Геомант. Болотная ведьма (СИ)
— Завтра с утра двинем в деревню, — отвлек меня от мыслей голос Костика.
— А что в ней такого особенного то, — спросил Стас. — Ты так и не сказал.
— А он вам и не скажет, — хихикнул Сашка. — Урочище как урочище, тут таких полно! Если бы не одно «но» — ведьма там жила…
— Ведьма? — подала голос я.
— Ага!
— Сашка, не неси чепухи! Не было там никакой ведьмы…
— Ага! Конечно, а дом с рогами на крыше? А то, что местные рассказали?
— А вот это уже интересно, — Леха отложил в сторону металлоискатель, на котором все это время пытался выставить какой-то хитрый режим поиска, и заискивающе посмотрел на Костика. — Расскажи!
— Нафиг? Обычные байки… Зачем на ночь глядя страшилки травить? — Костя выразительно посмотрел на меня, всем своим видом пытаясь дать понять парням что с нами, мол, дама, давайте не будем ее пугать.
— Страшилки на ночь глядя у костра в лесу — это самое то! — выпалил Сашка. — Давай рассказывай, принцесса твоя вон, не против — не боится.
Я усиленно закивала, пытаясь показать, что мне и правда не страшно. Костя вздохнул и, сообразив, что гости уже поели и теперь жаждут развлечений, начал свой рассказ.
Оказалось, что две недели назад в Тульских лесах Костик умудрился отыскать новую-старую деревеньку, давно оставленную жителями. В общем-то, ничего особенного — деревнями такие поселения назвать можно с большой натяжкой — от домов там остались только стены, а кое где старые строения ушли в землю по самую крышу. Таких деревень по России очень много — жители оставляли их по разным причинам. Где-то вся молодежь перебралась в города еще в годы советской власти, горя желанием поддерживать коммунистические идеалы и осваивать целину, и со временем деревни просто вымерли; какие-то населенные пункты опустошили фашисты в годы Великой отечественной войны и жители туда так и не вернулись… Теперь такие местечки по-научному назывались «урочищами» и найти их можно без особых усилий: достаточно раздобыть старую карту (например, карту Шуберта, на которой обозначены поселения 1860-го года) и сопоставить местоположения деревень с современными картами — всего и делов!
Костик, который живет под Тулой уже почти год, уже давно обшарил все окрестности, побывал во всех брошенных деревнях и облазил разрушенные храмы и церкви, но вот на эту «новую» деревню он набрел впервые! Более того, ни на одной старой карте в этом месте он не нашел отмеченного населенного пункта — только глухой лес и болотистая местность. Впрочем, у Костика помимо карт был еще один источник информации — бабка Клавдия, самая старая жительница той деревни, где Костя купил дом. С бабулькой у него были отношения хорошие: рукастый парень то забор ей чинил, то колодец, а добрая старушка, годами не видевшая своих детей и внуков, приезжающих только летом и то ненадолго, радостно угощала его вареньем, домашними разносолами и вообще никогда не прочь была поболтать с молодежью. Так вот, когда Костик рассказал ей о своей находке, обычно приветливая старушка, обожающая поговорить «за жизнь», едва не пинками выгнала Костю со двора, заявив, что место — это проклятое, жила там ведьма и ходить туда ему не следует! А уж поскольку она уверенна, что он все равно в старую ведьмовскую деревеньку попрется, то и сам Константин по ее мнению теперь проклят и делать ему на ее огороде, а уж тем более в ее доме — больше нечего. Костя, которого старушка впервые буквально вытолкала за калитку и еще несколько минут стоя за забором усиленно крестилась и нашептывала какие-то наговоры, задумчиво почесав репу поплелся прочь. Но старая деревня интересовать его не перестала — естественно, следующим же утром он собрал вещички для дальнего похода и выдвинулся в ее направлении.
Во второй раз нашел деревню Костик не сразу, оказалось, что и не деревня это вовсе — так, несколько дворов, стоявших поблизости друг от друга. Парень насчитал среди лесной поросли всего 5 домов, которые видимо раньше (очень давно, по его мнению) были жилыми и несколько хозяйственных построек, типа сараев или загонов для скотины. Оставили это место уж очень давно — от домов практически ничего не осталось, да и в комнатах уже успели вырасти серьезные деревья, разрушившие и полы и крыши того, где когда-то жили люди. Деревянные бревна, из которых были собраны домики, уже давно потемнели, стены развалились, а от заборов остались только сгнившие едва ли не «под ноль» столбы, когда-то давно вбитые в землю. Земля здесь также была, мягко говоря, «не очень» — болотистая, чавкающая под ногами и, в общем-то, не располагающая к прогулкам. Но самое интересное, что разрушенными оказались в этой деревне не все строения — один домик — небольшой, тоже покосившийся от времени, стоявший словно отдельно от остальных на небольшом холмике, конечно, тоже пострадал от времени, но выглядел не плохо. Больше всего Костика впечатлили огромные ветвистые оленьи рога, прибитые к его крыше…
Костик в дом, конечно же, зашел, но, к великому своему разочарованию, не нашел там ничего интересного или ценного — внутри по его словам даже некоторая мебель сохранилась и что-то, что парень обозвал «предметами культа». Мы с Лехой так и не смогли от него добиться описания этих самых «предметов культа» — он только пожимал плечами и повторял «ну, лоханки там странные такие»… А вот в самой деревне Костику улыбнулась удача — он нашел там золотой медальон который радостно нам продемонстрировал. Это оказался кругляш, на котором была изображена голова все того же оленя с ветвистыми рогами и начертаны еще какие-то знаки, больше всего похожие на руны или что-то подобное.
— Золото, — буркнул Стас, повертев находку в руках. — Думаешь, там есть еще такие?
— Думаю, там много чего есть, — пожал плечами Костик, передавая медальон Лехе, а потом мне.
Я вертела в руках кругляш на массивной цепочке, слегка потемневшей от времени и кое где позеленевшей то ли от мха, толи от того, что он достаточно долго лежал в земле.
— Красивый, — протянула я, проводя пальцами по выпуклым рогам оленя.
— Нравится? — спросил Костик.
— Конечно, — улыбнулась я. — Красивый же!
— Забирай!
Я уставилась на Костика и помотав головой протянула ему медальон на раскрытой ладошке, но парень заулыбался и, зажимая мои пальцы в кулак с медальоном внутри, только замотал головой:
— Забирай, говорю! Подарок тебе на день рожденья будет! Я же тебя так и не поздравил!!! А мы там, я уверен, еще много чего найдем, так что не думай даже — бери! Серьезно говорю, я хочу тебе подарок сделать!
— Ну спасибо, Костичек! — растеряно проговорила я, перестав пихать парню в руки кругляш, и принялась разглядывать его с новой волной интереса — все-таки, теперь это был мой кругляш. Золотой медальон на массивной цепочке очень мне приглянулся, собственно, настолько, что я не долго думая нацепила его на шею и торжествующе оглядела окружающих, одарив их голливудской улыбкой.
— Кто бы сомневался, — буркнул Стас. — Был бы я девкой, мне бы тоже много чего дарили наверное…
— А ты не девка? — спросил Костик.
— В смысле?
— В прямом! Ты мужик?
— Ну, мужик!
— Ну вот и веди себя как мужик, а не как завистливая баба!
Стас надулся от чего стал казаться еще круглее, а Костик скомандовал:
— А теперь, пойдемте спать. Утром нас ждет эта ведьмина деревенька, посмотрим, что интересного там для нас осталось…
Глава 2
Ведьмина деревенька встретила нас мрачно — лес здесь, хоть и не был слишком густым, казался каким-то темным и неприветливым, заболоченная местность была подернута туманной дымкой, из-за чего едва торчащие из нее потемневшие скаты старых крыш выглядели уж очень зловеще. Даже птицы здесь не пели…
— Как на кладбище, вот ей богу! — пробурчал Сашка, поправляя капюшон ветровки. — Тихо и холодно…
Кстати, тут и правда было прохладно. Даже не знаю, как это объяснить. С нашей стоянки мы вышли рано, практически с рассветом — позавтракали гречкой, выпили чаю со сгущенкой, банка которой оказалась у Костика в палатке, и выдвинулись к месту назначения. Нашли деревню, правда, не сразу — не смотря на наличие у моих спутников GPS навигатора, а у Костика — записанных координат, плутали мы по лесу, наверное, около часа. Летнее солнышко, поднявшееся из-за верхушек деревьев, уже стало припекать, но стоило нам подойти ближе к проклятому месту, как сразу стало тише и прохладнее. Воздух стал более влажным и терпким — на кочках там и тут белели болотные цветы, которые, в моем детстве, бабушка называла не иначе как «болиголовами» — дескать, голова от них всегда начинает болеть. Я таких особенностей этого растения до сегодняшнего дня не замечала, а вот на этом болоте и правда почувствовала, что сладкий запах этих цветов как-то неоднозначно сказывается на моем самочувствии — голова начала немного кружиться.