Связанные любовью
Заниматься с кем-то любовью – это то, что я считал для себя невозможным. Но мне недостаточно просто трахать Арию.
Я старался не ускоряться. Я делал все возможное, чтобы входить глубоко, попадая в особое местечко, из-за чего Ария теряла контроль. Ее глаза, не отрываясь, смотрели в мои, пока она задыхалась и стонала, удивление застыло на ее великолепном лице. Я хотел, чтобы она вновь кончила только от моего члена, и она была близка. Мое облегчение тоже было совсем близко, хоть я и кончил не так давно.
– Поцелуй меня, – прошептала она, а затем ахнула, когда я глубоко толкнулся в нее.
Я захватил ее губы в медленном и сладком ритме, а затем она изогнулась, ее стеночки обхватили меня, яйца напряглись, пока мой собственный оргазм сокрушал меня.
Позже я зарылся носом в ее волосы, пытаясь восстановить дыхание. Я попытался отстраниться, но Ария усилила хватку на моих плечах, и я остался на месте, подняв на нее свой взгляд.
Любовь. Она сияла на ее лице, и мне все еще казалось невозможным то, что она могла любить меня. Я был рожден с жестокостью, взращен, чтобы ломать других.
– С днем рождения, Лука, – тихо произнесла она. – Это наш первый день рождения вместе.
– Первый из многих, – пробормотал я, потому что никогда не позволю ей уйти.
Ария улыбнулась.
– А теперь ты должен открыть свой подарок.
Я приподнял брови.
– Я думал, это и было моим подарком, нет?
– Секс и торт? – негодующе спросила Ария. Она попыталась вылезти из-под меня, но я усмехнулся, не сдвигаясь ни на миллиметр.
– Лука, – начала она, но я заткнул ее поцелуем, и она расслабилась подо мной. Спустя время любопытство взяло верх, я отодвинулся от нее и поднялся на ноги, потянув Арию за собой.
– Так и что это?
Она покачала головой и повела меня из спальни на первый этаж, а затем в одну из гостевых спален. Это был прямоугольный сверток, где-то 5 на 15 футов в диаметре. Я остановился, сбитый с толку. Я ожидал дорогостоящий алкоголь или часы, что-то из того, что женщины обычно дарят своим мужьям, но у меня не было ни единой догадки, что бы это могло быть.
Ария притянула меня ближе.
– Не хочешь открыть?
Я отпустил ее руку и подхватил подарок. Он был всего в пару дюймов толщиной и не столь тяжелый, как я ожидал.
Ария рассмеялась.
– Он не кусается, честное слово.
Я разорвал обертку и замер, ошеломленный. Это было полотно с граффити. На заднем фоне были изображены очертания Нью-Йорка, а на переднем – девиз Семья красными буквами.
– Когда ты сказал, что любишь граффити в исполнении Бэнкси и других художников, я подумала, что было бы прикольно, чтобы у тебя в кабинете в «Сфере» было что-то подобное.
Я уставился на Арию. Она прикусило губу. Незадолго до Рождества мы гуляли по Нью-Йорку, и я показал ей своё любимое граффити – едва ли не единственное произведение искусства, на которое мне было не насрать, но я даже не думал, что она запомнила.
– Как ты ее достала?
– Ромеро и я попыталась выяснить, кто такой Бэнкси, но это невозможно, так что я связалась с некоторыми более известными мастерами граффити и попросила их сделать для меня картину. – Ария замолчала. – Тебе не понравилось? Я хотела подарить что-то более личное, чем просто дорогую безделушку типа часов, особенно потому, что это ощущается так, будто ты сам себе покупаешь подарок, это же твои деньги…
Я шагнул к ней, обхватил ее лицо руками и яростно поцеловал. Когда я отстранился, она смущенно приподняла брови.
– Это наши деньги, Ария, не мои. Все, что принадлежит мне, и твоё тоже.
– Так я почти что Дон, – поддразнила она меня, и я усмехнулся.
– Ты управляешь моим сердцем, так что в какой-то степени да.
Я помедлил, потому что понял, что это правда. Никто никогда не имел надо мной такой власти, как Ария, и это было самой пугающей вещью в мире, потому что никто не должен был об этом узнать.
– Так тебе понравился подарок?
– Черт, да. Он идеален. И как я теперь смогу соответствовать на твой день рождения?
Ария ухмыльнулась.
– У тебя впереди целый месяц, чтобы что-то придумать.
– Класс, – пробормотал я.
Ее глаза искрились весельем.
– Ты же большой мальчик, опасный мафиози, плохиш с дурной славой – думаю, ты справишься.
Я наклонился, в моме голосе прозвучали низкие и опасные нотки.
– Плохиш, да?
Она обняла меня руками за шею.
– Я на самом деле не знаю, чего тебя все так боятся – ты же очаровашка.
Я застонал, потому что никто и никогда так меня не называл и никто так никогда и не сделает, ради своего же блага.
– Они боятся меня, потому что я опасный парень, любовь моя.
Фраза «опасный парень» даже частично не отражала действительности.
Ария кивнула с легкой улыбкой.
– Знаю. И вот что. – Она понизила голос. – Мне нравится, когда порой в спальне ты ведёшь себя как плохой мальчик.
Боже, Ария! Я яростно поцеловал ее.
Ария всегда видела лишь мою светлую сторону.
АРИЯ– Черт подери! – рыкнул Лука, от чего я резко проснулась. Матрас прогнулся под его весом, и я обернулась, сонно моргая. Лука одевался, его телефон был зажат между плечом и ухом, пока он натягивал штаны.
– Буду на месте через пятьдесят минут. Сука!
Я с беспокойством села. Лука отложил телефон и надел кобуры поверх рубашки, а затем обернулся ко мне, хмурясь.
– Кто-то швырнул коктейль Молотова в один из борделей Семьи. Две шлюхи сильно пострадали, помещение полностью спалено. Полиция и пожарные работают на месте. Я должен ехать и минимизировать ущерб.
Я медленно кивнула, подавляя грусть. Он двинулся ко мне, быстро поцеловал, а затем вышел.
Я прикусила губу, успокаивая боль. Сегодня мой день рождения.
Я выскользнула из кровати, схватила телефон и обнаружила сообщение от Джианны. Как только она увидела, что я в сети, мой телефон зазвонил. После того, как я поговорила с Джианной, Фабиано и Лили, то почувствовала себя лучше и пошла одеваться.
Я знала, что Луке нужно позаботиться о делах Семьи, если он хотел быть хорошим Доном, но я все равно гадала, не забыл ли он ко всему прочему и про мой день рождения. Я направилась вниз, где Ромеро сидел за барной стойкой. Он улыбнулся, когда заметил меня, и поднялся.
– С днём рождения, Ария.
Я ответила ему дрожащей улыбкой, и выражение его лица смягчилось.
– Лука вернётся так скоро, как только сможет.
Я легонько пожала плечами и налила кофе. Одиночество охватило меня. У меня не было друзей в Нью-Йорке. Учитывая, что я была женой Дона, никто в наших кругах не относился ко мне как к простому человеку, и у меня не могло быть друзей из обычного мира. Проглотив комок в горле, я отпила кофе.
Лифт пискнул, Ромеро шагнул передо мной, но расслабился, когда вошла Марианна, неся торт. Ее темно-русые волосы были как обычно стянуты сеточкой, а платье обтягивало пышную фигуру и большую грудь. Ее материнское лицо расплылось в широкой улыбке, она поставила торт, подошла ко мне и крепко обняла.
– С днём рождения, крошка. Я испекла для тебя миндальный торт. Лука сказал, что это твой любимый. – Она нахмурилась, глядя на Ромеро. – И где же он?
– Занят, – просто ответил Ромеро.
Больше Марианна не задавала вопросов.
– Лука попросил тебя испечь для меня торт?
– Попросил.
Марианна отрезала три куска, затем положила их на тарелки, передав по одной мне и Ромеро и оставив одну себе. Мы попробовали, и я должна была признать, что этот торт был вкуснее всего, что я ела за последнее время. Марианна была богиней готовки.
Марианна коснулась моей щеки.
– Ты выглядишь печальной. Почему бы тебе не выйти и не повеселиться с Ромеро?
Я хотела провести весь день с Лукой, но раз уж это не произошло, я кивнула. Ромеро отвел меня на ланч в милый ресторан, а после этого я, как типичная трофейная жена, спустила тысячи долларов в Century21, моем любимом торговом центре на Манхеттене. Мы вернулись в пентхаус после быстрого ужина в бистро. Я даже не стала доставать вещи из пакетов, а просто схватила плед и книгу и вышла на террасу, где свернулась в кресле. Ромеро не пошел за мной, вероятно уловив мое угрюмое настроение. Мое взгляд скользил по линии горизонта, из глаз скатилось несколько слезинок, и я подтянула ноги, крепко обняв их руками.