Рюрикович (СИ)

Второй же, черноволосый крепыш, тоже времени зря не терял и разливал по стаканам шампанское. Его руки и ноги не давали второй девушке, рыжеволосой статной красавице, выскользнуть из купе.
— Похоже, что мы всё-таки опоздали спуститься с горы, — проговорил за моей спиной Годунов.
Его фраза заставила девушек поднять на нас глаза. Таких умоляющих взглядов я не встречал с той поры, как забрел в деревню, которую кошмарили случайно заблудившиеся утопцы. Пришлось в той деревне задержаться на пару ночей, чтобы упокоить бушующую нечисть. Мне кажется, что и тут придется задержаться тоже.
— Прошу прощения, кажется, мы ошиблись купе? — начал я любезно. — Нас приглашали в гости княгиня Екатерина Семёновна Бесстужева и Ирина Николаевна Карамзина. А вот о том, что тут будут ещё какие-то гости, нас не уведомили…
— Не уведомили их! Ха! А ну, пошли прочь, челядь! Не видите — высшее общество развлекаться изволит! — пьяным голосом воскликнул рыжий.
— Степан, а может это клоуны нас развлекать пожаловали? Вишь, как вырядились? Как будто из высшего сословия! А я вам одно скажу, холопы, как вы не рядитесь, а черную кость всё одно за красивой оберткой не спрячешь! — хохотнул его приятель.
Не люблю пьяных людей. Пьяных аристократов тем более. Таким моча в голову ударяет и кажется, что море по колено. А когда трезвеют, то либо родительское влияние впрягается, либо родительская казна. Уроды, одним словом.
И таких уродов нужно резко ставить на место, пока моча не накрыла мозг по самую верхушку.
— Черная кость может и выпирает наружу, но её прекрасно украшает хорошее воспитание и врожденная вежливость. А у иных благородных кровей гниль всю цветистость перекрывает и порой противно даже смотреть на такое непотребство, — процедил я в ответ.
Пару секунд эти двое потратили на переваривание моего витиеватого оскорбления. Ещё пара секунд ушла на наливание физиономий красной краской до степени помидора. Того и гляди пар из ушей засвистит.
Зато умоляющий взгляд девушек сменился на благодарный. Они увидели, что я переношу внимание засранцев на себя.
— Не слишком ли громкие слова для неизвестного человека? — дернул губой рыжий. — Или у тебя, холоп, есть пара запасных жизней в кармане?
— Мы не холопы! — Годунов попытался сказать это уверенно, однако голос сорвался на писк и вышло больше смешно, чем грозно. — У меня отец известный помещик в Вяземском уезде!
Нужно будет сказать ему, чтобы не лез в разборки, а то только хуже делает. Сидящие хохотнули — им выпал шанс показать себя перед девушками.
— Да уж, совсем эта челядь распоясалась! — поддержал друга второй. — Стоит отцу немного денег в кармане заиметь, как он уже помещиком себя кличет. А у дитятки вон и нос в табаке, да и навоз под ногтями.
— Где-е-е?
Ну да, Годунов, конечно, посмотрел на свои ногти, как будто не понял подкола. Этот жест вызвал ещё больше веселья у великовозрастных придурков. Они грохнули так, что девушки вздрогнули от неожиданности.
Ну что же, пришла пора принимать меры и прекращать это веселье. И не надо говорить, что я не давал им шанс исправиться. Я всем даю шанс. Даже волокушам… Добрый я, наверное…
— Господа, вы не правы и ведёте себя по-свински. Я думаю, что вы заслуживаете того, чтобы вас проучили. Урок хороших манер будет для вас не лишним, — проговорил я холодным металлическим голосом.
— Кто это вздумал нас учить? — вскочил рыжий. — Чтобы холопы на бояр гавкали, да…
— Меня зовут Рюрикович. Иван Рюрикович, — чуть поклонился я в сторону дам, а потом посмотрел на чуть побледневших боярских сынков. — И я хочу задать вам знатную взбучку, бояре… Как насчет того, чтобы сделать это на крыше вагона?
  
Глава 15
 
«Лучше всю жизнь готовиться к битве и таскать с собой меч, но никогда его не применить, чем оказаться посреди боя без меча»
Кодекс ведаря
— Неужели это тот самый Иван, про которого говорили служанки? — спросила рыженькая у своей подруги.
— Весьма приятно познакомиться, — произнесла русоволосая красавица, чуть наклонив голову. — И ваше появление как нельзя более своевременно.
 
Молодые люди тем временем переглядывались. Они явно не ожидали таких слов от совершенно незнакомого парня. До их разгоряченных мозгов дошла информация о том, что они попали в передрягу, и теперь они старательно пытались понять — насколько серьёзная эта самая передряга?
— Мне тоже очень приятно познакомиться, дамы, — улыбнулся я в ответ и показал на своего товарища. — Моего друга вам представлять не нужно?
Девушки чуть качнули головками в ответ. Годунов расплылся в улыбке. Сейчас его узнали и вроде как даже признали за своего.
— Вот и хорошо. Скажите, досточтимые попутчицы, вас не смущает общество данных индивидуумов? Может быть освободить от них ваше купе?
Этими словами я пробудил к действию застывших было ребят. Пусть они и туго соображали, но игра на струнах чести и достоинства дала о себе знать. Если бы я продолжил дальше в подобном тоне, то зарыл бы весь боярский авторитет к чертям собачьим.
— Где будет вам угодно! И когда вам будет угодно! — холодно выпрямился рыжеволосый. — Если вы хотите задать нам взбучку, то что мы можем противопоставить царской воле? Только волю боярскую! И если вызов на дуэль сделан прилюдно, то…
— То вы не имеете права отступить без уважительной причины, — закончил я за него фразу.
— Но в данной ситуации мы не готовы к дуэли, — произнес черноволосый.
— Отчего же? Настоящий дворянин всегда должен быть готовым защитить свою честь и отстоять чужую. Во-первых, я вижу, что вы своим присутствием оскорбляете честь княгинь Бесстужевой и Карамзиной, а также я своими глазами видел, что вы оскорбили проводницу, — отчеканил я. — А, в-третьих, вы оскорбили мою честь тем, что ещё не соизволили представиться сами, но уже несколько раз обозвали нехорошими словами.
Молодые люди переглянулись. Я разложил им по фактам все косяки, за которые их, при самом плохом раскладе, по головкам не погладят. Видно было, как хмель торопился покинуть разгоряченные головы, а они старательно искали выход из сложившейся ситуации.
Я едва сдерживал смех. Все эти условности, экивоки, прыжки и реверансы были придуманы от несоизмеримо большого размера свободного времени. Когда человек постоянно занят, то он не будет придумывать себе и своему соседу различные рамки, за нарушение которых назначено наказание.
Аристократия же при наличии огромного количества свободного времени просто не знала — чем себя занять и начинала плести интриги, заговоры, а также придумала правила этикета. Этих правил обязан придерживаться любой мало-мальски уважающий себя дворянин. На этих же правилах я и поймал молодых людей.
Будь мы одни, то надавал бы каждому по моське, навешал пендалей и успокоил до конца пути, но… Сейчас рядом были дамы, а перед дамами я не мог себе позволить такого обращения с «рыцарями». Надо было их наказывать именно по-рыцарски, поэтому я и предложил дуэль.
Теперь, если они спасуют и включат заднюю, то нанесут непоправимый ущерб своей репутации, а если согласятся, то… То уже я нанесу им некоторый ущерб. Возможно, даже пригодятся лекарские способности Годунова.
Убивать их не входило в мои планы, всё-таки пьяное приставание не такой уж большой грех. Но проучить ребят стоило.
— Мы… Позвольте представиться, — справился с собой рыжеволосый. — Степан Сергеевич Бельский, сын Сергея Дмитриевича Бельского, главы Боярской думы.
— Михаил Данилович Романов, сын Данилы Николаевича Романова, главы Земского собора, — поднял нос черноволосый.
— Ну, меня вы уже знаете. Раскланиваться больше я не вижу причины, поэтому спрошу ещё раз — как вы смотрите на то, чтобы провести нашу дуэль на крыше вагона? Не стоит портить кровью местные ковры, — многозначительно проговорил я.
И отступить хочется, и терять лицо нельзя… Я видел их затравленно-растерянные взгляды и искренне забавлялся, снаружи оставаясь совершенно спокойным.