Приручить Писательницу (СИ)

— Помогают не реагировать на запах течки самок, — всё же признался, жадно следя за её эмоциями. Лизи удивилась и уставилась на меня непонимающе.
— Зачем это тебе? — нахмурилась Пломбирка, выглядя в моих руках до ужаса правильно. Мой волк с этим был согласен тоже.
— Я ведь уже говорил, — улыбнулся, поглаживая её спинку, — что хочу быть только с тобой. Вот и пью для страховки, чтобы в случае чего инстинкты не взяли верх.
  
В зелёных глазах плескалось неверие и сомнение. Но она вдруг сделала глубокий вдох-медленный выдох, словно решаясь на что-то.
— Ладно, — буркнула она. И я чувствовал, что это была не просто её реакция и принятия того, что я пью лекарства.
— Что ладно, Пломбирка? — я весь напрягся, ведь от неё можно было ожидать чего-угодно.
— Давай встречаться, — осторожно посмотрела на меня сверху вниз и тут же взвизгнула, когда я подхватил её на руки и начал кружить по комнате, широко и счастливо улыбаясь.
Я понимал и видел — она во мне до сих пор не уверена, но важный шаг был сделан. И мне теперь лишь нужно было завоевать её доверие окончательно, да и убедить, что лучше меня для неё никого в этом мире нет.
 * * * 
Конечно же, на работе шеф заметил мою довольную морду, и я сразу с гордостью заявил, что теперь Лизи Вульф — моя девушка. Моя. Это я повторил Блэку несколько раз, ведь именно его моя Пломбирка считала привлекательным, чем и трепала мне нервы, пробуждая раздражение и жгучую ревность. Хотя я и пытался отрицать это.
Возможно, из-за того, что она не хотела меня ко всем ревновать, ведь я был тем ещё любителем пофлиртовать — вот Лизи и не соглашалась на отношения со мной. Только теперь я понял её опасения получше. Лизи пыталась перестраховаться, чтобы сберечь своё сердце. И это было разумно.
Брян на мои слова только усмехался беззлобно и поздравил с тем, что я наконец-то нашёл себе пару. Хотя это и не было сто процентов, ведь ещё не фиксировались у нас истинные связи между оборотнем и обычным человеком. Но что-то внутри подсказывало, что она — та самая, поэтому так и зацепила с первой встречи.
Но я смог показать ей серьёзность намерений, ведь не встречался ни с кем, и со временем вовсе перестал флиртовать с другими самками. Всё внимание и заботу дарил только ей одной. Поэтому она и оттаяла, дав мне шанс.
Вечером же, возвращаясь домой, уловил в воздухе сладковатый запах и понял — сезон течки вот-вот начнётся. И мне нельзя оплошать.
Лизи встретила меня с Плюшкой, смущённо улыбаясь. Она чуть ранее написала, что так как пятница — её госпожа Марго решила отпустить пораньше и что мне не стоит за ней заезжать.
Конечно же, я был рад, что девушка отдохнёт и сможет уделить своему роману больше времени, но и переживал, что по дороге домой кто-то её прелести заметит и посмеет покуситься на моё или и вовсе обидит. Такое я не прощу никому.
Но как только она оказалась в моих объятиях, все тревоги меня покинули, потому что на дне зелёных омутов плескалась надежда, что у нас всё будет хорошо.
После ужина, поцеловав её в щеку, хотя и хотелось куда большего, я ушёл к себе, вновь фантазируя и представляя, как Лизи будет смотреться на мне, подо мной, на кровати и столе… и много чего ещё порочного. Но, оставаясь с собой наедине, я только об этом мог и думать, ощущая себя одержимым ею.
Ночью же, услышав громкие стоны, вскочил на ноги. Догадавшись, что это просто кто-то с соседей начал развлекаться, поспешил к Пломбирке. Она удивлённо смотрела в сторону окна, явно не зная, что во время течки стоны будут слышны постоянно — ещё и очень громко и отчётливо. А иногда с домов всех соседей сразу, ведь жил я в холостяцком районе.
Опустив наружные жалюзи, чтобы хоть немного приглушить для неё звуки, собирался просто уйти. Но один её робкий голосок, позвавший меня по имени, едва ли не обрушил всю мою выдержку.
— Что такое, моя хорошая? — спросил как можно мягче, радуясь, что из-за кромешной темноты она точно не видит мой стояк.
— Поспи сегодня со мной, — робость сквозила в каждой гласной. Но я был нужен своей Пломбирке и отказать ей не мог никак. Ликование и радость наполнили лёгкие, сжимая сердце.
— Просто полежать рядом, да? — переуточнил, ведь ощущал, как она замялась и вся сжалась, боясь, что я неправильно её пойму. Правда, было странным то, что она так резко стала мягче и сама тянулась ко мне. Хотя нарекать на это не собирался, решив брать от ситуации всё.
— Угу, — мяукнула она тихо и молча отодвинулась, давая для меня место. Плюшка, предатель пушистый, с места у её ног не сдвинулся. Я же как можно аккуратнее лёг поверх одеяла, дабы малышку не пугать и не смущать. — Спасибо, — прислонилась лбом к моей груди, щекоча оголенную кожу своим дыханием. Не став сдерживаться, притянул прелесть к себе поближе, но не слишком, ведь мой каменный жезл точно будет её нервировать. Но это пока.
 * * * 
Утро следующего дня выдалось странным. Я и без того спал чутко, чтобы случайно не потревожить свою писательницу, которую так трепетно приручал.
В её привычном мне сладком аромате мешалось что-то неприятное и неправильное.
Когда же сонный и уставший мозг осознал, что откуда-то исходит запах крови, аж в дрожь пробрало. Открыв резко глаза, принюхался. Моя Пломбирка мирно спала, но именно от неё веяло кровью.
И это чертовски пугало, заставляя в всё внутри сжиматься от ужаса. Я ведь спал так, что не мог ей навредить? Да и видимых ранений не было…
— Лизи! — легонько потряс её за плечо. Пломбирка сонно открыла глаза и посмотрела на меня совершенно спокойно, хотя нос и поморщила, когда пошевелилась.
— Где ты ранена? Ты истекаешь кровью? — откинув одеяло, узрел на простынях пятнышко. И сердце ухнуло в пятки. У неё внутреннее кровотечение, чёрт побери!
Схватив её на руки, мимолётно позабавился с вытянутого от удивления лица.
— Да это просто месячные, — зевнула она, даже не вырываясь. Да и в целом была слишком флегматична. Потёршись носом о мою шею, вдруг укусила легонько за ключицу, пока я присел чуток, чтобы взять ключи. Но так и застыл, поражённо смотря на её ленивую, довольную улыбочку. — Лучше пошли в кроватку, потискаешь меня ещё, м? — она буквально мурчала, словно совершенно не осознавая всей серьёзности ситуации. Не будь всё так плохо, я бы с радостью согласился, но её здоровье было важнее моих хотелок.
Не став больше медлить, прямо в одних спортивных штанах выскочил на улицу, просто закрыв за собой двери ногой, крикнув Плюшке «сидеть!».
Усадив странную Лизи на сиденье, запрыгнул за руль и дал по газам. Хорошо, что было ранее утро субботы и никто по пути не мешался.
— Что такое твои месячные? — сжимая руль до хруста костей, всё же поинтересовался, периодически поглядывая на неё.
— Это когда женщина раз в месяц пару дней истекает кровью, страдает от болей и перепадов настроения, — протерев глаза, пробубнела Вульф.
— Тебе больно? — прорычал я, проезжая на красный свет.
— Пока не очень, — повела плечом. — Бывало и похуже. Всё нормально, так что давай…
— Тебя должен осмотреть врач! — я слегка повысил голос, не справившись с эмоциями. Она, чёрт возьми, мучается от боли и не контролирует кровотечение, и смеет говорить, что всё нормально⁈ — Прости, — выдохнул, ведь злиться не хотел.
— Ты такой сексуальный, — вдруг выдала соседка и без стеснения прошлась пальчиками по моим плечам, пощекотала шею и, приблизившись, чмокнула в щеку. Что, чёрт возьми, в неё вселилось?
Резко припарковавшись возле больницы, схватив её на руки, игнорируя посмеивания, влетел в здание. Джеки удивлённо выпучила глаза, но тоже уловил запах крови и подлетела к нам, став осматривать мою Пломбирку.
  
Тут же появился и Лари. Пока он огромными шагами преодолевал расстояние между нами, я ощущал его тяжёлый, угрожающий взгляд.
— Я тебе говорил быть с ней осторожной! — зарычал громко он, когда понял, что у Лизи именно трусы в крови. Чудом, что он не врезал мне сразу же, ведь насилие у нас никоим случаем не одобрялось.