Жених в гробу (СИ)

— Да, — наконец ответил он. — Это она. Разрушила крышу тюрьмы с помощью дракона и повредила несколько голов…
— Мне без разницы, что именно она натворила, — грубо прервал Инея незнакомец. — Её требовал к себе сам король!
Мне до последнего казалось, что Иней вступит в бой со своим коллегой. И тут я даже не знала бы за кого болеть. Иней был чрезвычайно опасен, я поняла это ещё в детстве, но его я всё-таки немного знала и надеялась, что он окажется никак не опаснее Звояра, да? А со Звояром я почти что сама справилась.
Тогда как второй — я понятия не имела, кто это, что он от меня хочет и зачем меня к королю? Про нынешнего молодого короля я вообще мало что знала. Но, с учётом того, как его отец устроил переворот, попытавшись убить уже своего отца, а нынешний король избавился от этого любителя переворотов, ничего хорошего меня ждать не могло.
Тем не менее драки не случилось, как не случилось у меня и шанса улизнуть, пока два нюхача будут выяснять, кто меня дальше потащит.
Лязгнув что-то негромкое, но неприятное, Иней сдёрнул меня с плеча и буквально швырнул на руки своему визави.
— Она очень опасна, — предупредил он. — Если упустишь — не сносить тебе головы.
— Сам знаю, — лязгнул второй. И что сделал⁈ Вместо того чтобы нести меня по-человечески, тоже закинул на плечо! Да ещё и рукой придерживать стал выше. Хорошо хоть пальцами не впивался как Иней.
Сопротивляться в этот раз я не решилась. Пусть лучше думает, что я совсем обессилила или что я милая и нежная, как цветочек. Пока я не пойму, что могу сбежать!
Приподняв голову, я могла наблюдать, как в бессильной злобе сжимает и разжимает кулаки Иней, которого мы оставили позади. Мы теперь шли в другую сторону! Ну, не обратно на крышу, разумеется, но совершенно не туда, куда тащил меня Иней.
Несмотря на сильно прилившую к голове кровь, соображала я ещё сносно и решила, что король вряд ли сидит и ждёт меня в тюрьме. А значит, меня вытащат из этого места, там я и использую свой шанс сбежать. Жаль, что без Даррена, ну да придумаю что-нибудь.
В конце концов, найду ту классную мёртвую старушку, вдруг у неё осталось немного магии и какого-нибудь дара для меня? Я согласна на самый ужасный, если только он позволит мне вызволить Даррена.
Ещё можно обратиться к госпоже Ильинке, она же бессмертная и вездесущая! Должна же она примерно представлять, как вытащить мужчину из тюрьмы!
В общем, я уже настроилась на побег, как мы снова остановились. А ведь на выход из этой крепости совсем не было похоже!
— Куда ты тащишь ведьму? — пролязгал новый нюхач. Вот им заняться нечем, устроили тут день вопросов и ответов! ещё и похожие всё со своими металлическими волчьими головами, поди разбери кто где. Я теперь и не отличала никого кроме Инея.
— Это не ведьма, — ответил тот, что тащил меня. — Это Иссабелия. Она просто носит такую шляпу. Её хочет видеть сам король.
— Ты видел, что солнце уже зашло? — спросил тот нюхач, что нам только встретился. — Утром король сам лично приедет смотреть, как решится вопрос Даррена Гастиона. Вот тогда посмотрит и на эту тоже.
— Но куда её тогда? — в голосе нюхача чувствовалась неуверенность.
Я бы подсказала, конечно. Типа в миленькую уютную комнатку, где есть что попить и что поесть. И мягонькая постелька. Разве это так сложно предоставить?
Похоже, эти двое считали, что сложно.
— В камеру, — нюхач пожал плечами. — Чтобы точно никуда не сбежала. Ты вот проверил, что при ней нет какого-нибудь портала?
— Проверил, — немедленно соврал тот. — Но бумаги не заполнял ещё на неё.
— Так пойди и заполни, а я её отведу в камеру, — приказал самый новый нюхач, и я перекочевала на новое плечо. Нет, ну что за враньё на пустом месте? Сам сказал, что отведёт, а сам несёт!
Я злилась. И потому, что не удалось сбежать, и потому, что не успела помочь Даррену. Утром прибудет король и решит нашу судьбу. Если он хоть крошечную капельку учует в наших действиях мятеж, то можно даже не гадать — нас обоих казнят. Пикнуть не успеем.
Да и вообще много чего не успеем. Как я сейчас жалела, что повелась на вопли Арриены и не позволила Даррену избавить меня от браслета! Мне завтра, может, отрубят голову, а ей и вспомнить толком нечего! Несколько поцелуев и наполовину расстёгнутое платье! Это же на смех вивернам, а не воспоминания!
  
И сейчас ночь перед казнью я буду лежать на тюках с сеном и вспоминать… и нечего вспоминать, получается! Одним словом, раздраконила я себя ужасно. Будь при мне прежняя магия, уже бы попыталась поджечь этого нюхача или ещё что сотворить. Но вместо этого я висела вниз головой и размышляла, что часть мешочков по-прежнему болтались под юбкой, а часть — в шляпе, и вопрос лишь в том, как изменились свойства всех этих ингредиентов, когда я раздвоилась!
В любом случае проверить не помешает.
Я вообще надеялась, что сейчас нам встретится ещё кто-нибудь и мы поедем снова в другом направлении, но этот нюхач оказался самым успешным — он дотащил меня до камеры. Со скрипом распахнулась тяжёлая дверь, нюхач внёс меня внутрь и осторожно сгрузил на что-то мягкое.
— Король придёт не раньше десяти утра, — зачем-то объявил он и ушёл. Снова скрипнула дверь, закрываясь.
Я огляделась и немедленно поняла, зачем нюхач говорил про время, а ещё я поняла, что почти люблю его. Отбив меня у прочих, он сделал для меня самое важное — оставил меня в мою последнюю ночь наедине с Дарреном! Не знаю, как он это объяснит потом, видимо, как предыдущий нюхач со своими заполненными бумагами — просто соврёт.
Мне больше не было до этого никакого дела.
— Даррен! — воскликнула я, поднимаясь с кровати, на которую меня положил нюхач. Даррен вскочил с кресла, отбросив в сторону книгу.
Да, увидев его, я не сразу разглядела камеру и теперь была несколько обескуражена. Ладно, будем честными, я просто обалдела. Это вам не подвал с тюфяками, набитыми сеном!
Размах королевской тюрьмы отличался от того, что заключённому может предложить обычный университет как небо и земля. В этой небольшой комнате с решётками на окне и двери, а также с едва заметным сиянием от стен — кажется, такое мешает магам применять свои магические силы, было всё, что могло понадобиться: кровать, довольно удобная и широкая — я успела оценить, кресло, полочка с книгами, кофейник, чашки, блюдо с бутербродами… в животе у меня заурчало.
— Белка, ты голодна! — спохватился Даррен, который вскочить-то вскочил, но подходить не спешил. Выглядел он довольно бледным, и я вспомнила, что в тюрьму он попал вскоре после того, как покидал своё тело. Конечно, его поселили не в самые ужасные условия, но какая разница? Тюрьма и есть тюрьма.
Я всхлипнула.
Видимо, Даррен решил, что это от голода, потому что быстрее налил из кофейника горячий напиток и подхватил кружку, а второй рукой подцепил сразу два бутерброда.
— Бедная моя, — он вручил мне свою добычу и усадил меня обратно на кровать. — Как ты сюда попала? Я думал, уж второй раз ты убежишь так далеко, как только сумеешь!
Ох, он же ничего не знал!
Я начала есть и рассказывать. Иногда я забывалась и вскакивала, едва не проливая кофе себе на юбку, пыталась размахивать бутербродом. Тогда Даррен тоже вставал, чтобы усадить меня на место. На третий раз он не выдержал и усадил меня себе на колени.
Удивительное дело, но вскакивать мне тут же расхотелось, и даже один из самых ужасающих моментов — когда Клементина убила вторую меня, я описала, прижавшись к Даррену, а не размахивая руками и показывая, как именно Клементина втыкала кинжал в моё спящее тело.
— Невероятно, — задумчиво произнёс после этого Даррен. — И какие бесы в неё вселились?
— Мне совершенно плевать на бесов Клементины, — отрезала я. Мне хотелось плакать как никогда в жизни, но, как и всегда до этого, глаза оставались сухими. — Как и на всех личей мира с их дурацкими завоеваниями мира. Разве ты не понимаешь? Мы оба умрём утром!
— Но постой, Белка… — начал Даррен, а я закрыла ему рот ладонью.