнула Юля.
— Кому⁈
— Тем, чьих близких эти убийцы не убьют, Ваша Светлость.
Княгиня хотела возразить, но не успела.
— Тётушка, признай, Юлия права. Наказывают преступников не из мести, а для защиты других подданных.
Златослава вздохнула, замолчав. Юля, выждав несколько секунд, продолжила:
— По следующему пункту: никакого голода не было, Ваша Светлость. Подданные Его Императорского Величества, сдавшие оружие и выдавшие повстанцев, верных шогуну, получили разрешение на рыбную ловлю и амнистию от всех прошлых преступлений. Население приведено к подчинению, Ваша Светлость. Герцог Мартен справился.
Златослава подняла руку в останавливающем жесте.
— Так, хватит!
Княгиня остановила разговор, вызвала слугу, приказала принести всем чай. Сделав такую паузу и немного успокоившись, Златослава со вздохом сказала:
— Продолжим.
— На какой следующий тезис мне ответить? — уточнила Юла.
— Не нужно, — отрицательно покачала головой Огинская. — Я вижу, вы подготовились к разговору и имеете при себе множество аргументов. Что вам нужно?
Новгородская с некоторым облегчением выдохнула, прежде чем ответила.
— Тайно перевезти группу наших людей в Данию.
Пожарские смотрели на Юлю с интересом, ожидая подробностей.
— Зачем? — спросила Златослава.
Юля посмотрела на Пожарских, помялась немного.
— Эта информация… Опасна сама по себе. Если вы готовы её услышать — я скажу. Но я вас предупредила.
Марина выразительно посмотрела на дочку.
— Думаю, милая, тебе стоит уйти.
— Ни! За! Что! — ответила Мария. — Из-за этого погиб Миша. Я хочу знать, что это.
Огинская отмахнулась.
— Никогда не любила секреты, они только создают ещё больше проблем. Говори.