Темный эфир (СИ)
Эфир бурлил от мощи энергии, вкладываемой в конструкты, твари дохли пачками, но подъема сил не было. Скорее наоборот, здесь каждое действие требовало больше усилий, больше эфира, быстрее опустошало Источник… Как в Мертвых пустошах. Странно… Очень странно…
Я сосредоточился на ближнем бое, оставив в покое способности и стараясь не сильно вглядываться в тех, кого убиваю. А то потом ночных кошмаров не оберешься… Уродливые люди с львиными головами и скорпионьими хвостами, кентавры, гарпии, еще что-то, сам дьявол, знает, что… Я пер напролом, оставляя за собой широкую просеку, в которой двигались, расширяя ее, бойцы «Феникса» и Корал с тенью следующей за ней Тиа. Кейн со своими людьми рубился в стороне.
В какой-то момент я сразил очередного кентавра, перескочил через его труп и оказался на просторе. Шум битвы остался позади, я же оказался на главной площади поселка. Огляделся и выругался.
В центре площади высилось подобие деревянного эшафота, сколоченного из обугленных бревен. К эшафоту была привязана обнаженная девушка. Даже с такого расстояния я моментально понял, что мы нашли Анастасию Аквис — уж очень сильно девушка походила на Джулиана. Взгляд невольно пробежался по стройным, длинным ногам, скользнул по плоскому животу, высокой, упругой груди… Девушка была без сознания. А прямо напротив нее, сжимая в руках большой ржавый меч, стояло НЕЧТО.
В том, что эта тварь пожаловала прямиком из Бездны, у меня не было никаких сомнений. Высокий, выше двух метров. Очень мускулистый. Козлиные ноги, покрытые темной, свалявшейся шерстью, мощные копыта, выше пояса — вполне человеческий, рельефный торс… Почти человеческий: у людей из спины не растут крылья. Некогда широкие и мощные, будто у гигантского птеродактиля, сейчас они представляли собой абсолютно нефункциональные обрубки, оборванные и обожженные. Густые волосы существа, темные, как сама ночь, были заплетены в длинную, толстую косу. Из головы гостя из-за грани, расли рога, напоминающие бычьи — и один из них был обломан. Вокруг монстра собралась толпа самых отвратительных существ из всех, что я когда либо видел. Босх, узрев подобное сборище, завопил бы от радости и пулей рванул за красками, или чем он там свои картины писал…
Сжав зубы и преехватив древко глефы, я шагнул вперед. Этот ублюдок явно не освобождать Анастасию собрался. Кажется, тут должен был произойти какой-то ритуал. Земля вокруг эшафота была расчерчена кругами, испещрена какими-то символами, и было достаточно одного взгляда, чтобы понять, чем они нарисованы. Кровью.
Под моей ногой хрустнул маленький череп, и рогатый медленно повернулся в мою сторону. Лицо у него было вполне человеческим, и, по контрасту со всем остальным — невероятное красивое, словно лицо греческого бога, высеченное в гипсе умелым скульптором. Увидев меня, существо усмехнулось и шагнуло вперед.
— Человек… — чистым, высоким голосом, проговорил рогатый. — Смелый человек. И сильный. Ты убил много моих детей. Зачем пришел ты, человек?
— Я пришел за девушкой, — очень хотелось ввернуть какую-нибудь крутую киношную фразу, но красноречие, как назло, решило взять внезапный отгул. — Отпусти ее — и умрешь быстро.
Рогатый запрокинул голову и рассмеялся. Его уродливая свита подхватила смех, и по коже пробежали мурашки: настолько чужими, неестественными и пугающими были эти скрипящие, скрежещущие и лающие звуки.
— Ты смешной. Нравишься мне. Пожалуй, убью тебя лично. Но до этого ты посмотришь, как я возьму эту девку, потом убью ее и возьму снова…
— В рот ты у себя возьмешь, придурок, — оскалился я, смещаясь ближе, и прикидывая, как атаковать рогатого. Ударить гравиударом, разметая свиту, рывком переместиться ближе, уйти в скольжение… Да, пожалуй справлюсь…
— Смешной и смелый, — усмехнулся рогатый. — Хозяину такие нравятся. И сильный. Сильнее того рыжего недоумка, что сейчас служит хозяину. Не хочешь сменить сторону? Я могу дать тебе многое…
— Мне недавно делали похожее предложение, — ответил я, приближаясь еще на шаг. — В итоге, тот, кто его озвучил, удрал, придерживая штаны. Тебе я такого шанса не дам, — блин, да где же «Фениксы» с Аквисами? Хороший понт дороже денег, бесспорно, но, если твари одновременно бросятся на меня — возможны варианты. И далеко не все из них мне понравятся…
Рогатый усмехнулся.
— Ты очень самоуверен, человек. Я заставлю тебя пожалеть об этом.
Тварь из-за Грани подняла руку, сделала какое-то движение, и шум битвы стих. Я непроизвольно обернулся и едва сдержал готовое сорваться с губ ругательство. Площадь окуталась плотной, непроницаемой пеленой черного тумана, оградившего место будущего поединка.
— Что ж. Теперь нам никто не помешает, человек. Ты очень сильно пожалеешь о том, что пришел сюда. Готовься к смерти!
Я не стал отвечать. Я просто активировал «Рывок», и сорвался в скольжение, устремляясь к твари.
В режиме скольжения я был быстр. Очень быстр. Даже дьявольские по сравнению со мной двигались, будто в патоке увязли. На что-то подобное я рассчитывал и в бою с рогатым. Вот только моим расчетам оказалось не суждено оправдаться.
Рогатый рассмеялся и бросился навстречу, занося над головой свой ржавый меч. Твою мечту, он двигался с той же скоростью, что и я, если не быстрее! Какого хрена?
Сделав обманное движение, рогатый атаковал, и я с огромным трудом успел подставить глефу под его удар. И тут произошло нечто невероятное. Энергетический клинок, резавший металл, как масло, и половинящий тела, не встречая сопротивления, едва не вылетел у меня из рук, принимая на себя всю мощь удара рогатого. Его же меч при этом остался целым! Дерьмо! Кажется, это не обычная ржавая ковырялка…
Рогатый снова расхохотался, обрушивая на меня град ударов.
— Не ждал, человек? О, да! Ты еще не встречал таких, как я! Я — Грруинновайр! Я пришел открыть путь моему господину! Не стоило тебе связываться со мной, человек!
— Ох и имечко… — сквозь зубы процедил я, с трудом отражая удары рогатого. — По ходу, родители не очень тебя любили, раз нарекли так…
— Не шути с моим именем, человек! — прошипел рогатый, злобно ощерившись.
— Шутить? Да бог с тобой, я его хрен выговорю! — искренне возмутился я, уходя в пируэт, и пытаясь достать рогатого глефой со спины. Тварь играючи отразила удар и снова пошла в атаку.
Рогатый теснил меня, размахивая своей тяжеленной железякой, будто тростинкой. Я уже пожалел и о том, что сунулся на площадь без поддержки, и о том, что выбрал в качестве оружия глефу, а не Клинок, которым владел куда как лучше… Силен, засранец! Кажется, даже Стратос двигался медленнее… Хотя, кто такой Стратос? Одержимый Предтеча. Эта же срань рогатая вылезла из самого ада, где, судя по его словам, занимала далеко не последнюю должность. М-да. Если придется с такими бодаться, будет непросто… Впрочем, не стоит заглядывать так далеко вперед, тут бы с этим, отдельно взятым уродом, справиться…
Улучив момент, я ушел из-под удара, извернулся, и, вместо того, чтобы пытаться достать рогатого глефой, активировал «Электроразряд». Ветвистая молния ударила в грудь рогатого, и, кажется, впервые с начала схватки, мне удалось его достать. Он споткнулся и едва не упал, покачнувшись, я же рванулся вперед, и с разворота ударил глефой. Тварь из Бездны вскинула руку, защищаясь, но я оказался быстрее. Клинок глефы начисто срезал рогатому кисть, и она, все еще сжимая меч, упала на землю. Я издал торжествующий вопль, бросился на рогатого, намереваясь одним ударом покончить с тварью, но противнику снова удалось меня удивить. Сгруппировавшись, рогатый поднырнул под удар, заехав мне рогами в голову. Не будь на мне шлема — на этом история и закончилась бы, но, к счастью, я не стал снимать его перед боем. Впрочем, на этом везение и закончилось. Удар был такой силы, что перед глазами поплыло, к горлу прыгнул тугой ком тошноты, а руки выпустили глефу. Повинуясь инерции удара, я тяжело рухнул на спину, и рогатый тут же взгромоздился на меня, схватив целой рукой за горло.