Зов крови (СИ)

Переиначив слова Нила Армстронга, скажу, что для меня этот маленький шажок стал настоящим скачком, несмотря на основательно заблеванный пол после моего эпического возвращения в реальный мир. Блевотину, разумеется, тут же прибрали механические уборщики, а после тщательного ополаскивания рта весь негатив в моей душе как рукой сняло, остались исключительно положительные эмоции.
  
Хотелось заорать что-нибудь в духе, смотрите я сделал это! Но я все-таки проявил выдержку и, поблагодарив Топчика за содействие, велел ему спрятать свою «милую» мордаху, сам же направился во двор своего дома встречать прибывшую подругу.
И вот после двухмесячного бла-бла-бла, то есть, подробного пережевывания препами откуда есть пошла псионика как наука, а также подробного разжевывания разного рода исторических аспектов, нашей группе были выделены часы для практических занятий в стенах Академии. Завтра некоторым из нас предстоит познакомиться со страшилкой, именуемой «комбинированный пресс». Установка также носит кучу других названий: «пресс», «давилка», «соковыжималка», «жернова» и так далее в том же духе.
Столь волнительную новость я поведал подруге за совместным ужином в ресторане «Вечерний бриз», что находится у моря в паре километров от моего жилища. Чтобы успокоить меня и поддержать, Йориза выдала что-то в духе, не страшен чёрт, как его малюют. Короче, бояться там в принципе нечего, ибо процесс обработки испытуемого проходит под полным контролем опытного оператора-псионика, и при малейшей угрозе его здоровью, установка будет либо выведена в нейтральный режим, либо полностью обесточена. А всякие слухи, которые распускают старшекурсники среди первачков всего лишь досужие страшилки, своего рода моральная компенсация пережитых когда-то ими самими страхов.
На следующее утро на мою нейросеть пришло уже конкретное оповещение куда и в какое время мне необходимо прибыть, дабы наконец-то получить дополнительный «пинок» в направлении развития моего дара.
— Ну что, студент, в первый раз, значит. — Констатировал усатый рыжеволосый мужчина с глубоко посаженными яркими синими глазами, на вид лет тридцати, а там, кто знает сколько ему на самом деле. Одет в стандартную униформу темно-серого цвета с шевроном аспиранта на рукаве.
Определенно, не дурак, коль повышает квалификацию. К тому же, не бездельник, привыкший жить на средства богатых родителей, не гнушается подработками в качестве оператора КП. Так что мне он понравился.
— Лис Терранин, прибыл для прохождения тренинга.
— Кардава Уйлема, — кивнул оператор, — Сейчас глянем, кто ты такой, Лис Терранин, — после чего, прикрыв глаза, отключился на пару минут от реального мира. Определенно был занят изучением моего официального досье. Через пару минут он открыл глаза и с оптимизмом в голосе сказал: — А неплохо для неофита, ни разу не посещавшего «давилку».
Вообще-то для меня высокие показатели моего псионического дара вовсе не новость, поскольку результаты предварительного сканирования утаивать от слушателей никто не пытался. Вот только в настоящий момент он значительно выше того, что было зарегистрировано при поступлении в ВУЗ. То-то будет удивлен Кардава, после замеров моих пси-параметров, которые обязательно состоятся после прохождения мною, как он выразился, «давилки». Как бы в уникумы не записали. Хотя, чего это я переживаю? Я же вполне способен повлиять на показания приборов. Нет, все-таки не стану мухлевать. Мне и самому интересно объективно оценить свой нынешний потенциал. К тому же, всегда могу отбояриться сбоем в работе измерительной аппаратуры и при повторном сканировании «усреднить» показания до приемлемых значений.
— Спасибо, господин Улема.
— Это за что же? — Недоуменно выпучил глаза оператор.
— Как говорят у меня на родине, доброе слово и кошке приятно. К твоему сведению, кошка мелкое домашнее животное, весьма своенравное.
— Значит, бесполезный пет.
— Ага, скажи это миллионам земных кошатников, мигом подвергнут активной обструкции и не только словесной.
— Ну всё, поговорили ни о чем, теперь за дело. — Кивнув головой в сторону открытой двери в кабинку Кардава Уйлема кратко проинструктировал меня: — Заходишь, закрываешь за собой дверь, полностью разоблачаешься, становишься в центр кабины между двух стоек, руками опираешься на поручни, голосом оповещаешь о своей готовности… Хе-хе-хе! Принять муку.
— Неужто больно?
— Не, скорее тягомотно, с непривычки может голова закружиться, некоторые в обморок падают. Тут недавно один парень впервые проходил процедуру. Здоровенный шкаф за два метра росту и ручищи, что моя нога. Так этот крендель всего-то на трех единицах умудрился грохнуться в обморок. А до него была девка, миниатюрная такая, прям тростиночка, титечки пупырышки, — Уйлема сформировал пальцами обеих рук известную незамысловатую фигуру и приставил к своей груди. — Так вот, эта малявка аж при шести единицах нагрузки целых полчаса выстояла и даже не пискнула… Ну всё, прочь лирику. Короче, постепенно нагрузку довожу до шестерки. Если что, кричи, я услышу.
Вошел в кабинку, сделал всё как было велено. Как только мои руки коснулись вмонтированных в пол металлических поручней, ощутил нарастающее давление.
Сначала почувствовал увеличение веса, затем возникли не очень приятные скорее болезненные ощущения в области солнечного сплетения, а потом и во всем остальном теле. Такое ощущение, будто кости периодически увеличиваются в размерах, затем сокращаются, то же самое и с мышечными тканями, их буквально выворачивало и перекручивало. А в животе словно здоровенный ком червей поселился. Шевелятся падлы, впиваются в мою плоть. Бо-оль-но! Постепенно мой вес достиг четырехсот кило. Не смертельно, но не очень приятно по сравнению с прочими болевыми ощущениями.
Попытался абстрагироваться. Однако отключить болевые рецепторы волевым усилием у меня не получилось. Похоже, избыточная пси-нагрузка препятствует испытуемому применить свой дар для устранения негативных моментов. Ну и ладно, как любила говаривать моя бабуся: «Господь терпел и нам велел».
Наверняка процедура каким-то образом оказывала воздействие на развитие моего «чародейского» дара, но, положа руку на сердце, я этого не заметил. То ли было дело, когда я впервые оказался в Астрале. Там эффект трансформации средоточия, каналов и внешних энергетических оболочек был вполне ощутим.
После сорока минут томительного ожидания и ощутимой боли, периодически накатывающейся, затем немного отступающей, чтобы проявиться с новой силой, меня неожиданно отпустило.
— Всё, Лис, можешь одеваться и выходить. — Из динамика раздался голос оператора. А когда я покинул капсулу, Кардава Уйлема указал рукой на какой-то агрегат в виде двух пластин. — Подходишь к сканеру, правую ладонь кладешь на правый датчик, левую, соответственно, на левый, — хохмач блин доморощенный, — будем измерять прирост твоего энергопотенциала.
Сделал как он велел. Наградой за хоть и незамысловатую, но немного царапающую самолюбие шуточку про «левое» и «правое» были взлетевшие едва ли не до середины лба рыжие под цвет шевелюры густые брови.
— Что-то не так? — поинтересовался я.
— Охренеть! — Он указал пальцем на виртуальный монитор. Я быстренько проанализировал полученные показатели и мне они очень понравились. — Так не бывает, Лис, чтобы в одночасье потенциал подскочил на пятьсот процентов. Скорее всего, сбой. Так иногда случается с приборами под влиянием повышенных потоков пси-энергии. Ну-ка еще разок проверим тебя. Клади ладони…
— Правую на правую пластину, левую на левую, — не удержался я от подначки.
  
— Ну да, всё правильно. — Ха-ха-ха! И это он себя записным шутником числит.
На этот раз показания контролирующих приборов не выявили отклонений от нормы. Объем моего средоточия, как это и положено, повысился всего-то процентов на десять.
Смотрю на довольную физию оператора и откровенно радуюсь за человека, которому удалось восстановить душевное равновесие, доказав всему миру и в первую очередь самому себе, что чего-то не может быть, потому что не может быть никогда. Ладно, пускай думает, что ему угодно. Я же получил о себе вполне объективную информацию, которую знать кому-то еще совсем не обязательно. Выражаясь фигурально, в стенах Академии мне предстоит отыгрывать роль Штирлица. Ладно, как-нибудь и с этим справлюсь.