Я не выйду за варвара (СИ)
Меня настолько коробит от этих чувств, что кажется вот-вот расплачусь. И меньше всего мне почему-то хочется, чтобы именно он видел мои слезы. Чтобы упивался ими, утоляю свою жажду ненависти ко мне. Помнится он видел, кажись, их лишь раз. Когда я валялась в ногах у Джорджа, слезно умоляя его никого не убивать из-за меня.
Я резко запрокидываю голову вверх и часто моргаю, стараясь осушить глаза. Атмосфера в покоях становится до того напряженной, что в какой-то момент воздух сгущается настолько, что я не могу его просто вот так вот взять и вдохнуть. А Витторио все это время молчит. Будто наслаждаясь моими мучениями, он разглядывает меня тщательно и не спеша.
Лишь в момент, когда я уже собираюсь прервать эту муку и сказать уже хоть что-нибудь, он опережает меня. Впервые с момента нашей первой встречи он говорит со мной, глядя мне прямо в глаза. До этого я была удостоена одной только фразы. И то, сказанной шепотом в его кабинете, когда он в ответ на мою угрозу сам пригрозил выпороть меня кнутом.
Момент волнительный до нельзя и я стараюсь запомнить каждую ноту в его голосе. Сегодня он звучит как будто иначе.
— Ваша Светлость, у Вас что-то случилось? Почему вы отказываетесь от еды? — переводит мне Бриян Порпойзан.
Стоить отметить его учтивость и тактичность. В оригинале вопрос звучал немного не так. На сколько я смогла разобрать, перед «отказываетесь от еды» Эрл сказал: «Спроси-ка у нее какого эта черта она…». Как грубо. Обида за неприятные слова вязкой пленкой обволакивает все внутри.
— Так волнуюсь перед предстоящей свадьбой, что кусок в горло не лезет, представляете? Никак не могу дождаться. — язвлю я в ответ.
Не узнаю свой голос. Насмешливый, звонкий, местами чувствуются надрывы, будто вот-то что-то лопнет внутри. Бриян о чем-то переговаривается с Витторио. Быстро, бегло, сложными десятиэтажными словами. Только и слышу в этом сумбурном потоке «и», «она», «ее». На большее моих лингвистической базы не хватает. Остается только догадываться, о чем идет речь.
— Настолько не можете дождаться, что не хотите мерить подвенечное платье? — спрашивает Тан Бриян.
— А что Вас смущает? — наигранно удивляюсь я. Сквозь слова мои сочится плохо скрываемый сарказм и я еле сдерживаюсь, чтобы не засмеяться. Или не заплакать. — Да, не хочу. Вдруг в этот момент в покои нагрянет Верховный Эрл и увидит меня в нем. Плохая примета, знаете ли.
— Не переживайте, Ваша Светлость, мы сделаем все, чтобы Джордж не увидел Вас в свадебном платье. — ответил Бриян. — А сейчас Вам принесут горячую еду, вместо остывшей. — указал он на чайный столик, что разделял нас. — И Вы все съедите. При нас.
— Я же Вам сказала — переживаю я очень из-за свадьбы. Что уж тут поделать. Вот так проявляется у меня волнение. Аж есть не могу. А Вы, Эрл Витторио, разве не волнуетесь? У Вас ведь тоже свадьба. Хотя чего Вам переживать. Вам в жены достанется прекрасная девушка. Вы наверняка уже успели убедится, что моя троюродная сестра Каролина та еще красавица. — Святые Эльрата, что я несу. Остановите меня кто-нибудь.
— Это была не просьба, а приказ, Ваша Светлость. Вы сейчас съедите все, что вам принесут, а после примеряете платье. И раз уж Вы заговорили про Вашу сестру, то стоит отметить, что Вам следует поучится у нее субординации и покорности. Каролина приняла свою судьбу и без лишних истерик готова выйти замуж за нордорийца.
— Что ж, — мой голос предательски срывался, я подошла слишком близко краю и вот-вот сорвусь окончательно, — Мне остается только пожелать Вам большого семейного счастья, Эрл Витторио. — все, самоконтроль ретировался, чувствую как слезы предательски бегут по щекам, голос дрожит. — Пусть выходит. Но я не смогу! Я не выйду за варвара! Вы понимаете меня? Я не выйду за варвара! — кричу я и на последнем предложении, подрываясь на ноги, вымещаю всю свою злость на несчастный поднос с остывшей едой.
Он летит на пол, слышится звон посуды о мрамор и последним аккордом этой мелодии становится глухой металлический звук. Поднос отплясывает на полу свой причудливый танец, рассекая повисшую тишину своим противным затухающим звоном.
Витторио в ту же секунду вскакивает с места. Господи, что я наделала? Я никогда не видела его таким.
Глава 50. Лучше бы это был ты
Витторио:
«Я не выйду за варвара!» — набатом било в сознании.
Будто ведром с ледяной водой окатили. В голове сразу всплыли воспоминания о наших с ней немногочисленных «встречах».
«Варвар!» — кричала она тогда, залепляя мне звонкую пощечину.
Какой же я глупец. А я уже было подумал, что она… Бред. Сущий бред. Уверен, ее пресловутое «волнение» за меня о котором мне все утро вторил Анджей, не больше, чем его выдумка. Причем он сам же в нее и верит. Возраст у него такой, романтический. Ее переживания были вызваны скорее страхом за жителей Эльрата, а не мной. И бинтовала небось лишь потому, что хотела, чтобы я скончался после, но от ее рук, а не от чужой стрелы.
Ладно. Тут я уже перебарщиваю. Здесь имело место ее милосердие. Тот еще порок. Помню, как она, наступив на гордость, пала на колени перед Джорджем, чтобы он не убивал стражников. А ведь они тоже нордорийцы. Она ценит любую человеческую жизнь, не важно будь то враг или нет. Я бы не удивился, если бы она даже кинулась спасать Джорджа. Хотя нет, вру. Удивился бы еще как. Потому что он чудовище, а не человек.
Заврался я что-то окончательно. И прежде всего самому себе. Решил поиграть в магистратского сыщика: якобы ревнует она меня, заботу ко мне проявляет, вечно пытается вывести на разговор. Только вот проиграл. Настроил себе воздушных замков, как барышня, а она приземлила меня на землю. Варвар — вот я кто для нее. И за варвара она выходить не хочет.
Так разозлился на Анну Аврору, аж голова закружилась. Разве что пар из ушей не пошел. Вскочил на ноги и ринулся к ней, для того чтобы… Сам не знаю. Что бы я сделал ей? Снова «выпорол»? Силком бы раздел и напялил подвенечное платье? Или может ударил?
Нет. Мне хотелось сделать с ней абсолютно другое, не смотря на то, сколь сильно оскорбляют меня ее слова. Но в последний момент осекаю себя. Передумываю. Потому что, если позволю себе, то больше не смогу сдержаться. Выставлю Брияна за двери и…
О Боги, я ни чем не лучше Джорджа. Такое же чудовище, как он. Только мой брат, в отличии от меня не скрывает свои грязные порывы, играя в благородного воина. Однако планам моим не было суждено случится. Я захотел выйти ненадолго на балкон и успокоится, чтобы после вернутся к «беседе». Хотя это было бы в пору называть ссорой. Но вместо этого бросаюсь ловить Анну Аврору. Что-то уж больно часто она падает в последнее время. Вряд ли портные, сшившие ей платье, предполагали, что будет бегать в нем, как горная лань.
Испугавшись моих порывов, она резко отступает назад и, запутавшись каблуками в подоле собственного платья, снова рискует распластаться по мрамору. Так что вместо того, чтобы остановится и выйти, я подхватываю ее. Задерживаюсь в таком положении непростительно долго.
— Он чудовище, зверь! Убийца! — плачет она в моих объятьях, — Варвар! У него нет ни души, ни сердца! Он убивает людей просто так! Я не выйду за него!
Бедная девочка. Анна Аврора совсем еще юная. Изнеженная родительской любовью, не знавшая доселе жестокость и ужасы война, она пережила слишком много за последние недели, чтобы сохранить здравый ум и холодный рассудок. Доведенная до отчаянья, один на один во дворце с убийцами своего народа, наследница Бенкедорф не в силах смирится с судьбой, страшась брака с ненавистным ей избранником. Ее снова накрывает истерика.
Содрогаясь от всхлипов, Анна Аврора предпринимает жалкие попытки вырваться. Кричит, крутится, упирается ладошками мне то в живот, то в грудь, чтобы отодвинутся. Но ее усилия тщетны, где там взяться тем силам, когда она ничего не ест? Да и могут ли они сравнятся с руками воина, что в сражениях провел больше времени, чем она за выбором своих нарядов?