Из огня, да ...(СИ)

Конго, хотевшая прервать нахала, против воли заслушалась. Он рассказывал совсем невероятные вещи, с его слов выходило, что ментальная модель тяжёлого крейсера когда-то была человеком, бойцом. Но как? Что за бред? Но против воли девушка заслушалась. Он описывал жизнь, именно ту, которой так сейчас не хватало Конго — ясность обстановки, чёткие приказы, их исполнение. Девушка была поражена, почему-то она считала, что так может и должен жить лишь Туманный Флот. Люди, они же такие суетливые и нелогичные создания, способные лишь доставлять мелкие (или крупные, самокритично призналась сама себе девушка, вспомнив семейку Гунзо) проблемы. Ей почему-то и в голову не пришло, что люди могут жить по какому-то своему подобию Адмиралтейского Кода.
  
А парень продолжал говорить. И хотя в его речи проскальзывали непонятные слова: «коробка», «вертушка», «чёрный тюльпан», «духи» и много других слов, значение которых явно не совпадало с тем смыслом, который вкладывал в эти слова Павел. Ну, к примеру, цветы же не летают, верно? Девушка вдруг как наяву увидела высокие заснеженные горы, пронзительно-синее небо над ними и испугалась. Да, испугалась, ведь ещё никогда с ней такого не происходило. Из докладов 401-й флоту* она, конечно, знала, что у людей есть «воображение», хотя и слабо представляла, что это такое. Но вот за собой, она такого раньше не замечала. Так сколько же общего у людей и ментальных моделей? Но, задумываться об этом в данный момент она не стала, раз уж этот странный парень решил поделиться такой информацией, то нужно этим воспользоваться, не так ли? И Конго продолжала слушать, не замечая, что её гнев и досада куда-то улетучились, а на смену им пришли интерес и любопытство. Она внимательно слушала, как выполняются тактические задачи, как он, этот парень, с друзьями выполнял такие приказы, которые практически нереально (с точки зрения логики) было выполнить.
Ради любопытства девушка принялась моделировать в своём процессоре эти ситуации под себя и пробовать их решить самостоятельно, благо скорость обработки данных была на пару порядков выше, чем скорость голосового ввода. К величайшей своей досаде, Конго обнаружила, что владея теми силами и средствами, что на тот момент были в распоряжении Павла, она никак не может решить поставленную задачу. Это бесило. Это злило. Это интриговало. И Конго с нетерпением продолжала слушать, желая поскорее понять, как именно выкручивался парень. Иногда ответ был настолько очевиден, что девушке хотелось треснуть себя кулачком в лоб, ведь это же так просто, почему же она не додумалась? Впрочем, довольно часто решение базировалось на совсем непонятных понятиях. Вот что значит, к примеру, выражение «жопой чую»? Тут она не выдержала и потребовала объяснений. Парень зачем-то почесал затылок и призадумался.
— Конго, вот скажи, когда ты неслась на меня на полном ходу, ты ничего не почувствовала? — теперь уже ей пришлось призадуматься. А ведь верно, что-то такое было!
 — Кажется, я почувствовала какую-то неправильность, — нерешительно проговорила она, — но это было так нелогично и нелепо, что я не обратила внимания…
— Вот! — парень просиял. — Вот это и называется «жопой чую»! Это когда ты уверена, что всё в полном порядке, но что-то говорит тебе, что ты ошибаешься. Если бы ты тогда прислушалась к своим чувствам, то не получила бы ракету в корму. Хотя, надо признать, бывает, что и предчувствия подводят: или ошибаются, или, что ещё хуже, молчат, когда приближается опасность. Тут тоже надо уметь понять, стоит ли слушать их.
— И как же это сделать?
— А вот это приходит с опытом, красавица!
— Не называй меня так, — уже на автомате огрызнулась Конго. Надо признаться, мысли её в этот момент витали где-то далеко. Вдруг она встрепенулась и с подозрением взглянула на Павла:
— А зачем ты вообще все это мне рассказываешь?
— Хм-м, зачем? А, да, вспомнил! Так вот, о чем это я — пока был обычным бойцом**, всё просто было: выполняй приказы и всё, ну, а тут — сил немеряно, возможностей выше крыши, а вот приказов сверху нет, и выкручивайся, как знаешь! Это уже не тактический уровень, а стратегический. И тут я вдруг понял: нужно думать по-другому, иначе можно таких дров наломать, что сам утопишься, увидев, что натворил. И вот эта ситуация, хочешь, обижайся, хочешь, злись, но к тебе целиком и полностью относится. Ведь ты же Флагман, а не эсминец какой-нибудь безбашенный! Ты же должна понимать, что от твоих решений зависит ОЧЕНЬ многое! Раз тебе доверили командовать другими, то изволь повзрослеть. А ты что делаешь? Тебе что, заняться больше нечем, кроме как лично гонять 401-ю по океану? У тебя же флот под рукой! А сейчас что?
— А что сейчас? — огрызнулась Конго. Слова Павла были… логичны, и это раздражало ещё сильнее. — Что не так-то?
— А то не так! Ты хоть подумала, что уничтожь я тебя, Флот бы опять остался без командования? *** Даже если вероятность такого проигрыша крайне мала, ты должна была её учитывать.
Конго задумалась, сейчас слова этого странного парня звучали очень убедительно. Ничего возразить на них она не могла, хотя очень хотелось.
— Хорошо, — нехотя выдавила девушка, — я подумаю над твоими словами.
 Комментарий к Укрощение строптивой **
1.
* Иона, даже находясь под командованием Гунзо, продолжала посылать флоту описание быта людей, их повседневность и другие данные общего характера. Практически все знания ментальных моделей о людях строятся именно на этих докладах.
2.* Кто не знает, но слово «солдат» обозначало первоначально наёмника, дерущегося за деньги. В боевых частях (в ПВ — точно, поскольку сам там служил) оно считается чуть ли не оскорблением, вместо него используют слово «боец».
3.* Первый раз такое произошло, когда Иона утопила Хьюго — на тот момент Флагмана флота.
Отредактировано и дооформлено.
GORynytch
====== Диалог ======
Неожиданно даже для самого себя, я рассказал Конго почти всё о моей первой жизни. Сам не знаю, зачем мне это, может быть, сработал «эффект попутчика»? Ну, знаете, когда можешь рассказать свои тайны абсолютно незнакомому человеку, которого видишь первый и последний раз в жизни. Не знаю, понимаю только одно: времени у меня всё меньше и меньше, кто знает, что предпримет Алый Флот после потери Юли. Поэтому мне необходимо быть там, дома. Последние несколько дней меня преследует чувство того, что я опаздываю куда-то, что-то упускаю.
Мои мысли прервала Конго:
— Скажи, Павел, а кто-нибудь кроме меня твою историю знает?
— Имеешь в виду из Туманного Флота? Нет, никто. Даже Ямато пока не в курсе.
— А почему ты мне рассказываешь это?
— Понимаешь, — я вздохнул, — мне очень нужно уйти из этого региона. Но получилось так, что сейчас от меня зависят многие, как люди, так и ментальные модели. Брать их с собой я не могу и не хочу, потому что это будет практически убийством, а оставить здесь, перед твоим разгневанным Величеством — предательство.
— Как ты сказал? — Конго удивлённо посмотрела на меня.
— Разгневанное величество? А разве не так? Вот как бы ты отреагировала на то, что Харуна с Киришимой не хотят оставлять этого ребёнка, Макие?
— А? — Конго призадумалась. — Ну наверное… Ну да! Разозлилась бы! А что, не имею права? В конце концов, я Флагман! Я отдаю приказы, а они их исполняют. Ты же сам говорил про армию, даже у вас всё так же! — девушка раскраснелась, глаза её грозно засверкали. — Скажешь — нет?
— Да всё так, ты абсолютно права! — я примирительно поднял руки. — Я же и не спорю, просто сказал как есть. Конечно, подчинённые должны выполнять приказы, иначе хаос неизбежен. Вот только…
  
— Что — «только»? — буркнула всё ещё кипящая блондинка. — Думаешь, не знаю, что ты сейчас скажешь? Что приказы нужно умные давать? Что не допускать бардак во Флоте — моя обязанность? Что в дезертирстве Такао и моя вина есть? Что отправить за 401-й два линкора без сопровождения было глупо? А ты думаешь, я это не понимаю?