Нелюбовь (СИ)

  
11. Контакт
 
Офис уже не шумел, как улей, а тихонечко шипел в предвкушении «великого исхода» или сброса балласта, это чтобы Корпорация, как воздушный шар в небо взмывала, видимо. В результате проведенной аттестации, все рядовые сотрудники получили свои оценки от «А» до «E». Те, кто получили по «Е» балу вылетали из Корпорации автоматически, у кого была оценка «D» оставались под вопросом. Под таким вопросом оказался и Тимур. Игнат предполагал, что сам будет оценивать своих сотрудников, но в последний момент Шефиня легким движением руки перетасовала все карты, и юристов оценивал первый зам, а Игнату была предложена почетная миссия — оценить кадры финансового отдела.
— Итак, Игнат Касьянович, кто из Вашего отдела покинет нас? — спросила Шефиня.
— Вернадская София Кирилловна — ответил Игнат.
Девушка Соня казалась ему глуповатой, к тому же у нее была оценка «D».
Любовь посмотрела на результаты аттестации.
— Да, оценка невысокая. У девушки еще мало опыта. Следует дать ей шанс. А вот Тимур Аронов, при таком солидном стаже, и такой результат говорит, о нежелании расти и развиваться. Вы не считаете, логичнее убрать его?
— Но, Любовь Платоновна, Соня девушка свободная, живет с родителями. А Тимур — глава семьи, у него ипотека и сын.
Шефиня подняла на него свои синие глаза и одарила ледяным взором.
— Это непрофессиональный подход к делу. Ипотека здесь ни при чем. Мы рассматриваем деловые качества сотрудников, перспективы их роста и развития. Здесь — она поставила свой палец с красивым маникюром на личное дело Тимура — я не вижу перспектив, извините меня.
— Но, София — девушка, и возможно уйдет в декрет — подошел Игнат с другой стороны к вопросу — а нам это не выгодно.
— А это уже мужской шовинизм и дискредитация по половому признаку. Последнее слово за мной, поэтому Тимур Алексеевич подлежит увольнению — заявила она твердо и добавила уже более мягким голосом — я, конечно, понимаю он Ваш друг, но мы дадим ему хорошую характеристику и со временем он сможет найти новую работу.
Игнат был раздавлен морально, он хотел написать заявление на увольнение и пусть она подавится, стерва. Но мысль о долгах и жене, вернула его на землю, и он смирился…
— Вот, как значит, ты с другом поступил? — говорил Тимур, собирая свои личные вещи в коробку.
— Тим, пойми, это было не мое решение. И оценивал вас первый зам, и последнее слово было за Шефиней. Давай не будем ссориться.
— А давай не будем… общаться. Все, кончилась наша дружба. Только учти, Игнат, она тебя прожует и выплюнет — сказал Тимур на прощание.
«Понятно, что он обиделся. Но я ведь не виноват. Надеюсь, все у него будет хорошо, и мы со временем помиримся. Ведь и раньше ругались, бывало» — подумал Игнат.
Из раздумий его вывел телефонный звонок.
— Да, моя дорогая?
«Игнатик, мы с мамой прилетаем сегодня ночью. Ты встретишь меня в аэропорту?»
— Да, конечно — пообещал Игнат.
Рабочий день подходил к концу. Хотя в последнее время они часто работали сверхурочно, разрабатывая новые креативные идеи для Шефини. В дверь его кабинета заглянула Раиса Викторовна.
— Игнат Касьянович, идемте к Шефине.
— Что опять, совещание? — устало поинтересовался Игнат, подумал, что зря пообещал встретить жену, вдруг совещание затянется.
— Нет, на этот раз просто фуршет.
— Это, что-то новенькое — пробурчал Игнат и поплелся вслед за Раисой.
В кабинете Шефини стол уставлен закусками, шампанское, фрукты. Фидель и секретарша обслуживали, разливали по фужерам игристое вино. Начальники отделов и замы толпились возле Любови Платоновны.
— А вот и наши герои — Раиса Викторовна и Игнат Касьянович — произнесла Шефиня, и все почтительно расступились.
— Проект «чистка кадров» успешно завершен. Поздравляю, коллеги!
В руках у Игната оказался фужер, все хотели чокнуться с ним, Игнат отпил один глоток, пить совсем не хотелось, и потом он ведь за рулем, нужно встретить жену и тещу, интересно, насколько растянется это «мероприятие», тоже мне, нашли что праздновать, оставили людей без работы и радуемся. Пир во время чумы.
 
— Что-то Вы, Игнат Касьянович, совсем не пьете? Не нравится вино? — голос Любови Платоновны вывел его из печальных размышлений.
— Вино хорошее, но я за рулем — ответил он, улыбнувшись.
Щеки начальницы порозовели, глаза выдавали небольшую степень опьянения, пьяная улыбка блуждала на губах.
— А вот я не удержалась, выпила, и даже очень неприлично много, теперь не смогу сесть за руль… Прикинь… И водителя отпустила. Не хочется его дергать. Послушай, Игнат, а может, ты как трезвый водитель доставишь домой своего руководителя, а? — она говорила тихо, почти ему на ухо, и то, что она перешла на ты, удивило Игната.
— Конечно, с удовольствием.
— Вот и замечательно! Скоро шампанское закончится и все разойдутся, тогда и мы поедем — она лукаво улыбнулась ему и направилась за очередной порцией вина, ее тут же окружили замы, задавали какие-то вопросы, говорили комплименты, и она улыбалась…
Игнат незаметно выскользнул в приемную и позвонил тестю.
— Здравствуйте, Игорь Петрович, Вы знаете сегодня прилетают Агата и Елена Дмитриевна? Понимаете, я не успею их встретить, не могли бы Вы…У меня кое-какие проблемы с машиной… Да, замечательно…
«Ну вот, с тестем договорился. Конечно, Агата обидится, что я не приехал встречать, но нужно угодить начальству, глядишь, и повышение получу. Сейчас нам это очень кстати» — подумал он и вернулся в кабинет в хорошем настроении.
Шампанское выпили, и веселая компания стала расходиться, дело было в пятницу, некоторые товарищи требовали продолжения банкета и предлагали поехать в ресторан.
— О, нет, это вы без меня, молодые люди, я пас, еду домой — сказала Шефиня.
— Вас подвезти, Любовь Платоновна? — услужливо предложил первый зам.
— Спасибо! Я уже договорилась с Игнатом Касьяновичем, он сегодня трезв, как стеклышко — пошутила она, а зам, кисло улыбнувшись, посмотрел на Игната неодобрительно.
«Понимает, гад, что недолго ему в замах ходить» — промелькнула мысль в мозгу у Игната, а Любовь Платоновна вдруг неожиданно на его руку оперлась, запах ее духов приятно дурманил.
— Извини, я должна иметь точку опоры, иначе споткнусь, упаду, а это недопустимо в моем положении — хихикнула она.
— Каком положении? — уточнил он.
— В начальственном…
Они ехали в лифте, шли из здания на парковку, держась за руки, и смеясь. «Все складывается хорошо, она навеселе, идем на контакт»
— Какая у тебя машина, прямо крутая, видно, дорогая. Да ты не так прост, Игнат, как пытаешься показаться — сказала она, расположившись на переднем пассажирском сидении.
— Я не пытаюсь показаться. Я такой какой есть, Люба — сказал он, заводя автомобиль.
Ее взгляд вмиг протрезвел.
— Как ты меня назвал?
— Извините, Любовь Платоновна.
— Не извиняйся, наоборот, мне приятно. Главное, не назови меня так при подчиненных.
— Не волнуйся, я умею соблюдать субординацию.
— А вообще, нам нужно поговорить.
— Я тоже так думаю, давно хотел попросить у тебя прощения… за тот… новый год.
— Ничего, все в прошлом, я сама виновата.
Остановились возле ее особняка.
— Зайдешь в дом? Там и поговорим — сказала она.
— Хорошо. Ненадолго.
— Разумеется.
Красиво, со вкусом обставленный дом, минимум мебели и ковров, все стильно, просто и дорого.
Любовь достала из бара бутылку вина, фужеры, фрукты.
— Ты снова собираешься пить? — удивился Игнат.
 
— Только за компанию с тобой. Расскажи о себе, как ты жил эти годы?
— Что рассказывать? Ты и сама все знаешь, изучила мое личное дело. Ведь так?
— Так. Изучила… — произнесла она, коснувшись своим фужером об его фужер. Посуда издала мелодичный звук — выпьем, за нас.
Игнат послушно осушил бокал, приятное тепло разлилось по телу.