Темный эфир (СИ)
Что ни говори, а Бранд был хорош. Он навалился на меня, подобно урагану, темный Клинок сверкал черной молнией и я едва успевал отражать его атаки. Уйдя в глухую оборону, я ждал, когда Бранд ошибется, допустит просчет, откроется… Но, кажется, наша прошлая встреча пошла бастарду на пользу. С того момента он стал сильнее и искуснее. Сейчас Бранд был равен мне… Если не превосходил меня.
Удары становились все сильнее, все быстрее… Я едва успевал отбивать их и поневоле начал пятиться. Атаки мечом чередовались с магическими, классические удары и выпады — с подлыми уличными приемами, и спустя минуту боя, так и не сумев перехватить инициативу, я начал нервничать. Не слишком ли много я на себя взял, пытаясь биться с Брандом в одиночку? Морт раздери, я даже не подозревал, что ублюдок станет настолько силен!
«Дай мне!» — требовательно выкрикнул Дэймон, едва не оглушив меня. Дерьмо, нашел время!
«Нет!» — мысленно рявкнул я. «Не мешай!».
«Я хочу помочь!» — из-за нового крика Дэймона я едва не пропустил удар, и выругался.
«Ты только мешаешь!» — прорычал я. «Уйди!».
«Ты не победишь его в одиночку! Ты погибнешь!».
«Отвали!».
Дэймон рванулся внутри, и я заскрежетал зубами, еле успев подставить Клинок под мощный горизонтальный удар, грозивший укоротить меня на голову.
«Пусти!» — от нового рывка меня аж повело в сторону.
«Ты мешаешь!».
«Да пусти же!» — Дэймон рванулся особенно сильно, и я вдруг ощутил, что означает выражение «как будто душу вытаскивают». В теле возникло странное тянущее ощущение, внутренности сжались в тугой комок, а потом что-то внутри дернулось, рванулось… И все снова стало, как раньше. За одним маленьким исключением.
Рядом со мной стоял Дэймон. И, судя по расширившимся глазам Бранда, который даже атаковать прекратил, это была не проекция.
Парень повернулся ко мне, посмотрел удивленным взглядом, а потом хищно оскалился — совсем, как я.
— Глефу! — крукнул Дэймон, протягивая раскрытую ладонь. Я не стал спорить. Материализовавшийся из кипера подарок Эй-Риха перекочевал к моему двойнику, и два голубых лезвия засияли, разгоняя мрак и придавая уверенности.
— Как же давно я этого ждал! — процедил Дэймон, и бросился в атаку. Я усмехнулся, и присоединился к нему.
Парень был действительно хорош с этим непростым оружием. Глефа гудела, рассекая воздух, оба лезвия мелькали в воздухе с невероятной скоростью, превращаясь в инфернальную мельницу, пропелеллер, готовый измельчить все, что попадет под его лопасти…
Теперь отступал Бранд.
Подстроившись под манеру Дэймона, я вступил в бой, и бастард начал паниковать. Как бы хорош он ни был, но противостоять одновременно двум далеко не последним бойцам, он не мог. Он все еще оборонялся, но уже начал совершать ошибки.
И одна из них стала фатальной.
Уклоняясь от глефы, он отвел руку с мечом слишком далеко, раскрываясь, и я тут же воспользовался этим, расстилаясь в глубоком выпаде. Клинок вошел в грудь бастарда, и тот всхрипнул, глядя на торчащий из солнечного сплетения меч с немым недоверием. Дэймон тут же крутнулся на месте, и нанес мощный удар с разворота, сверху вниз. Тот отсек бастарду левую руку и почти перерубил ногу. Бранд рухнул на колено, и я, выдернув меч из тела бастарда, одним быстрым движением отрубил ему голову. Просто и буднично. Как будто крошки со стола смахнул.
Голова ублюдка покатилась по полу, и мы с Дэймоном переглянулись, будто не веря в происходящее. Типа, это что, все?
Однако долго удивляться тому, что человек, перевернувший мировой порядок на Авроре, практический уничтоживший Дом Старков, едва не захвативший Технополис и за малым не уничтоживший планету, мертв, не получилось. Из Бранда ударил такой поток Силы, что меня оторвало от пола на добрый метр. Повиснув в облаке черной, злой силы, я раскрывал рот в немом крике, чувствуя, как мои Источники с трудом переваривают такой объем энергии, проводя эволюцию за эволюцией. Скрипели кости, трещали, рвались и срастались заново мышцы, внутренние органы менялись местами, а у Источников появлялись десятки новый ответвлений. От сообщений об инициализации новых способностей рябило перед глазами, а ураган бушующей энергии разметал все живое вокруг нас на добрый десяток метров. Да-да, именно вокруг нас. Потому что Дэймон пугающе реалистичным отражением висел над полом напротив меня — и с ним происходило то же самое. Да что, разорви меня морт, вообще здесь творится?
Наконец, все закончилось, и я тяжело рухнул на пол. Уф. Хорошо. И вставать совсем не хочется. А может, ну его, а? Полежу, отдохну… Неужели я этого не заслужил?
«Я нашел Стартоса», — заговорил Эй-Рих. Нашел? Это очень хорошо. Но… Но почему голос Предтечи полон печали и сожаления?
«Отлично! Где он?», — я вскочил на ноги. Усталость как рукой сняло. Бранд мертв. Осталось разобраться с его хозяином — и дело в шляпе.
Рядом со мной заворочался Дэймон. Я протянул парню руку, помог, и покачал головой. Подсознательно я ожидал, что моя ладонь пройдет сквозь проекцию, словно сквозь призрака, но рука Дэймона оказалась крепкой и вполне материальной. Ничего не понимаю… Как это произошло, морт меня раздери!
«Это уже не важно. Ты не успел, Дэймон».
Чего???
На сетчатке сама по себе возникла карта — как тогда, в Пещерном городе. Я увеличил ее, всмотрелся, и застонал.
Точка назначения находилась в Мертвых пустошах. Далеок. Слишком далеко отсюда. С тем же успехом она могла бы находиться на другой планете. Мы просчитались. Цитадель оказалась отвлекающим маневром. Обманкой. Ловушкой. Даже если Кармен выжмет из «Мотылька» все, на что он способен — мы не успеем. Никак не успеем.
— Но как? Как ты мог так ошибиться? — в отчаяньи выкрикнул я.
«Стратос начал ритуал здесь», — слегка виноватым голосом проговорил Предтеча.
— И как же он вдруг оказался в Мертвых пустошах? — издевательски спросил я.
«По червоточине», — спокойно ответил Эй-Рих. «Для Одержимых это самый просто способ перемещаться по нашему миру. Выход может быть в тысячах километров, но по Изнанке путь к нему не займет и секунды — по меркам внешнего мира».
«Прости меня, Дэймон», — голос Предтечи был полон грусти. «Ты сделал все, что мог. Анализ показывает, что ты не успеешь добраться до точки. Мне придется нанести удар».
— Да погоди ты! — отмахнулся я от него. Мозг лихорадочно просчитввал варианты. Не может быть, чтоб ничего нельзя было придумать!
— Сколько у меня времени? Говори! — потребовал я.
«По моим расчетам, ритуал завершится через час. Спутники достигнут нужных позиций через пятьдесят минут. Через пятьдесят пять я нанесу удар».
Взгляд упал на темный зев портала в углу зала.
— По червоточине, говоришь? — я усмехнулся. — Что ж. Кажется, я знаю, как успеть вовремя. Есть у меня один вариантик…
Вариант у меня и правда появился. И, чем дольше я его обдумывал, тем сильнее он мне не нравился.
Но, морт раздери, что я потеряю, если терять уже нечего?
Правильно — ничего. А значит, нужно действовать.
Глава 31
— Дэймон! Дэймон, на связь! — раздался в наушнике голос Кейна Аквиса. — Мы пробились! Идем на помощь!
— Да уже можно особенно не спешить, — хмыкнул я. — Толку-то… — последнее я произнем шепотом, чтобы собеседник не услышал.
Грохот тяжелых ботинок наполнил зал. К «Фениксам» подошло подкрепление, и сейчас они, с несколькими Владеющими во главе, вбегали в помещение и рассредотачивались по залу, готовые к бою. Но сражаться было больше не с кем. Со смертью Бранда сопротивление захлебнулось. Мои союзники успели добить последних послушников и сейчас стояли напротив… Напротив нас. С недоумением глядя на меня и Дэймона.
— Это… — голос Корал звучал сдавленно и удивленно. — Дэймон, это… Это как?
— Сейчас на это нет времени, — отрезал я. — У нас остался час на то, чтобы разобраться со Стратосом. Ритуал не прерван. Единственный способ успеть — пройти через червоточину. Пройти через Грань, и убить Стратоса меньше, чем за пятьдесят пять минут. Пятьдесят четыре, — хмыкнул я, бросив взгляд на ассист, на котором автоматически запустил обратный отсчет. — Сейчас я иду туда. Мы идем, — поправился я, поймав негодующий взгляд Дэймона. — И, скорее всего, это путь в один конец. Но, если у нас не получится, это не будет иметь значения. Не буду скрывать — мне понадобится помощь. Но звать за собой я не стану никого. Решайте сами. Если мы не успеем, погибнут все. Так что вы можете провести этот час с близкими, помолиться, заняться любовью — или пойти со мной и подарить миру шанс. И не только этому. На решение — минута. После мы уходим. Время терять нельзя.