Жених в гробу (СИ)

Снова перевести внимание на себя ему не удалось. Всем было жаль молодую симпатичную Кайсу и никому не интересно, как умер некромант, который и так жил на добрую сотню лет больше, чем следовало.
— Прежде, чем обвинять, нужно понять причины, — я глянула на Клементину, мол, правильно? Та утвердительно кивнула, и я заговорила увереннее. — Конечно, Звояр кошмарный тип, а его дочка та еще стерва, но с чего мы решили, что он мог убить в таком юном возрасте? Так мы дойдем до того, что обвиним его из-за того, что он некромант!
— Ты абсолютно права, — немедленно изменил свою точку зрения Каньер. — Смотри-ка, всего лишь начинающий медиум, но случаются хорошие мысли!
Наверное, он вспомнил, что и сам вообще-то некромант, хоть и мертвый.
— Если бы он убивал просто так всех подряд, то давно бы попался, — попытался внести свою лепту в разговор ректор и искоса глянул на эйри. Та сделала вид, что не поняла намека. А я порадовалась, что училась сейчас, а не когда эта ушастая вела занятия.
От такой одной лопатой не отобьешься!
Нет, университет за последние годы точно стал лучше и безопаснее. Я так и скажу на вручение дипломов. Если, конечно, доживу до него.
— Вспоминай всё про Звояра, — потребовала я у Кайсы, сообразив, что так мы ни к чему не придем. — Ты же много вспомнила, так? Заодно может и другие подозреваемые всплывут. Не знаю как вам, а мне не нравится, когда только один подозреваемый. Это как-то не спортивно даже!
— Я тоже могу что-нибудь вспомнить про Юлия, — напомнил о себе Каньер. — Всё-таки я был его мастером. Но память уже не та, совсем не та…
Я вздохнула. Похоже, выбора у меня особо не было да?
— Летите сюда, господин декан, — произнесла я таким голосом, чтобы каждый немедленно понял, что я совершенно не в восторге. И отпустила руку Клементины.
— Эй, я же так никого не вижу и не слышу! — возмутилась Клементина. Но я решила минимизировать свои репутационные потери. Меня потом Кайса еще задразнить зацелованными стариканами, я точно знаю! Это сейчас она грустная из-за неприятных воспоминаний, но придет в себя и задразнит!
Я чмокнула подлетевшего вплотную Каньера в сияющую лысину. Хотела в лоб и даже привстала на цыпочки, но тот с неожиданно серьезным лицом склонил голову, и я попала в лысину.
Почему-то я ждала таких же воплей как от Кайсы. Вроде: «Юлий, это всё он» или «Эйри, это всё они!», но Каньер просто молча отплыл на свое место.
— Немедленно возьми меня за руку! — потребовала Клементина. — Я тоже хочу услышать историю твоей подруги!
Тут я не могла не согласиться. Сама бы ни за что такое не пропустила. Мы с Клементиной сели на диванчик и приготовились слушать.
Как оказалось, Кайса умерла около пятидесяти лет назад. Не так много, как жил тот же Каньер, но для меня всё равно ужас как давно. Звояр тогда тоже учился в университете, на год младше Кайсы.
— Понимаете, мы все учились как могли, — Кайса снова расчувствовалась. — Большинству тяжело давалась некромагия, особенно девушкам. Женщинам ближе созидательная магия, Белка тут скорее исключение.
Я едва слышно фыркнула. Червей и скелетов девчонки боятся, в этом дело, а не в созидательной магии и прочей мути. Вон, у стихийников таких проблем нет — девушки сносят своим огнем или льдом всё на своем пути ничуть не хуже парней!
— А Звояр был очень талантлив, — Кайса говорила совсем тихо, так что мы все молчали, боясь пропустить хоть слово. — И довольно симпатичен для некроманта. Так что девушки постоянно звали его на прогулку по кладбище, чтобы разобраться с непонятным. Он никому не отказывал.
В этот раз мой фырк оказался громче. Нет, Кайса всё-таки очень наивная, куда наивнее меня! Ходить вдвоем с некромантом ночью на кладбище и рассчитывать, что он там поможет подготовиться к коллоквиуму по упырям, ха! Держи карман шире, делать некроманту нечего!
Если бы Юлий действительно хотел помочь этим неумехам, он собрал бы их всех вместе и отвел на кладбище днем. Выписал бы у Каньера допуск к учебному материалу, получил бы по монетке с девиц и отличную оценку у преподавателя.
  
Только вот Юлий, похоже, получить с девчонок хотел вовсе не монеты.
Судя по лицу Кайсы: она кусала губу и страдальчески делала брови домиком, — рассказывать дальше ей совсем не хотелось.
— Я тут помогу немного с рассказом, — вступил в разговор Каньер. — Звояр был так мил, что заранее подготавливал ингредиенты, добытые им из могил, так что копать вам ничего не приходилось. Кладбище, луна, тишина, вы одни, и рядом с красивым склепом в кустах бересклета от робкого поцелуя сердце девушки воспылало любовью.
— Не ёрничайте, — сурово пристыдила я декана. — Какой бересклет, он же низенький. Это наверняка был можжевельник.
— А медиум опытна в таких вещах, — хихикнула эйри. Клементина на меня странно посмотрела, но я не смутилась.
— Я почти каждую ночь ухожу на кладбища, — ответила я. — И хихиканье в кустах отвлекает от копания могил.
Клементина немедленно отвернулась, а эйри посмотрела с еще большим интересом.
— Всё так и было, — произнесла Кайса, и наш спор замер, не разгоревшись. Рассказчица снова завладела всем нашим вниманием. — Мне показалось, что я была для него чем-то особенным. Мы перестали брать с собой лопаты на третью ночь, он больше не ходил туда с другими девушками…
Она замолчала на мгновение и жестко закончила:
— Ну, или я об этом не знала.
— Все мужчины — упыри кладбищенские, — с чувством произнес Каньер таким голосом, словно он больше всех пострадал от этих мужчин. Кайса несмело улыбнулась, но получилось у нее не очень хорошо.
— Мы начали встречаться, — продолжила она. — Юлий делился со мной своими планами. Он вовсе не собирался оставаться в университете, его планы были грандиозными. Почти как у господина Каньера.
— Я вовсе не собирался завоевывать мир с помощью обученных гулей и упырей, милая девочка, — отечески улыбнулся ей тот. — Это был научный эксперимент, который закончился пшиком.
— Вовсе нет, — я не могла не вклиниться в разговор. — Вы же легенда! Университет построен благодаря вам!
— Спасибо, дорогая, — Каньер кисло улыбнулся. — Остаться в памяти людей как строитель, да еще стать жалким призраком вместо лича — просто предел мечтаний.
На это я уже ничего не могла сказать и замолчала, позволяя Кайсе продолжить.
— Он хотел стать если не королем, то ближайшим советником короля, — продолжала Кайса. — Однажды, когда мы лежали вместе, я спросила, каким он видит наше будущее.
В этот раз фырк издала Клементина.
Кайса сделала вид, что не расслышала его.
— Он сказал, что женится на тихой девушке из окружения короля, и она родит ему дочь, когда у короля родится сын, — голос Кайсы дрожал от возмущения. — Потом провел рукой по моей щеке и, глядя мне прямо в глаза, сказал: «Но это будешь не ты, дорогуша».
Мы некоторое время молчали.
Если бы Кайса была живой, я бы обняла ее или налила воды, а то и поделилась бы спрятанной булочкой. Но как утешить призрака, никто из нас не знал.
Успокоившись самостоятельно, Кайса продолжила. По ее словам, она расплакалась, и Юлий предложил ей выпить. Судя по всему, в вине было то самое зелье. Возможно, Кайса была первой, на ком Звояр испытал его.
На следующий день Кайса ничего не помнила, а вечером Звояр первым завел разговор.
— Мы снова были на кладбище, — голос Кайсы снова звучал тихо. — Под моей спиной была твердая могильная плита, оставляющая синяки от излишне резких движений, надо мной — небо, полное звезд. А Юлий наклонился низко-низко и вместо очередного поцелуя шепнул мне в рот, что мы скоро расстанемся.
В этот раз молчание было еще дольше.
Я некоторое время пыталась представить, чем можно заниматься, лежа на могильной плите, а когда сообразила, была полна возмущения — ничего себе момент для таких новостей! Менее наивная Клементина сразу перешла к возмущению и стояла красная как рак от смущения и злости.
— Я бы его съела, — нарушила молчание эйри. — Даже жаль, что не съела, пока была жива.