Змея и Крылья Ночи (ЛП)

Нам не удалось убить ни одного демона. Даже тот, которого я ранила, снова разинул рот и вел себя так, словно ему вообще не причинили вреда.
На другом конце арены демон бросился на Райна, и тот плавно отпрыгнул в сторону. Величественные пернатые крылья распахнулись у него на спине. Он широко расправил их, поднимаясь к вершине загона, красно-черные перья окрасились в пурпурный цвет под мазками серебристого лунного света.
  
Значит, он был Ночнорожденным. Ришан, конечно же. Я должна была догадаться.
Я перекатилась в сторону от очередной атаки, не сводя с него глаз. Я видела, как он опускается, как всаживает меч в ребра демона…
А пикирующий на меня зверь, тот, которого я еще не успела ударить — вздрогнул.
Все исчезло, кроме той единственной судороги. Этого маленького сокращения мышц. Мой нападавший быстро оправился, оставив меня метаться по песку, но в своем сознании я воспроизводила этот момент снова и снова.
Нет, мне это не привиделось. Демон вздрогнул, и именно в том месте, где Райн ударил другого.
Я вспомнила выражение ужаса на лице Кроворожденного вампира, когда демон пил из него. О красном блеске, покрывавшем их тела, о тумане, о странном ощущении жжения на моей коже…
Осознание потрясло меня.
Это была магия крови. Небрежная и нечистая, да, но все равно магия крови. И если демоны использовали дар, присущие только вампирам Дома Крови…
Я ударила ножом по руке демона, который пришел за мной, и обнаружила новый ужас в его жутком вопле агонии. Матерь, это действительно звучало как… как голос.
Это были не просто демоны. Это были демоны, которые когда-то были вампирами — Кроворожденными, проклятыми вампирами.
Думай, Орайя.
Превращение. Я знала, что проклятие превращает Кроворожденных вампиров в нечто ужасное в их последние дни, но здесь нет ничего подобного. Значит, они были видоизменены. Созданы. Были ли они как-то связаны? Я наблюдала за их движениями в те доли секунды, которые могла выделить между уклонениями или ударами, наблюдала за их динамикой.
Стая. Они двигались вместе, как будто были связаны. И, возможно, это означало, что у них есть лидер. Сердце в сердцевине гнилой плоти. Если это были измененные вампиры, то, возможно, один из них был настоящим, а остальные его отпрысками.
— Сделай это еще раз! — крикнула я Райну, который снова поднялся в воздух. Он в замешательстве поднял голову. Шум толпы поглотил мои слова.
Я ткнула пальцем в демона, затем постучала по лбу — там, где у него между глаз была единственная белая отметина.
— ВОТ ЭТОТ, ЧЕРТОВ ДЕМОН!
Я не знала, а поймет ли он то, что я пытаюсь ему сказать, и поможет ли он мне, даже если поймет.
Я прорвалась сквозь стаю зверей. Я поставила все на эту теорию. Я никак не смогу выжить, если буду не права. Попасть в стаю было трудно, а выбраться из нее — невозможно. Я наносила удар за ударом своими отравленными клинками, заставляя демонов пошатнуться, но не успевала заставить их упасть. Точно. Быстро.
Красный туман, который становился все гуще с каждым убийством демонов, обжигал мне кожу. Извивающиеся тела сливались друг с другом, серый цвет против серого цвета, но я не могла оторвать глаз от своей цели, не могла моргнуть.
Моя жертва издала истошный крик, ее конечности метались во все стороны. Черная кровь брызнула мне в лицо, когда массивный клинок вонзился в его бок. Тело Райна дрожало от напряжения, когда он прижимал зверя, едва уворачиваясь от его хвоста и когтей. Его взгляд встретился с моим сквозь хаос и красный дым, и он кивнул.
Я не могла поверить, что эти слова пришли мне в голову, но я подумала: «Да благословит его Ниаксия».
Если этот демон когда-то был вампиром, значит, нам нужно его сердце. А это означало, что я должна проскользнуть под этой тварью. Я опустилась на колени, нацелила свой клинок и…
Боль взорвалась в моем бедре.
Мое зрение помутнело. В ушах раздался ОТРЫВИСТЫЙ звук, а шум толпы и демонов превратился в отдаленный грохот.
Я не поняла, что упала на землю, пока не увидела, что мои руки уперлись в грязь. Я посмотрела на себя. Из моего бедра торчала стрела.
Дерьмо, подумала я, пока все демоны не накинулись на меня.
Глава
10
Я не могла пошевелиться. Я наносила дикие удары, попадая то в плоть, то в кость, то в глаз. Я не видела ничего, кроме скользящей массы серой плоти. Моя жалкая магия искрилась на кончиках пальцев, бесполезные фрагменты сине-белого света. Кровь, кровь и много крови лилась на меня. Извивающиеся тела демонов расступились настолько, что я смогла увидеть небо над собой сквозь дымку ядовито-красного дыма, увидеть луну, дразнящую меня из-за стекла.
Затем она исчезла под мощным взмахом массивных крыльев. В свете луны и фонарей, перья приобрели насыщенные, глубокие оттенки красного и фиолетового.
Время замедлилось, когда Райн вонзил свой меч в демона, лежащего на мне. Монстр шипел и брыкался. На моей щеке появился порез, я умудрилась упустить один из его размашистых когтей.
Я ничего не слышала, но видела, как шевелятся его губы, как они складываются в слово: «Сейчас!».
Когда мое сознание померкло, я собрала последние силы и вонзила меч в сердце демона.
— Дави сильнее, маленькая змейка, — прошептал мне на ухо Винсент.
Мир затих. Капли крови превратились в водопад. Я продолжала давить и давить, пока мои руки не оказались внутри раны, и я почувствовала скользкую плоть демона вокруг моих костяшек.
Я собиралась умереть. Я думала, что уже была близка к этому. Но это было совсем другое. Когда голова демона опустилась, когда его глаза встретились с моими, я поняла, что в этом мы едины — в ужасе перед собственной смертностью.
Если это не было ключом к победе, я была в полной заднице. Полностью в заднице. Заперта в аду вместе с этой тварью. На мгновение и на целую вечность мы с демоном балансировали вместе, танцуя на острие клинка смерти.
А потом внезапное отсутствие веса заставило меня задохнуться.
Райн издал рваный рев, срывая с меня демона, схватил его за горло и бросил на пропитанный кровью песок.
Крики из толпы стали оглушительными. Я не могла перевести дыхание. Не могла пошевелиться. Боль парализовала меня.
Я зажмурилась, ожидая, что на меня прыгнет другой демон. Проходили секунды. Но этого не происходило. Вместо этого надо мной стоял Райн, положив одну руку на бедро, крылья убраны, но меч по-прежнему был наготове и кровь капала с его острия. Его губы шевелились, но я не могла расслышать слов, которые они произносили.
— Что? — попыталась спросить я.
Он наклонился ближе, рот искривился в ухмылке.
— Я сказал, хорошая идея.
Он протянул ко мне руку, но я уклонилась и поднялась на ноги. Это вызвало взрыв агонии в моем бедре.
Демоны теперь были неподвижной шелухой, просто бескостными мешками мяса на земле. Из нас семерых в живых осталось четверо. Мы уставились друг на друга, оружие все еще было наготове. Я изо всех сил старалась ухватиться за свои скользкие, одурманенные болью и ядом мысли.
Победили ли мы? Или нам еще нужно убить друг друга?
Ублюдок хиадж, который стрелял в меня, пристально смотрел на землю. Не на трупы, а на линии теней, которые вели нас к краю нашего загона. Там появился арочный проем. В нем были прохладные, тихие залы Лунного дворца, смехотворно контрастирующие с кровавым хаосом на арене.
Вот и все. По всей видимости, это и было победой.
Киретта и оставшийся хиадж, прихрамывая, добрались до двери, лишь на мгновение замерев в замешательстве, стремясь поскорее уйти, спасая свои жизни. Но я не двигалась. Я не хотела этого показывать, я даже не была уверена, что смогу идти.
  
Я оглянулась через плечо. Впервые с момента прибытия я увидела трибуны, с которых смотрели тысячи кричащих зрителей. Они были так далеко над нами, что отдельные лица терялись в толпе, но я все равно искала Винсента.