Замок Тенмар (СИ)

Переодетый патриций, наверное, всё же прочел что-то на лице «Отважного». Потому как замер в нерешительности. В нескольких шагах от стола. На лице — почти детская обида.
Пожалуй, Тенмар неверно определил возраст. Салонному квиринскому бездельнику — не больше двадцати.
Спутник юноши до сей минуты непринужденно болтал с малость перекрашенной беловлаской. Но тут оставил в покое глубокий вырез малинового платья.
К товарищу он направился достаточно твердой походкой. Чтобы встать впереди. Заслонить.
Анри усмехнулся, оценивая. Примерно его возраста или чуть старше. Рост — выше среднего. Гибкость выдает неплохого фехтовальщика. И, пожалуй, танцора.
Но фехтовальщика — именно салонного. Отнюдь не привычного к походам боевого офицера. Этот явно предпочитает тренировкам развлечения. Столичный повеса и гроза сердец местных дам — не более. Лучший из худших.
И эти двое — явно не те, кого обещала Эстела. А вот ждать «тех» они помешают.
— Что вам угодно, господа? — холодно поинтересовался Тенмар.
Можно перейти и на местный портовый жаргон. Но пока необходимости нет. Раз уж всё равно узнали.
О происхождении эвитанских гладиаторов не осведомлен лишь последний домосед. Небось, благодаря им Центральный Амфитеатр так в последнее время и разбогател. «Подходите, налетайте! Только сегодня! Ну еще, может — завтра! Эвитанские дворяне на нашей арене — специально для ваших глаз!»
— Прошу извинить моего друга, господа гладиаторы, — патриций постарше примирительно улыбнулся.
— Извиняем, — как мог любезно, ответил Анри. — А сейчас не соблаговолите ли…
— Да, разумеется, — кивнул тот, копируя усмешку собеседника. Так похоже, что эвитанец едва не улыбнулся. Уже почти искренне. — Еще встретимся… граф.
— Если только в амфитеатре, Марк Сергий Виррин.
Тенмар видел его впервые. А скандальное имя наиболее погрязшего в буйствах и драках в плебейских кабаках патриция бросил наобум.
Самое забавное — угадал.
Тот рассмеялся, отвесил почти придворный поклон. Обнял уже пошатывающегося друга за плечи и вернулся к портовым дамам.
— Похоже, девочка пошутила, — вполголоса процедил Рауль сквозь зубы.
— Терпение, — поморщился Анри.
А вот и трактирщик. Плату уже получил, значит…
— Господа гладиаторы, один очень уважаемый господин мечтает засвидетельствовать вам свое уважение. Он приглашает вас на обед. Стол уже накрыт в соседнем зале. Там тихо… и спокойно.
— Ну когда же это гладиаторы отказывались от бесплатной кормежки? — съязвил Анри. — Пойдем, Рауль. Послушаем, как нам будут «свидетельствовать уважение».
2
Даже не верится, что за стеной царит обстановка портового кабачка. Чуть ли не самого низкого пошиба Сантэи.
А здесь — обычная жилая комната. Такая запросто найдется в доме горожанина средней руки. Типичная гостиная, только окно задвинуто ставней. Конечно, сейчас всё равно непроглядная квиринская ночь. Но даже в солнечный день — что разглядишь в подвальное окно? Сандалии проходящих мимо добрых граждан Сантэи?
Медные подсвечники на стенах, еще один — на столе. Вовсе даже не «накрытом». И — ни звука из злачной половины таверны.
— Сюда, господа, — бесшумный силуэт поднялся из полумрака кресла.
Хорошее освещение: входящих видно, хозяина — нет.
Руки эвитанцев инстинктивно легли на рукояти коротких квиринских мечей. На долю мига раньше, чем обитатель кресла осчастливил их явлением на свет. На полумрак тусклых дешевых свечей.
— Я — друг. — Силуэт скользнул к темному, с неразличимым узором, ковру. Во всю ширь противоположной стены. Не освещенной.
Друг так друг. Всё равно они уже здесь.
Анри и Рауль вдосталь наслышались о подвалах, куда проваливались неосторожные жертвы. Прямиком на отравленные колья. Да даже на просто заостренные — по большому счету, ничем не лучше.
И, увы, эти подвалы — не просто легенда. Из Диры время от времени вылавливают очень похоже изувеченные тела.
Только как избежать капкана? Разве что поймать друг друга — если провалятся не одновременно.
  
Еще можно ступать осторожнее. Авось поможет.
А значит — глупо и бояться.
Анри и Рауль пересекли тайную комнату плечом к плечу. Силуэт, по брови закутанный в темный плащ (и не жарко?) ждал гостей у ковровой стены.
Дождался. И нажал правой рукой — тремя пальцами — на стенную панель под копытом древнего лесного божка.
Кусок стены вместе с фрагментом ковра (тонкая работа!) вмиг убрался в сторону. Открылся узкий темный коридор — по двое уже не пройдешь.
— Вперед, господа гладиаторы. Приветствую вас в катакомбах Сантэи!
3
Анри и прежде не сомневался в наличии в Квирине Призрачного Двора. Нет страны без воров, убийц, блудниц, сводников… Разве что вольный остров Элевтерис в Южном Море. Там всё население — пираты и их семьи.
А в Квирине к ворам и убийцам добавляются еще и беглые рабы. Раз уж это — страна узаконенного рабства.
Теперь к изысканному обществу присоединятся еще и эвитанские аристократы. Замечательный сюжет — для всех драматургов вместе взятых. Несчастные и гонимые, преданные всеми, находят приют и друзей в справедливом Призрачном Дворе! Чтобы грабить вместе. В дружеской компании.
Керли здесь не нравится. Он никогда не любил оборванцев. А в Призрачном Дворе таковы все. Вне зависимости от нынешнего наряда. Оборванцы в лохмотьях — и оборванцы в парче и бархате. Сброд на соломе и на меховых плащах. С золотыми кубками, мидантийскими бокалами, медными кружками. Хоть в королей переодень — суть не изменится.
Да, еще не будет забывать про плащи. С капюшонами. Правда, здесь их все уже поснимали.
Золотые кубки поднесли и Анри с Раулем. Вино — хорошее. И этому тоже удивляться смешно. Одежда с чужого плеча, оружие из чужой оружейной, яства и вина с чужих столов.
Тенмару приходилось пить и самое дешевое вино. Да и водой обходиться. Равно как есть черствый хлеб и вяленое мясо. Или голодать.
Анри первым саданул бы себе в морду, если б вздумал воротить нос от каши из походного котла. Когда шли под знаменем маршала Ильдани. Или дрались против самозваных Регентов…
А когда пробирались лесами к Квирине, и по пятам гнала армия Всеслава, всё, что получше, отдавали тяжелораненым. Что еще было съедобно. Им почти всё отдавали.
Так что презрение к сотрапезникам Тенмар чувствовал впервые. Есть и пить ворованное ему еще не доводилось.
Будем надеяться — хоть лицо не выдает. Рауль свое уже превратил в непроницаемую маску. Только Анри знает его слишком хорошо. Сдерживается боевой товарищ из последних сил.
Каменный пол, грязь и нечистоты в углах, прелая солома вокруг, меховые плащи (куда ж от них?) в центре зала. Местная «аристократия городского дна» восседает на шелковых тряпках поверх соломы. Грязный, заплеванный пол проглядывает из-под утоптанных серых клочьев…
А вот и увешанные кастаньетами полуголые танцовщицы. Звенят в смуглых руках бубны.
Пародия на банджарон. Грязная.
Квирина. Страна самой древней в подзвездном мире культуры. А под столицей — гигантская пещера вождя дикарей. С побрякушками, шкурами и древними инстинктами.
Анри вежливо отпивал вино маленькими глотками. Дожидался, когда, наконец, объяснят, зачем пригласили. Как вообще Эстела вышла на подобную шваль? Или это шваль на нее вышла?
— Тебе нравятся мои жёны? — один из полувождей обратился наконец к Тенмару. — Бери любую!
— Благодарю, — вежливо качнул головой подполковник. — Но, право, я недостоин любви столь прекрасных дам. Поэтому вынужден отказаться.
— А твой друг?
— Я — тоже недостоин! — поспешно выпалил, почти прорычал Рауль при виде призывной улыбки одной из «дам». Весьма щербатой.
Впрочем, даже будь уличные девы не портовыми шлюхами, а самыми дорогими куртизанками, мало что изменилось бы. Дома Керли ждет жена. А он — достаточно консервативен, чтобы без крайней необходимости не изменять.