Повелитель дронов – 3

– Панда, значит, да? – я потёр подбородок. – Благодарю за содействие.
Я повернулся и громко крикнул в пустоту комнаты:
– Сириус, есть срочная задача!
Дрон тут же появился рядом.
– Повелитель. Что нужно сделать?
– Укради панду.
– Мы же не воруем, – тут же напомнил Сириус о моих же принципах.
– Ну да, – поправился я. – Купи панду у Китая.
– За сколько? – деловито уточнил дрон.
  
Я посмотрел на Ольгу. Та растерянно пожала плечами и быстро застучала по клавиатуре своего ноутбука.
– Нашла! – воскликнула она через минуту. – Тут есть одна байка. Когда-то у австрийского императора с китайским был какой-то конфликт. И китайцы, в качестве издевательства, предложили ему купить панду. Официально, со всеми документами. За сто юаней.
– И в чём юмор?
– В том, что все понимали – это ловушка. Провокация. Если бы он согласился, они бы тут же обвинили его в попытке унизить их национальный символ и, скорее всего, объявили бы войну. Поэтому они вроде как продают, но никто никогда не покупает.
– Отлично. Сколько там сто юаней в рублях?
– Примерно один рубль.
– Мы покупаем.
– Понял, – качнул корпусом Сириус. – Купить панду за рубль.
– СТОЯТЬ! – вдруг заорала Ольга.
Мы с Сириусом застыли.
– Что не так?
– Я понимаю, что вы взрослые люди, – она на секунду запнулась, – один человек, второй – механизм. Но я должна уточнить. Маргарита – девушка. Она живёт в квартире. Панда – это, на минуточку, дикое и довольно крупное животное. Ей нужен детёныш. Маленькая панда. Вы же это поняли?
Мы с Сириусом переглянулись.
– Да-да-да, конечно, – хором заверили мы её.
– Перестраиваю протокол, – тут же отрапортовал Сириус. – Купить детёныша панды.
Ольга приложила ладонь ко лбу.
– Удивительно… Кто правит этим миром?
– Не знаю, – честно ответил я. – Пока точно не я. И это меня сильно печалит.
Ольга усмехнулась.
– Ага. С твоими амбициями и методами, у меня такое чувство, что я только что заглянула в будущее.
 
Глава 11
 
Чанчунь, Китайская Технократическая Республика
Исследовательский центр по разведению больших панд
Профессор Дин Дон, светило мировой зоологии и главный по пандам во всей Технократической Республике, был абсолютно счастлив. Он сидел на огромных, специально построенных для его питомцев качелях, и с отеческой нежностью наблюдал за разворачивающейся перед ним картиной.
Его гордость, самка Мао Юнь, что в переводе означало «Пушистое Облачко», устало развалилась на деревянной скамейке, пытаясь хоть на минуту скрыться от своих неугомонных детей. А те, два крохотных чёрно-белых комочка, отчаянно пытались забраться к ней, неуклюже карабкаясь по ножкам скамейки, кувыркаясь и смешно фыркая.
Полтора месяца назад Мао Юнь совершила почти невозможное – родила двойню. Событие редкое и, как правило, трагическое. В дикой природе, из-за низкокалорийной бамбуковой диеты, самка почти всегда выбирает одного, более сильного детёныша, обрекая второго на гибель.
Но здесь, в Исследовательском центре, выжили оба. Правда, родились они слабыми и недоношенными, и профессору со всей его командой пришлось буквально жить в вольере, выхаживая малышей. И вот теперь они были в полном порядке. Неуклюжие, забавные и абсолютно здоровые.
Дин Дон был не только учёным, но ещё и дипломатом. «Панда-дипломатия» – так это называли в большом мире. Каждая из этих очаровательных зверушек была не просто редким животным, а мощнейшим политическим инструментом. Их не продавали, а давали в аренду, как символ высшего расположения и дружбы. И если страну выбирало руководство Республики, то лично он, профессор Дин Дон, решал, какая какая панда уедет из Китая. Он влиял на мировой порядок. И чертовски этим гордился.
Внезапно освещение моргнуло. Лампы, имитирующие солнце, на мгновение погасли, а потом вспыхнули снова, но уже тусклее, переключившись на аварийное питание. Телефон в кармане профессора пиликнул и затих – пропала связь.
Дин Дон нахмурился, собираясь вызвать охрану, но не успел.
С неба, как хищная птица, спикировал тёмный жужжащий объект, похожий на дрон. Он завис в паре метров над землёй, и из его корпуса выдвинулись два тонких манипулятора.
Мао Юнь встревоженно зарычала, пытаясь прикрыть собой детей. Но было поздно. Дрон метнулся вперёд, ловко подхватил одного из малышей и тут же полетел вверх.
На землю со звоном упала монетка и, прокатившись по бетонной плитке, остановилась у самых ног ошарашенного профессора.
Это был один российский рубль.
Ужас сковал профессора. Но не от дерзости похищения. А от осознания хрупкости жизни этих малышей. Он, как никто другой, знал, что оторванный от матери детёныш, особенно такой слабый, без специального ухода и питания просто умрёт!
– Что вы делаете?! Остановитесь! – в отчаянии закричал он, вскакивая с качелей. – Его нельзя забирать! Он болен! Ему нужен особый уход и специальное питание! Без всего этого он умрёт!
Дрон, уже набиравший высоту, вдруг замер. Из динамика донеслось механическое бормотание:
– Ввод новых данных… Пересчёт вероятностей… Анализ… Подтверждение… Информация подтверждена! Смена протокола.
Дрон плавно опустился и аккуратно положил пищащего малыша на траву рядом с матерью.
Профессор почти выдохнул с облегчением, но тут же снова замер в ужасе. Рядом с первым дроном из ниоткуда появились ещё несколько. Первый снова схватил того же самого малыша. А новые, более крупные, без всяких церемоний подхватили в свои захваты Мао Юнь и начали поднимать её в воздух!
На землю упала вторая монетка.
– А-А-А-А!!! – снова заорал китаец, окончательно теряя самообладание. – Вы оставили второго малыша! Одного! Без матери и брата! Он тоже погибнет!
Дроны снова замерли. Снова та же процедура – анализ и смена протокола…
Появился ещё один дрон, который тут же подхватил оставшегося на земле детёныша. Третий рубль звякнул об пол.
Профессор схватился за голову. Он понимал, что имеет дело с какими-то абсолютно бездушными, но до абсурда логичными машинами.
– Так нельзя! – он подбежал ближе, тыча пальцем в улетающее семейство. – За ними требуется уход! Специальное питание! Лекарства! Они не выживут без меня!
Дроны снова зависли. Один из них отделился от группы и подлетел к китайцу. Его оптический сенсор несколько раз мигнул.
– Простите, – раздался из динамика вежливый синтезированный голос. – Но мы будем вынуждены пригласить вас в гости на некоторое время. Приоритет – жизни питомцев. Простите ещё раз, но мы берём вас в плен.
Не успел Дин Дон и слова сказать, как сразу четыре не самых крупных дрона ухватили его за шкирку и, как котёнка, подняли в небо.
– Бамбук! – успел крикнуть Дин Дон, болтая ногами в воздухе. – Возьмите бамбук! И мою сумку! Там лекарства!
Дроны послушно выполнили и эту его просьбу, подхватив несколько связок свежего бамбука и забытую на качелях сумку.
Последнее, что увидел профессор, прежде чем его унесли в небо, – как самый большой из дронов опустился к одной из камер видеонаблюдения, которая как раз снова включилась вместе с основным освещением, и уронил на землю бумажную купюру.
– Сдачи не нужно, – произнёс дрон прямо в объектив. – Князь Трофимов может себе это позволить!
И все они, жужжа, полетели в небо, унося с собой национальное достояние Китайской Технократической Республики и человека, который знал, как за ним ухаживать.
* * *
– Пу-пу-пу…
Я яростно потёр лицо ладонями, пытаясь стереть с него выражение искреннего недоумения. Не получалось.
  
– Сириус! Вот скажи мне, ну какого хрена?! – наконец прорычал я, глядя на своего помощника, который виновато завис в углу. – Задача ведь была простейшая! Принести одного. Маленького. Панду! Одного маленького панду! А у нас теперь что? Целая панда-семья и, чтоб его, живой китаец в придачу!