По прозвищу «Сокол». Том 2
Потеребил собственный затылок, посмотрел ей прямо в глаза. Прочёл в их глубине, что она как раз и ждала от меня привычного родительского нытья. Что ж, отец я, наверно, никудышный, но как минимум понимающий.
– Слушай, Оксан, это хорошо. Одобряю.
– П-правда? – девчонка часто захлопала глазами от неожиданности.
– Да. Одобряю. Но не принимаю. Подобные штуки опасны, а ты только-только приехала учиться. Только-только поступила, я бы даже сказал, причём буквально посреди учебного года. Мы же с тобой только что обсуждали, ты всю свою жизнь наперёд успела распланировать, так давай не будешь портить её самой себе подобными выходками? Я не думаю, что «Майнд-тек» бросили бы тебя за подобное в каталажку, но исключить могли. Стоило ли это любопытство подобного?
– Знаешь, преподаватель мне также сказал.
– Так твоя шалость была замечена?
– Угу. И я ещё испугалась, вот. Ну что всё будет именно так, как ты рассказал. Он меня после лекций взял за рукав, в свой кабинет отвёл. Однокурсницы даже и не знали, что думать, а меня в пот пробило. Думала, ну всё! Сейчас он спросит твой номер. Позвонит, всё расскажет. Потом в деканат забирать документы. А он сказал тоже самое, что и ты. И поблагодарил.
– За что?
– Ну это же ошибка программного обеспечения. Её исправлять надо. Сказал, что сообщит о подобном, лазейку закроют. И наказал впредь, если обнаружу нечто подобное, составлять о подобном отчёт.
– Вас что же, будут пускать в гибернационные камеры ещё? А в моё время за сны на уроках наказывали.
– Ну, па-а-ап! – она дурашливо ткнула меня кулаком в плечо и добродушно рассмеялась. – Конечно же будут. Это часть обучения. И ведь нам будут давать пробные работы. В самом конце учёбы мы должны будем составить не диссертацию, а создать собственный игровой сон. Тот, в котором были мы, в прошлом был создан одним из студентов. Как же его там звали? Работа была ещё подписана. MaximInSunglasses, кажется…
Я глянул на время, словно во сне оно ускорило бег, полдвенадцатого ночи. И куда только минуты убежали?
– Ладно, Оксанка, я очень рад, что у тебя всё хорошо в твой первый день. Но время позднее, давай ко сну? Да и я сегодня что-то…
– Может, тебе не ходить завтра на работу? – с беспокойством спросила она. Я вздохнул, вспомнив, как точно также уговаривал в детстве мать остаться дома с температурой. Но та была непреклонна, а я не мог понять, что такого притягательного может быть в ежедневном труде?
Сейчас начал понимать.
– Посмотрим. Ну, утро вечера мудренее, ага?
Она согласно кивнула.
Глава 7
За право работать сегодня пришлось биться с двумя разъярёнными женщинами. Оксана готова была держать оборону, уговаривая взять больничный. Ей в тон подпевала Тучка, то и дело мешаясь под ногами.
Присоединись к ним сегодня Мегера, и мне было бы несдобровать. Но повезло, сказал, что как минимум должен появиться на рабочем месте, обговорить с начальством вероятную выплату страховки. Кажется, только это и сработало.
Да и я ведь всё ещё под следствием. Вспомнил улыбку адвоката, заверения детектива, что он-то уж точно и обязательно докопается до правды, крепкое и тёплое рукопожатие, словно он хотел доказать, что моё дело в надёжных руках.
Хорошо, если так…
Вчерашнего как будто не случилось. Без любимого свитера оказалось прохладно, плотнее закутался в собственную куртку. Вызывать такси не спешил, прошёл в соседний двор. Все следы вчерашней драки замело свежим скрипучим снегом, а мне-то думалось, увижу кровь.
Собаку тоже забрали, думаю, после моего удара её теперь только усыпят. – Жаль бульмастифа, – грустно пробубнела совесть, – он вовсе не виноват в том, что у него такие хозяева. Сарказм через призму насмешки отверг любые сожаления.
Меня не спешили арестовывать, хотя бы спрашивать как, что, почему, зачем? Напротив, мир проглотил последствия моей злобы и как будто бы даже запросил ещё. Не удивлюсь, если завтра чем-нибудь наградят, накатают статью: «Герой горячих точек показал уличным хулиганам их место».
И опять хорошо, если так. Чуял неприятные последствия, что нагонят за эту выходку не сейчас, через время…
Поздно сожалеть, сделанного не воротишь. А если воротишь, поступил бы иначе? Ответа у меня не было.
Таксист приехал через десять минут. Моя машина всё ещё во дворе, но с рукой в таком состоянии мне точно не стоит садиться за руль.
Сел в салон, услышал, как защёлкнулись замки в дверцах. По работающей радиоле новости: супер-ангина бежала по планете с пугающей скоростью, минуя все заслоны с карантинами. Винили птиц, крыс, насекомых, начали поговаривать о возвращении масочного режима. У меня как раз одна лежала в глубине нагрудного кармана…
Водитель не ответил на приветствие, я попытался вспомнить, не было ли в приложении пометки, что он глухой? Машина двинулась с места.
– Игорь Вениаминович передаёт вам привет, Алексей.
Лучше бы и дальше молчал, голос у него оказался на редкость отвратительный. Я напрягся, прокручивая в голове план: схватить за шиворот капюшона, приложить головой об руль, как только окажемся у развязки, свернуть руль вправо, максимум въедем в земляную насыпь и россыпь кустов.
Для него как будто запахло в воздухе угрозой, он спешно сменил тон на более дружелюбный. Не такие уж и «герои» работают на «Айм-мит».
– Он хотел сказать, что корпорация не причастна к недавно случившемуся, чего бы вам не говорил ваш куратор.
– Не получилось запугать с первого раза, решили пойти иным путём? – никакого доверия его словам у меня не было. Ни на секунду не выпускал доходягу из своего поля зрения. Знал, как только сделаю это, обращусь из контролирующего ситуацию в жертву.
До развязки оставалось триста метров.
– Нет. «Айм-мит» заинтересован в вас как в подпольном союзнике. Нам нечем вас запугать, а в стане наших конкурентов много иных сотрудников, готовых променять верность на хорошее вознаграждение.
– Да я уж догадываюсь. Не подскажете имена?
– Вы ведь понимаете, что мне их никто не сообщал?
– Витали подобные мысли. Всё это не останавливает от того, чтобы не попытаться вытрясти. По печени или в лёгкое?
– Вы убьете таксиста, что вам это даст кроме новых проблем? – а он заметно занервничал. Его наниматели точно недооценили ни моей выдержки, ни подготовки. – Но я всё же скажу. Игорь Вениаминович хочет, чтобы вы собрали базу данных из вашей капсулы. Те, что есть сейчас, их не особо интересует обновляемость.
– Вас от смерти удерживают два вопроса, – я мягко улыбнулся. Мы проехали развязку, я упустил свой шанс. Водитель немного успокоился, но расслабляться не спешил. Не вышло вырулить в относительную безопасность, мне хватит решимости и на риск. – Первый, почему я? Если у вас есть человек в корпорации…
– У нас нет…
– Не перебивай, иначе это плохо кончится. Если у вас есть человек в стенах «Майнд-тек», почему это не сделает он? Или те самые, что готовы продать верность? А второй – зачем?
Парень сглотнул. Мимо нас по встречной полосе, отделяемый лишь тонкой жестяной перегородкой, пронёсся стотонный тягач. Таким то запрещали ездить по городу, то вновь разрешали…
– У остальных нет доступа к вашей камере. Вы же в ней работаете, никто не обратит лишнего внимания за то, что вы осматриваете своё место работы.
Звучало как минимум логично.
– А по поводу того, что зачем… Игорь Вениаминович предвидел подобный вопрос…
Парень напрягся, как и я. А вдруг они подослали ко мне второго киборга? Такого аварией не угробить. Если, конечно, не под тягач…
Он сейчас либо ответит, либо выудит из кармана ствол. Я готов был дать руку на отсечение, что второе. Благо, что мироздание подобных ставок не принимает!
– Велел передать, что это прекрасная возможность изучить влияние игрового сна на людей, подобных вам.
– Подобных мне? – переспросил, но догадывался, наверняка имеет в виду военных и бывших ветеранов. И всё же зачем? Решил уточнить: – Почему тогда «Айм-мит» не сделает такой же капсулы самостоятельно? Корпорация производит и продаёт оружие по всему миру, неужели не хватает денег на коробку для сна?