И пришел Лесник! 9 (СИ)

— Сейчас, мозги в горшочке, вкусно же, — бормотал он, тихо стуча по сенсорной панели. Спустя несколько минут трудов он нашёл схему подвала. Центральное пространство, известное нам как площадь на первом, втором и третьем этаже в подвале было закрыто и считалось, что там ничего нет. Но вот план комплекса говорил об обратном. Было, да ещё как было. Всё пространство было заставлено продолговатыми предметами двухметровой длиной и примерно в половину метра шириной. Папаша Кац пробовал и так и сяк, но никак не мог получить доступ к камерам этого странного помещения.
— Не получается, пишет, что нужен какой-то мастер-ключ, — разочарованно произнёс знахарь.
— Ключ? — переспросил я.
— Ну не ключ, пропуск. Не знаю, может какую-то пластину, чтобы приложить. Сюда вот, посмотри, — он показал на мигающий красный прямоугольник на сенсорной панели размерами чуть меньше пачки сигарет. Погодите! Ведь нечто похожее я обнаружил в сейфе Астры, а что если…
— Папаша, попробуй это, — я никогда не расставался с этой матовой пластиной и всегда носил при себе во внутреннем кармане. Вообще не оставляю ничего ценного в ручной клади, которая может легко потеряться. Все заметно оживились, когда я достал пластину.
— Откуда это у тебя? — спросила Иштар.
— Нашёл в сейфе капитана корабля. Мы с ней… эээ были близки, и она оставила мне на память эту штуку.
— Эй, Лесник, я смотрю ты со всеми на короткой ноге. Везде успел, — ухмыльнулась Фитилёк.
— Кхм, так получилось. Это была её инициатива, — туманно ответил я.
— Не надо грязных инсинуаций, девочка, — прокряхтел папаша Кац и приложил пластину с панели. — Вот ведь странность. Сколько лет прошло, а работает! Вот что значит стабильность.
Красный ободок вокруг карты сменился на зелёный и мониторы вспыхнули изображением секретной части подвала. Мы увидели сотни прозрачных капсул, в которых лежали люди.
— Так вот, что они здесь хранили, — пробормотала Наташа, — а местные похоже и не знали на чём сидят.
— Весьма вероятно, — сказала Кобра. — Они думали, что пятизвёздочный отель в горе сделан для них. Глупцы.
— И что это по-вашему? — спросила Иштар.
— Люди, однозначно. Своих бы они сюда не засунули.
— Капсулы очень похоже на те, что были на корабле. По аналогии с пластиной они тоже не изменились. Автодок или анабиоз, — папаша Кац потёр пальцем переносицу. — Описание. Прочесть?
— Да, сделай одолжение, — попросила Иштар.
— Так… так… — знахарь пробежал незнакомый Иштар текст глазами. — Если своими словами, то это клоны людей. Они брали наши ткани и выращивали клонов. В других капсулах лежат изначально люди, но у всех одна особенность, всем им изменили цепочку ДНК. Теперь они как мы или как внешники, но в капсулах не стерильная атмосфера, там обычный воздух Улья.
— То есть они иммунные, раз до сих пор не превратились? — уточнили Иштар.
— Да, судя по отчётам внешники имею несколько таких лабораторий. Конкретно в этой, — папаша Кац вновь обратился к тексту, — здесь они ещё не готовы. Им лежать ещё лет восемь до созревания. Только после этого их всех разберут на органы. Но это будут очень ценные органы. Они не дают отторжения и пригодны для пересадки на Ригеле. Вот так. А ещё был один случай, когда пересадили сердце старику от иммунного, он приобрёл дар. Там у себя на планете. Дар кипятить воду. Вы понимаете, что это такое?
— Да, это ужасно. Если они раньше охотились за нами, чтобы изобразить гибрида, то сейчас они нашли способ стабилизировать органы и мало того с долей вероятности появления дара Улья за пределами самой планеты! — прошептала Кобра.
— Они нас держат на платформах только ради одного! — воскликнул Арнольд. — Они хотят нас убить!
— Да ты что⁈ — не сдержался папаша Кац и громко засмеялся, переключаясь с одной камеры на другую. — Лесник, я не вижу больше никаких чудовищ. Вход в секретную лабораторию здесь и здесь.
Папаша Кац приложил палец к панели, на которой отображался чертёж. В центральный круг со множеством капсул можно было попасть из главного лифта. Широкий проход открывался прям напротив выхода из лифтовой шахты. Ключом для него служила всё та же карта, что я нашёл у Астры. Запасной выход находился на другой стороне кольца. От него лучами, как и на этажах выше расходились шесть коридоров каждый длиной до двух километров. Все они вели во вспомогательные помещения, лучи соединялись радиальными переходами представляя собой паутину и где-то внутри этой сети находились ещё три центавра. Мне хотя бы мельком их увидеть.
 
— Будем ловить их. Вруби по всем комплексу полное освещение, чтобы каждый уголок был виден. Если этот чёрный баклажан спрячется где-нибудь на высоком потолке в темноте, то мы его ни за что не найдём.
— Как ты их ловить собрался? — спросила Кобра.
— Старинным бразильским способом. На живца. Расставим людей в каждом коридоре, папаша Кац будет координировать нас по громкой связи…
— Нет, нет, не пойдёт, — замахал руками знахарь. — Если кого-то из вас ранят, я хочу быть рядом. Я Фитильку покажу как включать громкую связь. Справишься?
— Легко!
— Тогда будешь смотреть за мониторами, когда покажется центавр, скажешь в каком он коридоре и что из себя представляет, как быстро движется и вообще всё, что покажется тебе интересным. Коридоры пронумеруем от одного до шести по часовой стрелке. Первый будет вот здесь, возле основного лифта. Поняла, рыжая?
— Не глупее тебя, Мясник.
— Вообще-то он Лесник, — поправила её Иштар.
— Да? То, как он рассказывал про тушёнку навело меня на другую мысль. Лесник так Лесник, всё равно вы там все в подвале и останетесь.
— Спасибо за добрые слова. Сама надеешься выжить? — спросила ехидно Наташа.
— Нет. Внешники не прекратят атаки пока не добьются своего, дураку понятно.
— Я даже знаю почему, — проскрипел папаша Кац. — У клонов заканчивается питательный раствор, необходимо добавить его и поменять фильтры в капсулах. Вероятно поэтому они так спешат, ресурс капсул исчерпан и ему осталось неделя до полной остановки, после чего содержимое можно будет отправлять в плазменную печь.
— Автодоки сами сожгут тела, забыл? — напомнила ему Наташа.
— Даже так.
— Ладно, пора начинать. Центавры сами себя не убьют, — сказал я и нехотя побрёл на выход. — Так и не пожрали толком.
— После победы устроим пир.
— Только не в ресторане.
— Прямо здесь на площади.
Всего в живых осталось сто двадцать человек. Фитилёк осталась в командном центре. Иштар с Арнольдом, своим персональным охранником отправилась переодеться. Арнольд же за своими стволами. Мы начали расставлять людей. Коридоры в подвале были такие же широкие, как и на верхних этажах. При желании по нему можно было проехать на нашем нолдовском броневике будь он здесь. Потолки достигали пяти метров, и мы вполне имели «счастье» познакомиться с чем-то огромным. Одного центавра мы уже знали и готовились к встрече с ядовитым другом. В качестве приманки решили использовать самых быстрых. Их задача была шумом привлечь чудовище, и сообщив выстрелом в каком коридоре он находится бежать к внутреннему кругу к основным силам. Там уже монстра будет встречать специализированная группа во главе со мной. Я рассчитывал своим даром с помощью Кобры разобраться с одним. Наташу должно хватить ещё на двоих. Арнольд выступал в качестве огневой поддержки, так же стрелять должен был тот, кто приведёт чудовище к нам. С нами находился папаша Кац и Иштар для экстренной помощи.
— Алло, Смит! Ты там уснул что ли? — Иштар зашла в свой отсек. Арнольд, шедший за ней, занялся своими пушками, не обращая внимания на нимфу.
— На связи! Как прошло? — прорезался в её голове голос внешника.
— Хреново. Твоих людей больше нет. Мало того, один из медиков расконсервировал центавров. Одного мы видели, он говорил о четырёх.
— Ох, мать! — послышался возглас агента Смита. — Плохо дело. Они практически неуправляемы.
— Мы уже заметили. Как быть?