Между добром и злом. Том 7 (СИ)

— Они могли сами спросить, — заметил Кондрат.
— Могли. Но выстрелили, когда на них вышла девушка с пистолетом. И здесь невольно задашься вопросом, неужели специальная служба стоит за всем этим? Что делать? Только нанять двух человек, которые проследят за оставшимся сыщиком и поймут, что он делает.
— Двух человек откуда? — спросил Кондрат, уже зная кто это был, но решив оставить это при себе.
  
— У секретной службы везде есть свои люди. Те, кто знает кого-то в лицо. И тех, кто может справиться даже с самым отмороженным убийцей.
Плохо справился, хреновый тот был ликвидатор, если так его можно было назвать.
Получается, со слов незнакомца, секретная служба узнала о яде, но отследить его не смогла. Зато смогла напасть на след группы, которая этот яд хотел применить. Их устранили, пришли в квартиру и восприняли Дайлин и Кондрата, как соучастников. И те двое должны были или следить или допросить его. Но оставалось всё равно несколько вопросов, один из которых…
— Кто рассказал секретной службе о том, что был создан по заказу такой яд?
— Это остаётся загадкой, однако сейчас важно совершенно другое. Сыщик, кто вы?
— Тот, кто хочет раскрыть преступление, — отозвался Кондрат. — Против кого готовилось покушение, есть предположение?
— Поговаривают, что против императора. А значит заказчик — принц. Надо лишь доказать это.
— Почему так решили в секретной службе?
— Потому что вы, — указал незнакомец пальцем на Кондрата. Даже на руках у него были чёрные перчатки. — Вы, Брилль, и ваша напарница Найлинская. Вы появились именно там, где вас не ожидали увидеть о месте, которого вы знать не могли. Это выглядело именно как подчищать концы после неудачи. А учитывая, что специальная служба управляется мистером Манхаузом, который поддерживает принца… Да-да, это известно секретной службе. Это значит, что стоит за этим Агарций Барактерианд. И теперь единственное, что необходимо — заставить всех признаться.
Другими словами, Кондрат и Дайлин оказались не в том месте не в то время, вызвав подозрение на себя и специальную службу в подготовке заговора. И всё потому, что они умели искать улики, умели разгадывать тайны и смогли выйти на квартиру раньше других.
— То есть вину вы определяете по тем, кто участвовал? Если поддерживают принца, значит он за всем и стоит?
— Именно.
— А если он даже не знал об этом?
— Маловероятно. Вы бы, мистер Брилль, поверили бы в это? ­— спросил он.
— А если выяснится, что покушение готовил кто-то другой? Кто-то, кто, в теории, поддерживал самого император, что тогда? Будет выглядеть, что уже император готовил покушение?
— Нет, просто это несколько снимет подозрения с принца, — усмехнулся он. — Но сможете ли вы это доказать? Да и позволят ли вам это сделать, учитывая тот факт, что убийцы тоже будут подчищать концы, а вместе с тем и всех свидетелей?
И первым делом Кондрат подумал о Дайлин в больнице. Случись что, и она будет самой лёгкой мишенью…
  
Глава 24
 
У Кондрата возникло мимолётное желание развернуться и уйти. Как можно скорее вернуться в больницу, где сейчас лежала Дайлин…
Но мимолётные чувства были безжалостно задушены. Он нужен был здесь и сейчас, иначе все усилия, как его, так и Вайрина были бессмысленны и бесполезны. А Урден после случившегося с Дайлин точно да оставил кого-то. Поэтому он отбросил все мысли и спросил:
— Какие нужны доказательства, что убийство готовил кто-то другой?
— Любые, которые укажут на это прямо, — спокойно ответил незнакомец.
— Хорошо… — протянул Кондрат. — Вы знаете, кто сжёг квартиру?
— Вестимо, те же самые люди, что готовили покушение. Они подчищают концы. Секретной службе это было невыгодно, ведь тогда теряются улики, которые помогли бы выйти на убийц и заказчиков.
— То есть, все подумали на нас, как на тех, кого видели в ней последней.
— Именно.
— А что, если я бы сказал, что никто из специальной службы не сжигал квартиру? — спросил он. — Что, если бы я сказал, что перед тем, как её сожгли, я и её напарница кое-что нашли в ней?
— Вас бы попросили показать, что вы нашли, — ответил незнакомец, проявив явный интерес.
— У меня это забрали, едва я вернулся в центр. Сказали, что выяснят всё, однако с тех пор я не слышал новостей.
— Это очень плохо, мистер Брилль. Поймите правильно, секретная служба заинтересована в том, чтобы вывести всех причастных на чистую воду. Если вы в этом нам поможете, то тем лучше и для вас, и для нас. Поэтому, всё, что бы вы не нашли, должно быть передано секретной службе. Достаньте это, принесите прямо ко двору, и тогда разговор будет совершенно другим.
— Откуда мне знать, что меня не вздёрнут со всеми вместе с моей напарницей?
— Секретная служба ценит тех, кто верен императору, — ответил тот. — Я сообщу кому следует, что вы можете подойти. Вас не тронут. И если на этом всё, то…
— Ещё один вопрос. Кто был тем человеком, кто рассказал вам про группу из пяти человек?
— Один знакомый, — не ответил он прямо.
— Один знакомый… — повторил за ним Кондрат себе под нос. — И про яд вам тоже кто-то знакомый рассказал, верно я понимаю?
— Абсолютно.
И он ушёл. Просто шагнул за какой-то огромный ржавый механизм с облупившейся краской и растворился. Ни шагов, ни теней — человек просто испарился.
— Что скажешь? — спросил Вайрин. — Интересный индивид, да?
— Скажу, что надо вернуться к Дайлин, убедиться, что с ней всё в порядке, а потом…
А потом надо что-то решать. Он и Дайлин сейчас под подозрением, это как пить дать. И в глазах секретной службы всё выглядит достаточно логично.
Манхауз поддерживает принца. Его люди пытаются устроить покушение, что вполне в их силах с такими ресурсами. Но кто-то сдаёт их, секретная служба устраняет рабочую группу, набранную из уголовников, после чего мчится в квартиру главного координатора, где встречает двух сыщиков. Перестрелка, они отступают, а квартира сгорает со всему уликами. И всё это заговор принца против действующего императора.
Проблема любого расследования в том, что, если ты уверен, что кто-то конкретный виноват, то все свои суждения ты будешь подстраивать именно под него. Они уверены, что это всё Манхауз, и все их выводы направленны именно на него. Возможно, они и правы, однако картина гораздо шире, чем кажется. Потому что на деле…
На деле получается, что всё это проворачивала военная разведка, поддерживающая императора, имея широкие связи за границей и людей, которые умеют работать под прикрытием и собирать рабочие группы. И того, кого секретная служба восприняла за координатора помимо всего был ещё и разведчиком. Специальная служба расследований почти в этом не участвовала, разве что Манхауз забрал жетон — единственное доказательство вины, а он и Дайлин просто попались под горячую руку.
Картина в общем понятна, но, если в скором времени они не найдут опровержение и реальных виновников, и за ним, и за Дайлин придут, потому что считают их одними из участников. За Манхаузом тоже придут, но самое худшее, придут за принцем со всеми вытекающими. Кондрату уже успели рассказать о скверном характере императора, и головы полетят во все стороны. Не ради справедливости, но ради страха. Чтобы другие боялись повторить подобный подвиг, вспомнив, что они не единственные в этом мире. В любом случае, задача была ясно и понятна, хотя всё равно Кондрата мучал вопрос.
А кто конкретно рассказал секретной службе о яде и о рабочей группе в столице?
* * *
Боль…
Боль-боль-боль…
  
Так пробуждалась Дайлин.
Болела голова, болела лицо, болела шея. Настолько, что, открыв глаза, она даже не смогла оглядеться — каждое движение отзывалось адской болью. Да и видела она как-то странно, как-то… иначе. Только поднеся руку к лицу и потрогав его, Дайлин осознала, что вся её правая сторона была перебинтована. Хотелось спросить, что за чертовщина, но язык не поворачивался, в горло будто песка насыпали. Хотелось пить, но ещё сильнее хотелось закрыть глаза и провалиться обратно в темноту, в которой она провела всё это время. Никаких вопросов по поводу того, что с ней или где она, хотелось просто спать.