На золотом крыльце 3 (СИ)

— Я слышу — сейчас вернутся! — предупредил эльф.
Я встряхнул кисти рук, разминая пальцы. Что ж, если рыбка решит полетать надо мной, то путь она продолжит с указателем «Проспект Крузенштерна» в заднице!
  
 Глава 16 
 Сквозь Хтонь 
Наша группа продвигалась к «Роб Рою», как и было задумано. Большой отрезок пути мы прошли по эстакаде Западного скоростного диаметра, потом — по набережной адмирала Макарова.
Сервитут сражался — это было видно отсюда, сверху. Свирепый местный народ достал из-под кроватей оружие, расчехлил амулеты, откупорил склянки с эликсирами, заточил топоры. Вся набережная Малой Невки представляла собой линию фронта: местные эльфы стреляли из домов по наползающим из воды тварям, на крышах домов расположились маги, которые лупили площадными или прицельными заклинаниями. Лох-Невские чудовища, как их метко обозвал Мих-Мих, грудами громоздились на берегу, пораженные огнем населявших эти кварталы лаэгрим и галадрим, но кое-кто из ящеров сумел прорваться сквозь плотный огонь первой линии и теперь орудовал в тылу.
Как минимум, несколько чудищ с панцирями крушили все вокруг и рвались к Смоленке — небольшой речушке, которая отделяла Васильевский остров от острова Эльфийских Добровольцев. Как я понял — в районе нового Морвокзала ее перекрыли, чтобы не дать возможности монстрам разделить сервитут на две части по речному руслу.
Мы приняли участие в сражении в районе Центра водно-моторного спорта, и не в самый подходящий момент: почти у всей группы резервы маны показывали дно, кроме Юревича и Розена, конечно. Ну, и кроме меня. Времени остановиться и заняться восстановлением не было: приходилось продолжать движение по эстакаде на виду у чертовых летучих рыб! Да, мы с Матвеем и Руари неплохо их мочили: многие и многие из монстров обзавелись украшением в виде дорожного знака в брюхе или стрелой, или — остро заточенной арматурой. Но они не кончались, налетали каждые минут пятнадцать! Поэтому мы решили спуститься с эстакады на бренную землю и получить хотя бы крошечный перерыв, которого было бы достаточно, чтобы запустить обмен маной и восполнить резервы.
Стало понятно — в случае чего, с монстрами теперь придется сойтись чуть ли не врукопашную… И благо, наука Голицына намертво сидела у каждого из нас в подкорке: все, кто прошел практику в Бельдягино, таскали с собой клинки — кукри, короткие сабли, мачете… Ну, или дюссак, как я. Если не на поясе или в рюкзаке — то в багажном отделе электробуса. Боевые «батарейки», а? И теперь мы готовились пустить холодную сталь в ход!
Враг впереди был неуклюж и громоздок, как тот самый электробус. Ящер остался один, других (тех, что помельче) уже прикончили эльфийские стрелки. Чудища валялись тут и там, бессмысленными серыми кучами. А у этого гиганта бронебойные пули, которые запросто приканчивали ожившие статуи, застревали в толстой коже и слое жира, так что лаэгрим и галадрим из окон сыпали проклятьями, но ничего поделать не могли. Их дальнобойные и мощные винтовки были бессильны! Почти китовая туша с мордой аллигатора уже разломала причалы для гидроциклов, пропахала брюхом борозду на газоне и асфальте, раздавила кафе-столовую и приближалась к автосервису, и не имелось тут никакой силы, которая могла бы его остановить.
Магов на этом участке обороны уже не было — слишком длинная береговая линия подверглась атаке, на всю Ингрию волшебников не хватало. А танки из Шестой земской общевойсковой армии еще не подъехали! В общем — хтоническая туша резвилась как хотела. До тех пор, пока не появились мы.
С эстакады спустились цепочкой по лестнице для дорожных рабочих. Впереди двигался Юревич, за ним — Ави, Тинголов, я, остальные бойцы с пиками из арматуры и клинками, киборг-полицейский, тетеньки-земские и замыкающий — Розен. Он уже нас подлечивал, только этим порой и спасались. Летучие рыбы кусаются страшно, и крылья у них острые, как бритвы!
Но и тут схватка предстояла нешуточная: чудище нас заметило, отвлеклось от автосервиса и стало медленно разворачивать свои телеса в нашу сторону.
— Бах! Бах! — эльфы из ближайших многоэтажек гасили мелких тварей, которые продолжали выползать из воды.
— Миха, сможешь его обездвижить? — спросил Розен, с неким флегматичным любопытством разглядывая чудовище.
— Я помогу, — кивнул Ави. — Только зафиксируйте секунд на десять, и я сделаю! На газоне зафиксируйте!
Он ведь у нас был природником, пусть и пустоцветом… И кое-что мог, но не прям чтобы на дистанции — и потому резерв, в отличие от остальных, тоже сохранил. Да и я кое-что мог, поэтому, оглядевшись и оценив обстановку, сказал:
— Сделаем! Выманивайте его на газон!
— Айе! — кивнул Тинголов. — Выманим!
— Круговая оборона! — скомандовал Розен. — Бдим, пока ребята работают!
Он вообще предпочитал отдавать инициативу в руки бойцов, наш флегматичный командир, и останавливал подчиненных только в тот момент, когда наши идеи уже переходили все границы нормальности. Сейчас, видимо, Розену так не показалось.
Руари, меж тем, побежал прямо к твари, легко, быстро, очень естественно, как могут бегать только эльфы. Он приблизился на расстояние метров пятнадцати к храпящей и сопящей туше ящера, остановился и протянул руку вперед:
— Иди сюда, животинка, — сказал галадрим.
И присвистнул так, как свистят, когда хотят позвать собачку. Блин! Да я сам чуть с места не сорвался и к нему не побежал! И остальные — тоже. Свист — тоже музыка своего рода!
— Спокойно! — проговорил Розен. — Спокойно.
Вот кто не поддался на эльфийские заманухи! Да и мы наконец совладали с собой и смотрели, как ящер ползет по парковке к зеленой зоне. А я еще и дергал эфирными нитями за окрестные дорожные знаки — то за один, то за другой. Первым подался «сужение дороги», его-то я и выдернул из земли! И в тот самый момент, когда недокодзю дополз до газона — подвел знак к его хвосту и со всей возможной мощью проткнул хвостовой плавник чудища, прибивая его к земле, как энтомолог — бабочку.
— Гра-а-а-а!!! — взревел монстр и задергался.
А я добавил еще — «парковка запрещена» и «места для инвалидов» — в каждый плавник. А потом в дело включился Бёземюллер — он, пыхтя, дотопал до газона и приложил к нему руку.
— У кого-нибудь осталась мана? — спросил он.
Глаза кхазада светились зеленью, трава на газоне шевелилась. Мана оставалась у меня, Розена и Юревича, но оба наших всамделишных мага не торопились ею меняться, и это было естественно. Они — наш последний рубеж! Так что мне ничего не оставалось, как приблизиться к Авигдору и положить ему руку на плечо, и распаковать то самое, «на донышке».
— Это что за… Клянусь непроглядными водами Келед-Зарама! — вытаращился на меня гном, а потом собрался с духом — и начал действовать.
  
Травянистые растения стремительно поперли из земли, опутывая тушу чудища, оплетая его густой сетью побегов. Монстр, приколоченный к земле дорожными знаками, оказался еще и связан, и почти не мог двигаться. Кадзю дергался, и от его попыток вырваться лопались тут и там сочные зеленые стебли, и шатались стальные столбики, вбитые мной в асфальт сквозь плоть чудища.
— Держите! — рявкнул Юревич и рванул вперед с клинком в руках.
Он не променял свой самый обычный мачете на более статусное оружие, нет. Но клинок полыхал начертаниями рун, по нему пробегали алые искры — Матвей посещал факультатив по артефакторике и дружил с Борисовичем, и потому теперь мог не опасаться, что мачете сломается или затупится. Совершив гигантский прыжок, юный боевой маг оказался на самой шее чудища, размахнулся — и воткнул клинок в затылок твари, а потом резкими движениями принялся расширять рану. Хлынула кровь, а Юревич работал дальше, и плевать ему было на заляпанную одежду.