Куница Том 5 (СИ)

— Знакомый облик? — с улыбкой спросил демон.
Увидев лицо, Волконский удивился.
— Назови имя! — потребовала Ольга.
Максим нахмурился, отвернувшись в сторону.
— Виктор Романов, — сказал Волконский.
Князь дёрнул головой и снова сосредоточился на демона.
— Назови имя!
Демон сложил крылья и через пару секунд раскрыл снова, показав уже другого человека.
— Может быть, тебя больше устроит это? Как соблазнительно промолчать и оставить всё так? Да?
Демон смотрел на Максима лицом Анастасии Романовой.
— О чём он? — спросила Ольга.
— Позже. Демон! Имя! Произнеси его!
Искушение рассмеялся, но всё же заговорил.
— Маг из древнего рода Романовых. Виктор. Ты правильно узнал, князь.
Максим кивнул.
— Всё! У нас есть имя! Отправьте эту тварь обратно!
Все четверо сосредоточились на свитках.
— А как соблазнительно спросить у меня ещё что-нибудь, — заговорил демон. — Я знаю много секретов. Много чужих тайн. Только пожелайте.
Но маги его не слушали. Свитки вспыхнули. Цепи натянулись и затянули демона обратно в провал. Ещё несколько секунд пентаграмма пылала заёмной силой, а затем резко потухла. Переход был настолько внезапным, что маги замешкались. Только что ритуальный зал дрожал от чуждой миру энергии, неясные тени, голоса, блики света. А сейчас тишина и темнота. Хлоя сплюнула кровь на пол и вытерла рукавом губы.
— Неплохо. Даже никто не умер. Я считаю — это успех.
Ольга стряхнула оцепенение и уставилась на Максима.
— О чём он говорил?
— Облик, Ольга, — Максим улыбнулся. — Он мог показать любой облик. Не мог нас просто обмануть, но если бы я… соблазнился его предложением, он бы назвал ту, кого я ждал увидеть. Мы считали, что за нападением стоит принцесса Анастасия.
— Но вы ошиблись? — спросила Кэтино.
Волконский кивнул.
— Да. Её брат, Виктор.
— Это что-то меняет? — спросила грузинка.
Максим махнул рукой в сторону выхода.
— Давайте уберёмся отсюда. Воздух спёртый. Может, лучше обсудим всё за чашечкой кофе? Или бокалом вина?
Тихомирова посмотрела на Хлою.
— Убери здесь всё.
Ведьма вздохнула, оглядываясь.
— Как скажете. Всё будет сделано.
Маги поднялись на первый этаж и заняли небольшую столовую. Максим предпочёл кофе, Михаил выбрал чай, девушки остановили выбор на вине. Поставив турку на огонь, Максим обратился к Ольге.
— Разреши вопрос, Оль. Дмитрий не убивал Бориса. Выбросил в воду и оставил плавать, но не убивал. Что с ним случилось?
Ольга сделала глоток вина и, глядя в стол, ответила:
— Покончил с собой. Из воды его вытащили, оказали первую помощь. Даже смогли справиться с воздействием двух демонов. Искушения и какой-то твари, напугавшей Бориса до икоты.
Максим кивнул:
— Пугающий. Карманный друг Дмитрия.
— Когда Борис пришёл в себя, был молчалив, но адекватен. Его посадили под домашний арест, всё же за обращение к демонам в центре Петрограда нас в самом лучшем случае ждал конский штраф. Пока мы утрясали дело, чтобы Борис проходил потерпевшим, а не виновным… Он умер.
Волконский удивился от резкой концовки.
— Что значит: умер?
— Умер, — повторила Ольга. — И нет, это не мы его удавили, чтобы смягчить наказание. Экспертная группа признала, что его взяли под контроль, и единственная его вина — недостаточно прилежно учился, оказавшись в нужный момент вообще без защиты. И убил его не демон. Магический яд. Вскрытие показало — его отравили вместе с передачей клинка. Тот, кто это организовал, озаботился смертью исполнителя.
Когда Ольга замолчала, Кэтино перевела взгляд на Волконского.
— Князь. Что там с принцем и принцессой?
Максим кивнул.
— Да. Как я и сказал, мы подозревали принцессу Анастасию. Принц Виктор, Сибирский Волкодав.
Волконский перелил кофе в чашку. Переместившись за стол, он сел и обвёл всех взглядом.
— В семье Романовых есть правило. Если ты взялся за дело — доводи его до конца. За провал или успех нести ответственность будешь только ты сам. Анастасия не могла попросить помощи, даже у брата. Она бы сделала всё сама. Раз за Искушением стоит Виктор — это какая-то его партия, не связанная напрямую с принцессой.
  
— А они оба не могут работать над одним заданием? — спросила Кэтино.
Максим пожал плечами.
— Могут, хотя такое редкость. В общем, у меня больше вопросов, чем ответов.
— Имя нам известно, это главное. Теперь будем думать, что нам это имя даёт, — заключила Тихомирова.
— Отдохнём здесь. А утром вернёмся в Тбилиси, — предложил Волконский.
Возражений не последовало.
  
Глава 18
 
Остров Кюсю. Кумамото
Январь 1984 года
Автомобиль свернул на парковку и подъехал к самому входу. Не дожидаясь прислуги, генерал-губернатор вышел из машины, поправляя костюм. Огляделся. К Мартену подошёл, встречающий его, подполковник Дубров.
— Ваша Светлость, — приветствовал офицер. — Что-то не так?
— Нет, всё в порядке, к сожалению, — ответил Дмитрий.
— К сожалению? — не понял подполковник.
— Я бы лучше ещё повстанцами повоевал, чем это. Но ничего не поделаешь. Ведите, подполковник.
Дубров понимающе улыбнулся, но быстро спрятал улыбку за нейтральным выражением, и жестом пригласил следовать за ним.
— Это место и раньше использовалось для подобных встреч? — спросил Мартен, едва они попали в холл ресторана.
— Да, — подтвердил подполковник. — Ничего лучше не нашлось. Почти все замки и дворцы были уничтожены во время завоевания. А те немногие, что остались, не особо подходят для светских приёмов.
Стоило пройти ещё одни двери, и Дмитрий оказался в относительно небольшом зале, где собралось несколько десятков японцев, разодетых в подчёркнуто европейском стиле. Окинув их взглядом, Дмитрий хмыкнул.
— В моём маленьком поместье есть залы побольше. Что ж, за неимением гербовой…
От местных дворян к генерал-губернатору вышел худощавый немолодой японец и, коротко поклонившись, опять же, на европейский манер, затараторил выученную речь. Дмитрий прерывать его не стал, однако речь не слушал, больше внимания уделяя собравшейся публике. Большинство — мужчины. Женщин всего десяток, все — молодые. И если мужчины носили костюмы по Петроградской моде, платья женщин были, скорее, смесью традиций. Общий крой напоминал то, что Дмитрий видел в Москве и Петрограде, а вот выбор цветов и вышивки — местные мотивы. Практически все платья облегающие, девушки явно желали подчеркнуть свою стройность, при этом не допуская оголённых плеч и привычных европейцу декольте.
Дождавшись окончания речи, Дмитрий благосклонно кивнул и, проигнорировав официанта, принёсшего напитки, громко объявил.
— Плохо, господа.
Гости напряглись. Напряжение красочно отображалось даже на их не слишком эмоциональных, для европейца, лицах. Дмитрий пошёл прямо сквозь толпу гостей, те расступались, предоставляя коридор.
— От вас и так не ожидали многого, но вы продемонстрировали полную, абсолютную некомпетентность. Население острова либо вообще ни во что вас не ставит, либо некоторые из вас не так верны Его Императорскому Величеству, как хотят показать. В моих глазах разницы никакой, вы не справились со своей ролью в любом случае. Откровенно говоря, единственное, что вас спасает — вас некем заменить. Пока что.
Дмитрий остановился в центре, заглядывая в глаза каждому.
— Почти у всех в глазах я вижу страх. Но у некоторых… — Мартен остановил взгляд на одном мужчине.
Но тот продолжал стоять, твёрдо глядя в глаза генерал-губернатору.
— Я вижу вызов.
Дубров среагировал незамедлительно. Несколько офицеров быстро оказались рядом с японцем.
— Что же. Пусть теперь дознавателям рассказывает, что значил его дерзкий взгляд. А что касается вас, господа. И дамы.
Дмитрий скользнул взглядом по девушкам. Те мгновенно изобразили кротость и послушание.