Три с половиной ведьмы

– Я перед тобой отчитываться не обязана.
– Меня вызвали, я приехал на вызов, – указал лекарь. – Не хочется поднимать вопрос о секретности в гостинице, которой заправляют ведьмы: вашей деловой репутации это будет отнюдь не полезно. Лучше не буду развивать эту тему, вдруг еще обидишься. Так что просто спрашиваю. Для собственной отчетности.
Силь вздохнула и провела рукой по лицу. Резко нахлынуло утомление, в глазах потемнело.
  
– Растяжение правого голеностопа, сотрясения мозга нет, рана от удара о ступеньку, но ему повезло – рассек только кожу, ничего страшного. Все заживет довольно быстро. Проведет тут пару дней в постели, подлечится, будет как новенький.
– Ну-ка присядь, – скомандовал лекарь, подхватывая ее за плечи и бережно направляя к креслу. – Как тебя зовут?
Она послушалась: запал иссяк, смысла спорить не было.
– Силь, – сообщила она упавшим голосом.
– Прекрасно. – Он открыл окно, и в комнату хлынул морозный воздух. Чуток поразмыслив, медикус накинул на пациента одеяло, а Силь подал плед. – Ты молодец. Меня зовут Тео. Будем знакомы.
Силь понравилась его речь: сразу слышно, что лекарь, – тембр мягкий, как кошачья лапа, а каждую фразу заканчивает чуть тише, чтобы незаметно подбадривать и успокаивать, подспудно внушая при этом мысль о своей авторитетности. С закрытыми глазами такие вещи были еще очевиднее, хотя, естественно, пациенты вряд ли были в состоянии подвергать манеру лекаря анализу. Просто – вызывает доверие. Сейчас вот уедет и запишет выздоровление пациента себе в актив. Чем плохо?
– Значит, используешь потоки энергии, – негромко проговорил Тео, будто продолжая разговор.
– М-м, можно и так сказать.
– И ниоткуда больше не черпаешь, кроме как из самой себя?
Она промолчала.
– Сотрясения нет, перелома нет, царапина с небольшой кровопотерей и растяжение. Ну хорошо, соглашусь, пациент немолод, собственной жизненной энергии немного. Это несколько осложняет ситуацию. Но в целом все штатно, а ты уже уработалась до грани обморока. Очень неэкономичный метод лечения. А, ведьма?
Силь мысленно сосчитала до десяти.
– Я умею работать разными способами, – выдавила она после паузы. – Зелья из червяков, пауков, крысиных хвостов, мухоморов, что там еще? Кровь младенцев. Очень полезно для здоровья.
К ее удивлению, в ответ она услышала заливистый смех. Пришлось даже посмотреть на весельчака.
Тео стоял, облокотившись на спинку кровати, и разглядывал ее с радостным изумлением. Глаз у Силь был наметан: она вмиг замечала отвращение или страх, именно их чаще всего испытывали люди, общаясь с ведьмами, – особенно если им доводилось не просто обмениваться любезностями, а видеть непосредственное проявление магических способностей, – но Тео, похоже, не чувствовал ни того, ни другого.
– С ума сойти. Ведьма, которая выучилась на лекарку. Значит, вы не отрицаете традиционные науки?
– Традиционней наших наук в мире просто не существует, – устало заметила Силь. – Если хочешь знать, ваши медикусы столько всего взяли у нас! Например, лекарственные травы – кто разбирается в них лучше, вы или мы? Вы порой нахватали по верхам, мол, ромашка успокаивает, череда мочу гонит – а когда их собирать, как готовить или как сочетать, понятия не имеете. Рви да суши.
– Согласен, – неожиданно отозвался Тео. – Ваши… м-м… традиционные знания наверняка прекрасно сочетаются с тем, что умеют заурядные медикусы. Мне просто показалось необычным, что ведьма решила посвятить себя помощи людям. Надеюсь, ты не обидишься!
Силь не обиделась только потому, что еще в детстве разучилась обижаться на тех, кто привержен предрассудкам. Однако это не помешало ей вновь захлопнуться.
– Разумеется, – сдержанно ответила она. – Кто я такая, чтобы обижаться. На костер не посылают, и то спасибо, низкий вам поклон.
Тео застонал.
– Какой костер! Ведьмам давно разрешено не только жить в деревнях и городах, но и вести здесь дела, и никто вас не ущемляет, Силь!
Оттого, как он произнес ее имя, у нее почему-то пробежал по коже холодок. Это было страшно неприятно, и поэтому она, сама не поняла как, выдала:
– Никто, никто. Нас все любят и почитают. Ты бы первый на мне женился.
Тео поднял брови.
– Смешная шутка, – признал он без тени улыбки.
– Благодарю, я старалась тебя развеселить. Ладно, не буду вас больше задерживать.
 
Глава 8
 
– Медицинская помощь здесь больше никому не нужна, хватит отлынивать, возвращайтесь на станцию, – сказала Силь.
– Надеюсь, еще увидимся, – легко согласился Тео и, подойдя к окну, закрыл его.
Пациент зашевелился. Лекарь склонился над ним.
– Отец, ты как? От больницы отказываешься? А то поедем?
Пожилой гость утомленно улыбнулся.
– Мне хорошо, – сказал он. – Не поедем. Тут буду.
– Ну смотри. Пока!
И Тео исчез.
Бравые медикусы удалились, а Силь, убедившись, что ее пациент благополучно восстанавливается, направилась вниз. Надо было распорядиться, чтобы за ним ухаживали, приносили ему все, что нужно, и вообще проверяли его состояние. А еще нужно было предупредить маму. В доме, который подчиняется ведьме, даже в таком огромном, как эта гостиница, с постояльцами не должно происходить ничего такого. Когда гость сваливается с лестницы, это вина лестницы – значит, что-то разладилось в хозяйстве. Силь показалось, что мама в полном порядке: выглядит прекрасно, с упоением отвечает на поцелуи мужа, по виду вполне счастлива и все у нее под контролем. Возмущение Оксы не могло так повлиять: да, у нее сейчас переходный период, эмоции обострены, однако максимум – стали бы хлопать окна, гаснуть светильники, посуда могла разбиться, наконец, но на гостях психологическое состояние дочери хозяйки сказываться никак не должно.
«Человек пожилой, – говорила себе Силь, – у него просто подвернулась нога, за перила он не успел ухватиться, вот и все. Лестница тут ни при чем. Она же не способна поймать его на лету».
Несмотря на эти разумные доводы, тревога нарастала. Спускаясь в холл, Силь внимательно осмотрела ковровую дорожку: все было в порядке. Мама тоже обнаружилась внизу. Она оживленно беседовала с какой-то женщиной. Силь поспешила к ним.
Мамина собеседница была рослой и при этом, не стесняясь, носила белоснежные сапоги на высоком каблуке. Платиновые кудри украшали голову, как пышная шапка. На плечи небрежно накинут белый полушубок, и мех подозрительно похож на натуральный. Довершали образ обтягивающие кожаные леггинсы черного цвета. Силь еще никогда не видела женщин, которые наряжались бы подобным образом, даже в столице – впрочем, в столице она толком не успела еще ничего увидеть. По контрасту с костюмом незнакомки сама Силь в шерстяном бордовом платье в пол была одета как бедная провинциалка. Силь замерла в двух шагах от мамы, терпеливо ожидая, когда можно будет ее отвлечь, и поймала раздраженный взгляд пришелицы. Оказалось, что эта дама далеко не молода. Глаза были аккуратно подчеркнуты подводкой, губы сделала яркими матовая помада, а на лице лежал слой крема, словно на праздничном торте, но возраст не скроешь.
– Этой гостиницей управляет ведьма, – прошипела незнакомка, наклоняясь к маме.
Та спокойно взирала на гостью, не собираясь оспаривать очевидное.
– Ведьмы обязаны помогать друг другу. Люди ненавидят нас, даже если притворяются, что все давно наладилось. Они боятся нас. Прячутся за своей благонравностью и порядочностью, сваливая на нас все грязные дела.
На нас? Силь вгляделась пристальнее. Но сколько бы она ни смотрела, экстравагантная мадам ничуть не становилась более похожей на ведьму.
  
– Ведьмы помогают друг другу, – доверительно поведала ей мама. – Я только не могу понять, чего вы-то от меня хотите.
Пожилая особа закипела.
– Я твержу вам уже битый час. Вы должны предоставить нам ваш зал. У вас в гостинице, по слухам, довольно приличный зал. Мы соберемся здесь, проведем ковен. Конвент. Его, в общем. Ковен, да. Соберемся вместе. Установим общие правила, предельные цены на привороты-отвороты, амулеты-талисманы, обычные гадания, гадания с предсказанием, заговоры…