Приручить Писательницу (СИ)

Потому что после того, как я его признание проигнорировала и отправила в душ, он снова явился, сверкая и белыми зубами, и кубиками пресса. Зараза.
Я лишь надеялась, что скоро к такому зрелищу привыкну и не буду столь бурно реагировать каждый раз и надеяться, что слюни не потекут.
После ужина в тишине, я собиралась в кои-то веки сделать что-то в доме, поэтому вызвалась мыть посуду. Но Оуэн не позволил, заявив, что есть посудомойка и мне не стоит тратить на подобное силы.
  
Но в знак благодарности, раз уж я настаивала, попросил посмотреть с ним фильм.
И я, не подозревая ни о чём, согласилась, ведь выполнить было не сложно.
Что ж, я говорила, что наивная, вот и снова за это расплачивалась.
Оуэн, явно испытывая меня — раскидал множество подушек, притянул пледик пушистый. И разлегся так, словно ждал, что я сама на него сяду сверху и просмотр фильма заменит нечто более пикантное.
Ну или это моя фантазия бушевала, ведь я давненько не давала ей волю.
И вот, когда умостилась рядом, притянув Плюшку и уложив его между нами (специально), Оуэн включил фильм на своём ноутбуке. Экран был больше, чем у моего, так что и смотреть было лучше. Но всё равно, мы были как-то слишком близко друг другу.
Но как только я поняла, что это ужастик с паранормальщиной, мой мозг отключился, махнув на прощание платочком. Потому что я такого жутко боялась и становилась истерично трусливой.
Так что я сама не поняла, как прижалась к Оуэну добровольно, ведь он оборотень и меня защитит уж точно. Даже его довольный смешок не вызвал раздражения или смущения, мне было плевать. Смотрела на всё сквозь пальцы и вздрагивала на каждом страшном моменте. Плюшка, кстати, тоже подрагивал и иногда рычал, а потом, скуля, прятал морду, утыкаясь мне в спину. Когда мы с ним поменялись местами — даже не заметила.
Ощущать жар Стоуна было приятно и успокаивающе. И я нагло собиралась этим пользоваться, пока страх не попустит.
— Пломбирка, ты в порядке? — участливо поинтересовался мужчина, а я, видя странные тени на потолке, лишь зажмурилась и недовольно замычала. Если раньше могла себя успокаивать тем, что паранормального не существует (но всё равно продолжала бояться), то теперь подобную отмазку использовать не могла. Уже знала, что здесь существуют не только добрые оборотни, но и всякая нечисть, от которой стоит держаться подальше, если жизнь дорога.
— Уже поздно, пора возвращаться в комнату, — поглаживая меня по голове, как ребенка, мягко продолжил сосед. Я же, представив себя одну в комнате, где под кроватью была поглощающая тьма, вздрогнула. Нет, точно не сегодня. А вдруг бугимен или ещё какая-то тварь заявится ко мне? Нет уж.
— Не хочу, тут буду, — нырнула под плед, намереваясь из теплого и безопасного кокона не вылезать. Тем более, за спиной уже сладко сопел пёсик, которого будить было откровенно жалко.
Только вот спустя пару секунд мозг, затуманенный призрачной опасностью, вдруг осознал, что носом я утыкалась в обнаженный торс мужчины.
И пах он чёртовски приятно. Шоколадно. А от шоколада я сходила с ума.
— Какая же ты милашка, — хмыкнул беззлобно оборотень и, повернувшись на бок, сгреб в свои объятия, словно закрывая от всего мира. И внутри зашевелилась дикая благодарность.
И будь это нормальная ситуация, а не я после ужастика, точно бы попыталась вырваться. Но сейчас была довольна тем, что впервые есть кто-то большой и сильный, с которым, чёрт побери, страх отступал. Так что я, довольно засопев, расслабилась и сразу уснула, не став себя терзать мыслями о том, что будет завтра.
Утро наступило быстро и я впервые ощущала себя отдохнувшей, а не измученной. И всё благодаря Оуэну.
Только вот его самодовольная победная ухмылка, когда я разлепила глаза и поняла, что всё так же прижата к нему, мигом отрезвила. Я всего лишь его новая игрушка. И своими действиями только подняла его эго.
— Ты такая сладкая, — чмокнул в нос, не смотря на то, что я молча сверлила его хмурым взглядом, намекая, что уже может меня отпустить. И эти его невинные чмоки сводили с ума, выбивая почву из под ног у моего здравомыслия. — А ещё ты так соблазнительно стонала во сне, — он вдруг заурчал, а у меня глаза на лоб полезли. А заторможенный мозг подсунул воспоминания о пошлом сне, где я в самом деле оседлала этого жеребца. Чёрт.
Явно видя моё смущение и наслаждаясь превосходством, оборотень решил подлить ещё масла в огонь, забравшись нагло своей конечностью под мою футболку и погладив спину, вызывая приятную дрожь, что сразу спустилась ниже, концентрируясь между бедер. И снова я отметила, что его руки странно мягкие и приятные. У меня аж дыхание перехватило и тело окаменело. Потому что было дико приятно. И это пугало.
— Могу тебе помочь снять напряжение в любой миг. Ты только скажи, — потёрся своим носом об мой, опаляя мои губы дыханием, но тонко не переходя черту. — Я руки мою, кремом мажу, чтобы были любовные ласки, а не муки без смазки. Так что я могу тебя удовлетворить, можешь не сомневаться, — и снова подмигнул, открыто со мной флиртуя.
И от таких услышанных, а не прочитанных слов, моё лицо вспыхнуло, а сердце бешено заколотилось в груди.
Я ведь слышала, что другим женщинам он просто бросал комплименты, одаривал широкой улыбкой, но на том всё. А на меня пошел с тяжелой артиллерией, что ли?
Да и почему такой тупой подкат поднял мне настроение?
Но говорить ничего не стала, лишь театрально закатила глаза, хотя улыбку сдержать так и не удалось. Дурак он.
Оуэн, снова радуясь тому, что шалость удалась, шкодливо чмокнул меня в нос и выскочил из под одеяла очень ловко и шустро. Я даже возмутиться не успела.
Смущенная тем, как легко поддавалась его чарам, накрылась с головой, желая дать эмоциям время поутихнуть.
Конечно же, этот мужчина приготовил завтрак и оставил его с милой записочкой на столе, потому что я отключилась, хотя вроде и выспалась, так что его ухода не заметила.
И хотя после сна меня обычно попускало и я обретала покой, в этот раз продолжала возвращаться воспоминаниями к его теплу. Чёрт.
Решив, что лучше себя чем-то занять, вспомнила о том, что сосед ещё в первый день купил все нужные ингредиенты. Так и голову забью чем-то привычным, и полезным делом займусь.
 * * * 
Оуэн
После ночи, когда эта сладость доверчиво прижималась ко мне, я осознал, что она становится всё более и более особенной для меня. Хотя я и старался не особо это показывать, но вот Браян словно с первого дня, как только мы её встретили, знал, что я на неё запал. И увлечённость резко перестала быть обычной, когда пробудилось желание утянуть её в свой дом. Потому что до неё я в своё логово предпочитал никого не пускать, чтобы была возможность отдохнуть от всего и всех. Только Плюшка был отрадой, который не удивлялся, когда я был серьёзным и молчаливым. Остальные самочки сразу прижимались ко мне грудью, предлагая поднять настроение. И изначально мне такое отношение нравилось, но я словно взрослел и перерастал тот пубертатный период, подумывая уже о том, чтобы сменить стиль жизни. Только вот не встретил пока пару, которая могла сделать моё пребывание в доме уютным.
И мне до жути нравилась её невинная смущённость, приправленная весьма красноречивым прожигающим взглядом каждый раз, когда она видела меня полуголым. И мне льстило то, что она видела во мне мужчину.
И нравилось то, что Лизи не хотела короткой интрижки. Она была словно из рода медвежьих и терпеливо ждала своего единственного.
А мне с каждым мигом, проведённым с ней, хотелось быть им. Тем самым, кому она будет дарить улыбки и поцелуи.
  
Она воистину была похожа на пломбир — манящая, мягкая, податливая и тающая от тёплых прикосновений. И ею невозможно было насытиться. И как же сильно мне хотелось узнать, как она потечёт, когда мой язык начнёт её вылизывать.
Я не был уверен в том, что именно она предназначена мне Луной, ведь Волка своего не имела. Но меня к ней тянуло и сопротивляться этому не собирался.