Жених в гробу (СИ)

— Ну куда ты несёшься! — причитала Кайса. — Ты же так убьёшься!
— Нет, так она не убьётся, — не согласилась Малассеция. — На лестницу беги, там убиться проще!
Я и впрямь бежала на лестницу, но не потому, что хотела убиться, а потому что мне нужно было попасть к сердцу университета. Там оставалась моя лопата, которую забрали из кабинета Звояра вместе с той бедненькой моей половинкой, которая вот-вот будет убита и похоронена в роскошном алмазном гробу. Так себе достижение, но других у меня для неё не было.
Наверное, с той второй мною что-то сделали, не могла же я сама по себе разнервничаться так, чтобы поскользнуться на лестнице? Будь я чуть ближе к ступенькам — пересчитала бы всё до одной и наверняка свернула бы шею, но мне повезло. Я уже была на площадке между двумя лестницами и просто влетела в постамент, на котором стоял бюст Форта Каньера — основателя университета и самого невозможного призрака из мне знакомых. Ну, не считая эйри, конечно.
— Что ты творишь! — завопил Каньер, когда я одновременно пыталась удержать узкий постамент и не дать ему придавить меня. — Это же культурное наследие!
Я же как раз в ту же секунду решила, что моё собственное наследие мне как-то ближе, и отскочила в сторону, позволяя неудачно установленному на слишком узком основании постаменту разлететься на куски. Сами виноваты, странно, что до сих пор никто не свалил! Нечего делать такие хрупкие скульптуры и ставить так неудачно, да и…
Я перестала придумывать отговорки, которыми собиралась потчевать Каньера в ответ на его стенания, потому что как раз стенаний и не было. Гипсовая пыль потихоньку улеглась, и я потёрла израненные осколками руки. Царапины, но кровоточат, что за безобразие такое!
Призраки молчали все как один.
— Иссабелия, детка, посмотри, что там, — сдавленным голосом произнёс Каньер. — Я не верю своим глазам.
Я присела и поняла, что так смутило призраков. Разбившееся нечто не было отдельно бюстом и постаментом, нет! В гипсе было заключено человеческое тело, голова которого выступала вместо бюста Каньера!
Я осторожно перевернула тело, пачкая гипсовую пыль кровавыми пятнами от своих ладоней, и поняла, что я немного ошиблась. Это не лицо мертвеца облепили гипсом так, чтобы он походил на Каньера, это и был Каньер!
Моё хобби же сработало против меня. Пока я тупо разглядывала хорошо сохранившегося, только высохшего от вытягивающего воду гипса ректора, руки мои жили собственной жизнью, ощупывая тело, чтобы избавить его от лишнего. Пара монет в одном кармане, ключ в другом…
Блестящий предмет в груди — я схватила его машинально и отбросила от неожиданности. А застывший надо мной призрак Каньера захохотал как сумасшедший.
— Наконец-то! — произнёс он и влетел в высохшее тело.
— Наконец-то! — повторили тонкие, белые от гипса губы.
Я попыталась отползти в сторону и прикинуться ветошью.
Второй лич за неделю — это уже слишком!
  
Глава 21
 
Лиха беда начало!
 
'Если заранее знать, к чему приведут наши действия,
многие не вставали бы по утрам с постели.
К счастью для нас, предвидение доступно лишь немногим магам'.
Иссабелия Астаросская
«Здесь будет название трактата, если он будет написан»
— Наконец-то! — повторил лич, поднимаясь на ноги. Он оказался выше, чем я представляла Каньера по призраку, ну и страшнее. Гипс высушил его кожу и покрасил в белый, но при этом она почти полностью сохранилась, как и большая часть одежды. Но от этого он казался только ужаснее. И величественнее. Личи вообще были довольно опасными, потому что магия некроманта восстанавливала его голосовые связки и нарушенные смертью связи между мозгом, глазами и всем остальным телом. Но магия делала это только физически. Что на самом деле поселится в личе и какая посмертная логика у него появится — никому не известно.
Можно было надеяться, что Каньер получится нормальным, раз у него объединилось тело и призрачная часть, но я в это не слишком верила. Будем честными, основатель университета в посмертии только пытался казаться нормальным. Этим он, конечно, приятно отличался от Малассеции, которая даже не пыталась.
  
Вот и сейчас она кружила вокруг лича и стонала, заламывая руки:
— Совсем немного крови, мне тоже бы хватило!
Я пошевелилась, оглядывая свои исцарапанные руки. Ну точно же! Дело не только в игле, которую я машинально вытащила. Дело ещё и в крови медиума! Мне нужно лучше следить за собой, если я не хочу, чтобы наступил конец света!
Впрочем, лич решил по-видимому, что конец света он может устроить и без моей помощи, спасибо ему за это большое.
Он перевёл взгляд на меня и широко улыбнулся. Улыбка с трудом далась его губам, они сильно потрескались, но кровь не потекла — не от чего ей было течь.
— Иссабелия Астаросская, — произнёс он с заметным удовольствием. — Не желающая убивать инквизиторская выкормышка, несчастная некромантка и случайный медиум. Ты вроде любишь послушать про планы злодеев, верно?
— Не то, чтобы люблю… — пискнула я, обмирая от страха. — Просто иногда приходится. Да и какой из вас злодей, господин Каньер. Вы же декан, основатель университета…
Рядом утробно захохотала эйри, но я это проигнорировала. Мне совершенно не хотелось оставаться тут с сумасшедшим личом, который намеревался именно мне выложить все свои планы. И петрушинке понятно, что такие везунчики потом долго не живут!
— Я расскажу, — Каньер шагнул ближе и наклонился ко мне, хотя я вроде и попыталась скрючиться на том месте, куда отползла от устроенных мною разрушений. — Тебе понравится, Белочка!
Соврал, разумеется. Кому в своём уме нравятся эти злодейские планы? А план Каньера и впрямь был злодейским. Так что я не столько слушала, сколько размышляла: он вот это всё прямо сейчас придумал или летал десятки лет и отшлифовывал эту безумную идею в надежде, что однажды всё получится?
В общем, Каньер решил, что наше королевство недостаточно великое. Ну прямо вообще не особо великое. Будь оно поменьше, давно бы поглотили соседи. А так просто шастают все кому не лень: вампиры прикидываются людьми, эльфы продают всякую ерунду, которая у них за гроши никто не купит, а у нас с руками отрывают, инквизиторы вообще распоясались со своими набегами. А вот Каньер сделает так, что все соседи будут дань платить и спасибо говорить ещё, что живы остались!
Как можно догадаться, большой оригинальностью в планах некромант не отличался и попросту он собирался поднять побольше мёртвых. Кому-то из значимых мертвецов постараться восстановить мозги, то есть, насильно сделать личом, а остальных использовать как тупую, но грозную силу. Поработить сначала всех несогласных в своём государстве, а потом пойти к соседям. Это даже не смешно, настолько это была скучная и короткая речь, но я, естественно, промолчала. В отличие от Малассеции.
— Да она помирает от скуки, как и мы всё! — завопила несносная эйри. — Это то, что ты предполагаешь сделать? А как же разорвать на куски всех живых⁈
— Полегче, — Каньер нахмурился. Никто не любит критику, и первый декан не был тут исключением. — Мне нужно будет кем-то править. И меня должны восхвалять, а не проклинать. Видишь разницу, глупая ты драконица?
Я решила вмешаться, сама не знаю зачем. Вот прямо зудело мне хоть немного удлинить наш разговор! Наверное, я надеялась, что кто-нибудь придёт и остановит некроманта до того, как он начнёт своё гнуснейшее колдовство, но так бывает только в тех книжках, что читала Софи, а в жизни никто не торопится тебе помочь, если ты убегаешь прочь, а потом нечаянно воскрешаешь лича!
Тем не менее, я подала голос:
— Простите, господин Каньер, — я откашлялась. — Но вы не учитываете того, что маги могут быть против. А у эльфов есть некоторое число одомашненных драконов. А у инквизиторов есть огонь… И умение им пользоваться.
— Цыц! — Каньер сурово сдвинул брови и теперь потрескался и там тоже. Зрелище напоминало мне как выглядит старый сапог, который попытались разносить, не смазав сначала жиром. — Ты ничего не понимаешь! Моё войско будет сеять ужас и панику, а значит, никто не успеет ничем воспользоваться!