На золотом крыльце 3 (СИ)

— Пепеляев-Горинович, — сказал Тинголов. — Больше некому.
— Горыныч? — удивился адмирал. — Из тех самых Змеев, что ли? Нет, я слышал, что где-то на берегах Днепра дракон завелся, но он вроде мирный был, с детками занимался, что-то такое… А этот — злющий, ящеров этих режет и жарит, жарит и режет…
— Это точно он. Мы по его учебнику учимся, — закивал эльф. — У него пунктик, чтоб детей не обижали.
  
А я с некоторым холодком вспоминал книгу ИвАнова и странный отрывок, который довелось прочесть. Там и Горыныч был, и Змеи, и дети, которые выросли в исполинов… Что-то много в моей жизни пророчеств становится, держаться бы от них подальше, да вот не получается!
— Ай-ой! — помахал рукой Ави. — Нам бы это… Наушники!
— Действительно! — спохватился я. — Николай Николаевич, мы тут хотим попытаться тварей из Васильевского острова вывести куда-нибудь, и шансы не нулевые, но нужно защитить органы слуха, и…
— Есть стрелковые наушники, четыре пары, — тут же посерьезнел Рождественский. — Одни, правда, японские…
— На надо японские! — запротестовал я.
Похоже, у меня за эти дни появились этнические предрассудки, с чего бы это? Вот так вот ксенофобами и становятся.
— Ну, есть еще скандинавские и две пары отечественных, — пожал плечами Николай Николаевич. — И вот еще: я никуда вас не выпущу, пока не покормлю! Бутерброды с оленьим суджуком будете? Очень вкусно! И чай, с морошковым сиропом. Мне сослуживцы из Надыма недавно привезли и того, и другого. И сиг! Сиг в масле, консервированный. Все никак повода открыть не было, а тут вот вам, пожалуйста. Вместе попробуем!
Я понятия не имел, что такое «суджук», но согласился. Бутерброды — это всегда кстати, особенно перед совершеннейшей авантюрой, которую мы намеревались провернуть!
 Глава 18 
 Пришествие Орды 
Дул порывистый ветер, облака на небе метались, как полоумные. Темные воды Невы покрыла крупная рябь. Мы встретились на Биржевом мосту, шли друг к другу навстречу, как будто находились внутри эпичного батального живописного полотна. Четверо их, трое — нас.
— О! — сказал большой синий тролль, улыбаясь. — А я тебя знаю! Ты — Миха! Так-то круто, что ты ещё не сдох. Мужики, это, однако, Миха, тот парень из Пеллы, я вам про него говорил.
Я тоже его знал. Это был тот самый ценный специалист по работе с духами, который выловил зловредного парикмахера в кампусе. Горного тролля звали Хурджин, и он работал ордынским шаманом или типа того. И умел классно танцевать!
— Здрасте, — сказал я как можно более дружелюбно, протянул руку, и тролль осторожно её пожал. — Это — Авигдор Беземюллер, это — Руари Тинголов, мои друзья. Мы тут разведку проводим и эту… Рекогносцировку местности. В интересах сил самообороны Васильевского острова и отдельного отряда спортивных болельщиков, который на «Цесаревич-Арене» базируется. А вы — Орда?
— Ага! Орда, однако! — закивал тролль. — Знакомьтесь скорее, тут дует так-то!
Трое уруков выглядели весьма колоритно, и в каждом из них имелась своя изюминка, это точно. Ордынские урук-хай сильно отличались от ребят из Гренадерского Корпуса, с которыми я имел дело. Не было в них той явной воинской свирепости, гораздо больше — лихости и элемента вольности. Они представились по очереди:
— Лурц Жёлтая Майка, — протянул руку молодой жилистый орк с выбритыми висками и длинной толстой черной косой на затылке. Его рожа вся была покрыта шрамами, а в глазах плясали бесенята. Из-под кожаной косухи и вправду выглядывала кислотного цвета майка-борцовка.
— Бахар Двухголовый! — этот орк казался по цвету кожи гораздо чернее, чем наши русские уруки, и волосы у него были заплетены в дрэды. — В народе — Швабр.
— Бабай, — сказал самый человечный урук из всех, что я видел.
Нет, комплекцией этот мужчина не уступал Бахару, литые бицепсы и мощные грудные мышцы распирали черную футболку с ордынским символом — Белой Дланью, орочьи бельмища горели адским огнем. Но в целом — мимика, жесты, черты лица — все это казалось гораздо менее чуждым, чем у любого другого знакомого мне представителя народа урук-хай.
Не считая Хорсы, конечно.
— Да че ты стесняешься? — удивился Хурджин и ткнул пальцем в грудь человечного орка. — Это — пан-атаман Бабай Сархан, князь Хтонический! Великий и Ужасный, Тот Самый и Легендарный!
— Ваша… Э-э-э-э-э… Светлость? — я понятия не имел, что говорить в таком случае. — Превосходительство?
Назвать черного урука светлостью — полная дичь. Как походный атаман он имел право именоваться «превосходительством», но, с другой стороны, хулиганские тяжёлые ботинки со стальными носами, рваные джинсы, чёрная футболка и кожаная жилетка на превосходительстве смотрелись очень провокационно.
А вот урукхаевский меч, лихо закинутый на плечо, выглядел вполне органично и подходил что сиятельству, что дикому варвару.
— Падажжи, — сказало клыкастое превосходительство и сделало отсекающий жест рукой. — Титулы — побоку. Миха тебя зовут, да? Маухур говорил, что ты — ровный пацан. Знаешь Маухура? Во-о-от. Давай по толку: у меня пятьдесят фудтраков с ордынцами и что-то около десяти тысяч местных орков. А ещё — мобильное оборудование для переработки ингредиентов. Я рассчитывал на знатный кипиш и пригласил кучу местных добровольцев из пригородов для грязной, но очень прибыльной работенки… Ну, ты понимаешь: кишки, костная мука, шкуры, зубы, глазные яблоки. Кровища и говнище — это наш ордынский профиль. А точнее — промышленная переработка вот этого вот всего. А тут такая вот хрень: на Димитровоградской стороне мы всех монстров уже выловили и замочили, и приблудные снага облизываются на городские кварталы. Мы же не можем этого допустить, так? Если орки пойдут мародерить — это будет капитальный косяк, верно?
— Ну… Да? — мы с Ави и Руа переглядывались, пытаясь понять, чего от нас хочет этот странный орк.
— Так вот и скажите мне, разведка, где тут у вас этих хвостатых тварей больше всего кучкуется, чтобы мы их порубать могли и ОЧЕНЬ ЦЕННОЕ ИМУЩЕСТВО из них выковыряли? Добыча нужна, смекаешь? — он подмигнул.
Я посмотрел на Тинголова, потом — посмотрел на Авигдора и понял, что мы думаем об одном и том же. И озвучил это вслух:
— Если я все правильно понял — вы обратились по адресу. Хотите найти как можно больше хтонических тварей и порубать их? Прям много-много монстров вам нужно?
— Именно! — щелкнул пальцами Бабай. — Какой сообразительный парень! Прав был Маухур — с тобой можно работать. Если приведешь меня и моих пацанов туда, где тусуется капитальнейшее сборище жирненьких мясистых ящериц — я буду тебе должен. Не прям как земля колхозу, но кое-что ты поиметь сможешь, я гарантирую.
Я понятия не имел, что такое «колхоз», и почему ему должна земля, но спросил:
— А если наоборот? — у меня внутри всё аж подпрыгивало от предвкушения.
— Что — наоборот? — орки повернулись ко мне синхронно.
— Ну, если… — я снова глянул на Тинголова, и он кивнул. Мы уже все проверили, пока добирались к Бирже. Все работало. — Если приведем всех чудищ к вам?
— О-о-о-о-о! — уруки и троль переглянулись и энергично закивали. Князь Хтонический в манере, чем-то напоминающей поручика Голицына, протянул: — Это будет прэле-е-е-е-стно!
— Но есть нюанс! — поднял руку Руа. В ладони его была зажата серебряная гамельнская флейта. — Мне нужно средство передвижения, которое может нести меня, двигаться быстрее недокодзю и при этом — не обращать внимания на посторонние звуки.
Синий тролль шагнул вперед, ухватил эльфа лапами за туловище, примеряясь, усадил его себе плечи и кивнул:
  
— Так-то мне сильно любопытно, как ты это провернуть собрался. Я, пожалуй, в деле. Есть теперь у тебя средство передвижения! Быстрое, мощное и очень симпатичное, однако.
План мы обсуждали минут пять, не больше. Наша идея была тупой и простой, однако в изложении знаменитого оркского князя выглядела вполне прилично: ордынцы переходят через мост на Васильевский остров, занимают позиции вокруг Биржевой площади, в зданиях и на Стрелке, готовят свои инструменты, оборудуют позиции, и ждут пришествия стада. Руари на плечах Хурджина объезжает места скопления тварей на нашей стороне и, возможно, на острове Эльфийских Добровольцев тоже, собирает как можно больше чудищ, играет на дудочке «Милого Августина», «На сопках Маньчжурии» и «Песню эльфийских полонянок», ведёт стадо сюда. Монстры изначально — водоплавающие, и если станут отступать — то в воду, а там, у самой кромки, их и будут ждать орки с… С чем-то, что они собираются использовать для разделки и свежевания туш, в общем.