Ставка слишком высока (СИ)
— Скоро подъедет Вениамин Александрович, — объявляет отец Артёма, и все заметно оживляются.
— Лобовский собственной персоной? — удивляется один из гостей. — Неужели, возвращается на родину?
Пытаюсь вспомнить, где я уже слышала эту фамилию. Точно! Он хороший друг семьи Скворцовых, живущий за границей, а ещё он крёстный Лены.
— Насчёт вопроса его возвращения на родину ничего сказать не могу, так как сам не в курсе, но вот насчёт «собственной персоной» заявляю, что, естественно, собственной, да ещё и во плоти, а не по видеосвязи.
— Кстати, — неожиданно восклицает Лена, — он же всё-таки заглянул на минутку на открытие ресторана Олега.
— Правда? — переспрашивает Артём.
— Да, ты его уже не застал. Вы с Алисой ушли раньше. Но передавал тебе привет.
— Как жалко, — грустно улыбается молодой человек.
— Да, — кивает Скворцова. — Я ему сказала, что у тебя появилась девушка. Он так обрадовался за тебя, но расстроился, что у него не получилось познакомиться.
— Сегодня познакомится, — Артём поворачивается ко мне и бросает на меня теплый взгляд, беря за руку. Тоже рисую на своём лице лучшую из своих влюбленных улыбок ему в ответ — выходит неплохо.
Разговор уходит в другое русло, а я наклоняюсь к Скворцову и шепчу на ухо:
— Почему все так ждут Лобовского? Вы говорите о нём, как о каком-то чуде. Я помню, что ты говорил, что он живёт за границей и редко приезжает в Россию, но всё равно…
— Вот увидишь его и всё поймешь, — также тихо отвечает Артём, чтобы было слышно только мне. — Он правда очень хороший человек. У Вениамина Александровича своя фармацевтическая компания в Германии. Я думаю, ты понимаешь, насколько важна его работа. Особенно для нас. Далеко не все нужные лекарства можно достать в России, а Лобовский может поставить всё, что угодно. Чуть больше двух лет назад он прилетал в Москву и Санкт — Петербург и открыл благотворительный фонд, деньги которого идут на лекарства детям из неблагополучных семей.
— Ого, — только и могу произнести я.
— Да, — кивает мужчина. — Правда, в России не остался, хотя мог бы, у него, насколько мне известно, правая рука в Германии тоже крутой человек — немец. Нынешний муж его бывший жены.
— Муж бывшей жены? — переспрашиваю я, решив, что мне послышалось.
— Да, — грустно подтверждает Артём, — на работе у Лобовского всё хорошо, друзей тоже много, а вот с личной жизнью у него как-то не складывается. Всю свою жизнь любит одну женщину, которая давным-давно выбрала не его, а он всё равно её любит и не может забыть. Хотя Вениамин и женился, и двое сыновей у него есть — только-только школу закончили. Алекс и Миша. Но и до брака со своей бывшей женой, и во время брака, и после развода любил ту самую, которая его отвергла.
— Так любит или любил?
— Любил. Она умерла.
— Ох, — потерянно тяну я, размышляя о судьбе мужчины.
В голове начинает тихонько звенеть тревожный звоночек, но я не могу понять, почему. Фамилию этого человек я точно впервые услышала от Скворцовых. Что привлекло внимание моей интуиции? Что Лобовский был в Санкт-Петербурге два года назад? Но судя по его роду деятельности он не должен быть ни с чем связан… хотя…
В этот момент на веранде, где проходит празднование, появляется человек с огромным букетом лилий в руках и вручает его тут же подскочившей к мужчине Любовь Константиновне.
— Веня, какая красота, — восклицает женщина и принимает цветы, а мне, наконец, удаётся увидеть его лицо.
Я цепенею на месте и с силой сжимаю руками сидение стула так, что белеют костяшки пальцев.
Мы уже с ним встречались.
Тогда, на открытии ресторана Олега Лескова.
Он назвал меня именем моей матери.
Алиса (41)
Дальше я как будто бы становлюсь зрителем фильма, в котором выключен звук. Кажется, Лобовский сначала просто поздравляет Любовь Константиновну словами, потом произносит длинный тост, все чокаются и выпивают шампанское. Я все делаю на автомате, продолжая сохранять непроницаемое выражение лица, молясь, чтобы Артём не стал приглядываться и не заметил моего настоящего состояния. Нужно взять себя в руки и вести как ни в чём не бывало.
Я просто не могу поверить в совпадение, но, неужели, это оно и есть? Человек, по-видимому, хорошо знавший мою мать, оказался хорошим другом семьи Скворцовых. Случайность или тщательно продуманная западня?
Погода сегодня комфортная и совсем не жаркая, мы сидим на веранде на свежем прохладном воздухе, но мне становится нечем дышать.
Алиса, возьми себя в руки! Ты должна доиграть этой шоу до конца, должна верить в совпадения и в то, что Лобовский верит, что между мной и Фионой нет никаких родственных связей, а наше сходство — банальная случайность природы.
Мне удаётся и успокоить отчаянно бьющееся сердце, и спрятать волнения на самом дне своего сознания. Если я верю в свою придуманную легенду, то и все остальные должны в неё верить.
— Вениамин Александрович, хочу представить вам свою девушку, — вытаскивает меня из мыслей громкий голос Артёма. — Это моя Алиса.
Лобовский, уже успевший расположиться за столом через несколько стульев от нас со Скворцовым, поднимает голову и встречается со мной взглядами. Он тут же меня узнаёт.
— Приятно познакомиться, Алиса, — вежливо отзывается он, а затем виновато добавляет. — Такое знакомство мне нравится намного больше.
— Веня, ты знаком с Алисой? — удивляется Любовь Константиновна. — Что же ты раньше её не представил Артёму, они бы уже давно были вместе!
— Что ты, Люба, всё совсем не так, — Лобовский смотрит на меня извиняющимся взглядом. — Я напугал эту красивую девушку на вечере по случаю открытия нового ресторана Олега. Так напугал, что она сбежала от меня на улицу, за что я ещё раз прошу у тебя прощение, Алиса.
Взгляды всех присутствующих обращаются на меня. И я, девушка, которая буквально с детства жила на светских мероприятиях и прекрасно умеет держать себя в обществе, чувствую себя совсем не в своей тарелке.
— Я… — теряюсь на пару мгновений. — Я уже и забыла, Вениамин Александрович. Не стоит и вспоминать о том недоразумении.
— И правда, — кивает Лобовский, соглашаясь.
Наконец, я избавляюсь от повышенного всеобщего внимания к своей персоне и выдыхаю, осознав, что, кажется, пронесло, и этот мужчина уже не смотрит в мою сторону, а что-то эмоционально рассказывает всем гостям за столом.
— Ты не рассказывала, что тебя кто-то напугал тогда, — слышу шёпот Артёма. — Я ведь тогда тебя потерял.
— Не посчитала важным, — пожимаю плечами, не смотря на него.
* * *
— Что ж, раз все в сборе, — громко объявляет Александр Петрович, — то мы с Любой хотим вам всем показать картинную галерею и цветочную оранжерею. В прошлом году мы их немного переделали.
Мы следуем за супругами Скворцовыми и попадаем в рай для глаз художника. В мой рай. Первое место остановки — картинная галерея отца Артёма. И она удивительная. Он смог собрать работы, которые коллекционеры никогда не соглашались ни выставлять на выставки, ни передавать государственным музеям, ни одалживать частным галереям.
Я забываю о своих переживаниях и предаюсь наслаждению искусством. Кажется, все гости уже давно двинулись дальше. Артём что-то у меня спрашивает, но я отмахиваюсь и прошу задержаться здесь подольше. Молодой человек усмехается.
— Я тогда вернусь к гостям, хорошо? — предупреждает Артём и заслуживает от меня лишь кивок — настолько я заворожена творчеством художников.
Я надолго задерживаюсь перед каждым произведением искусства, постоянно отмечая для себя в работе что-то новое, необычное, особенное или просто мне приглянувшееся. Сюда бы Даню, он бы оценил коллекцию по достоинству. Было бы круто уговорить Александра Петровича устроить выставку для всех желающих.
— Алиса? — неожиданно слышу позади себя и оборачиваюсь.
Передо мной стоит Лобовский, а в руках держит белую розу.
— И всё-таки ты очень на неё похожа, — говорит мужчина и смотрит на меня с такой любовью, что невольно я делаю маленький шажок назад, не ожидав взгляда, насквозь пропитанного столь сильным чувством.