Я не выйду за варвара (СИ)

— Стоять! — приказал Маркус. — Вернулись к столу. — Ты, — обратился он к первой попавшейся, — За хозяйкой. Будете сейчас пробовать все.
После дегустации всех яств и осмотра каждого квадратного сантиметра этих «покоев», свита тщательно обыскала копию на предмет скрытых лезвий и пузырьков с ядом. Убедившись в безопасность они вышли за дверь, расставив дежурных по всему этажу и снаружи у окна.
Пребывание на свежем ночном воздухе немного прояснило мое сознание, но не настолько, чтобы я мог окончательно успокоится. Это подобие Анны Авроры настолько напоминало ее, поэтому…
— Сюда иди. — зову я ее.
  
Глава 38. Ваше Величество
 
Витторио:
И она подошла. Плавно. Неспешно. Словно завлекая меня в игру, где правила были ведомы только ей одной. Каждое движение, будто танец под музыку от звона цепочек на ее платье. Она приблизилась, глухо шурша подолом своего черного наряда, и встала передо мной, запрокинув голову. Горделиво вздернув свой маленький подбородочек, девушка глядела на меня из-под насупившихся бровей, старательно отыгрывая свою роль. Надо же. Такая же маленькая, черноволосая. Даже духи, как у Нее. Я потянулся к ней, чтобы коснутся, но мои руки так и зависли в воздухе, чуть выше ее локтей.
— Не ударишь меня? — спросил я, скривившись в саркастичной усмешке.
Она растерялась, на секунду выйдя из образа, слегка открыла рот от удивления, но затем быстро вернула контроль над эмоциями. Ее взгляд снова наполнился мнимым достоинством, а губы сжались в презрительной ухмылке.
— Не представишься? — продолжал я давить на нее, восхищаясь устроенным представлением.
Меня забавляло и в то же время оскорбляло то, как она пытается быть той, с кем ей никогда не сравниться. Глаза копии заблестели от моего вопроса. Она очевидно была готова к нему куда лучше, чем к предыдущему, поэтому, набрав в легкие больше воздуха, девушка гордо выдала:
— Анна Аврора Бенкендорф-Айвори. — заявила она и затихла, выжидая мою реакцию.
Но получила лишь горькую улыбку в ответ.
— Иди ложись. — кивнул я в сторону кровати, а сам отошел к столу налить себе рома.
Девушка с плохо скрываемой радостью сделала передо мной реверанс и быстро засеменила в сторону ложа, а затем села на него так, словно это был как минимум императорский трон, а не мерзкая койка в борделе. Я же тем временем, не скажу, что удобно, но расположился в кресле возле накрытого стола и, таращась в пустоту, принялся топить свои чувства на дне бокала.
Эти твари безжалостно драли изнутри, завывая, будто волки в бескрайних нордорийских лесах, и от алкоголя становилось только хуже. Но я все же продолжал заливать в себя эту горькую жидкость, в надежде, что она сможет мне как-то помочь. И все это мерзкое болото, вперемешку с совестью и чувством долга бурлило во мне, подстрекаемое огромной виной, что я испытывал уже много дней подряд.
— Я могу Вам…? — хотела что-то спросить копия, но я перебил ее, не дав договорить.
— Как зовут тебя?
— Анна Аврора Бенкенд. — начала она, но я снова оборвал ее на полуслове.
— Как зовут Тебя? — спросил я с нажимом, делая акцент на последнем слове.
— Катрин, Ваше Высо…
— Замечательно, Катрин. Спать ложись.
По ее лицу проскочило искреннее недоумение, которое резко сменилось животным ужасом, и в то же мгновенье она ринулась мне в ноги, заливаясь слезами.
— Ваше Высочество, прошу простите меня. — рыдала она на коленях, целуя подол моего плаща, — Если я сделала что-то не так, Вы только скажите. Умоляю Вас. Дайте мне еще один шанс. Я обещаю, что я сделаю все, как Вы хотите. Вы только скажите мне, как Вам нрав.…
— Прекратить истерику. Встала живо. — приказал я, так и не взглянув на нее.
Катрин нервно вздрогнула, тут же поднявшись на ноги, но истерику унять не смогла. Так и стояла тихо всхлипывая мне над ухом. Возможно, мой тон был излишне строг. Она же девчонка, а не мой солдат, как никак. Пусть и прислуживает в борделе.
— Я должен повторять тебе дважды? Быстро вытерла слезы и легла спать. Если кто спросит, то ты всю ночь ублажала меня, ясно? — отчеканил я.
 
— Ясно, Ваше Высочество. — промямлила она. — Разрешите идти ложится?
— Иди. — кивнул я.
Жалкая копия. Фальшивка. Воины из свита Джорджа, забавляющиеся с ней здесь, не рассказали ей, какая Анна Аврора на самом деле. Они не видели Её такой, а я видел. Потому что только при мне Она устраивает свои концерты, не боясь быть собой. Настоящая Анна Аврора никогда бы не подошла ко мне, позови я Ее. Она бы избегала всяких попыток приблизится к ней, не говоря уже о том, что герцогиня не стояла бы как вкопанная, протяни я руки, чтобы прикоснуться к Ней.
Она бы скорее влепила мне пощечину, стала обзывать меня варваром, кричала бы что ненавидит меня. Мне вообще в последнее время кажется, что кроме «варвар» и «ненавижу», она не знает других слов. И говорит их Она так искренне, так натурально.
А эта пародия на Нее? Даже представится не смогла нормально. Разве уже не моя ненаглядная Анна Аврора сделала бы это так убого? Да Она бы пол часа выговаривала мне свои титулы и регалии, напомнив, что Она никто иная, как «Ее Светлость Герцогиня Эльратская, прямая, единственная и чистокровная наследница императорской династии Империи Священного Грифона по отцовской линии, представительница правящей королевской династии Королевства Лоттэрании по линии матери, будущая императрица Империи Священного Грифона и невеста Верховного Эрла Великого и Бескрайнего Севера Анна Аврора Бенкендорф-Айвори».
Да еще и выпалила бы это как на духу, ни разу не запнувшись. Настоящая, гордая, благородная, с истинным величием и достоинством. Она даже выглядит по-другому. И глаза у нее зеленее, и кожа белее, и черты лица более нежные, и нос аккуратней, и фигура лучше, и…
…все это достанется Джорджу.
В этих жутких размышлениях я провел еще много времени. Час или больше. Но в какой-то момент мои думы были прерваны капитаном Мэером, который тихо пробрался в комнату:
— Что случилось? — поинтересовался я. — Анна Аврора опять устроила истерику и хочет испить моей крови?
В моем голосе звучали боль и сарказм одновременно. Я был чертовски пьян, но все никак не мог уснуть или хотя бы забыться.
— Вы снова пьете? — его вопрос звучал скорее умоляюще, чем с упреком.
— Да, Маркус, присоединишься? — спросил я, продолжая смотреть в окно.
— Я на службе. — напомнил он мне, будто бы я не в курсе.
— Как знаешь, а я выпью еще.
— Вам больше нельзя. — попытался перечить он мне, но был остановлен моим взглядом.
— Ты даже не представляешь, что я чуть было не сделал с Ней сегодня. — признался я ему, опустошая очередной бокал.
Мне почему-то захотелось рассказать кому-то об этом. Наверное, потому что хмель сильно ударил в голову. Никогда раньше я не делился ни с кем своими переживаниями, но сегодня… Сейчас, когда ром так некстати развязал мне язык, я очень нуждался в ком-то, кто мог бы понять меня с полуслова. И таким человеком оказался капитан Маркус Мэер. Мне не нужно было произносить ему вслух всех тех неприличных подробностей, что я позволил себе против воли Анны Авроры.
Ему достаточно было посмотреть в мои полные боли глаза и мне сразу же стало легче. В его взгляде не было осуждения за мою несдержанность. Напротив — он был полон понимания и поддержки. Именно в тот момент я понял, что за всеми могущественными Эрлами в нордорийской истории стояла их свита. Кем бы ты ни был, пусть даже самым сильным и мудрым правителем, ты нуждаешься в чье-то поддержке, иначе просто упадешь.
 
— Не вините себя. Вы лучшее, что могли послать нам Боги Великого и Бескрайнего Севера в этот трудный час. Но даже Вы должны иногда давать себе волю. Сегодня позвольте себе все, мы будем рядом, а завтра Вы нужны не только нордорийцам, но и десяткам других народов империи. Судьбы сотни тысяч людей в Ваших руках.
— Спасибо, Маркус. — сказал я и добавил, — Так зачем ты пришел? Ты так и не сказал.