Между добром и злом. Том 7 (СИ)

Хотя вряд ли стреляли они, Кондрат ведь проверял пистолеты, те не были заряжены дробью, как у тех незваных гостей. Но, как бы то ни было, сейчас были вопросы поважнее.
Он вернулся обратно. Направился сразу в отдел кадров, который занимался почти всей бумажной волокитой, которая только была у специальной службы. А было её много, от чего и штат был совсем немаленьким. Но встречала пришедших неизменно одна единственная девушка за стойкой, словно эдакое бюро информации.
  
— День добрый, — кивнул Кондрат. — Не поищете для меня человека Муда Широкски? Он должен работать, если я правильно помню, в внутренней службе безопасности.
— Муд Широкски? — переспросила администратор. — Да, я знаю его, он не приходил на работу уже восемь дней. К нас постоянно его жена рвётся.
— Да, встретил её на крыльце, — кивнул Кондрат. — Хорошо, он единственный из сотрудников, кто начал внезапно прогуливать?
— Да, единственный, — кивнула она.
— Вы уверены? Больше никого?
— Нет, никого. Мне надо что-то поискать на него?
— М-м-м… нет, не надо, — покачал головой Кондрат. — А его не объявляли в розыск? Никто сверху не интересовался, куда он пропал? Никаких заявок там или ещё чего?
— Нет, ничего, — мотнула она головой. — Я спрашивала у мистера Манхауз, но тот сказал не беспокоиться по этому поводу пока. Возможно, говорит, тот ушёл в запой.
— Ясно… Благодарю вас, — кивнул Кондрат.
Уже на улице он нервно выдохнул и взглянул на здание специальной службы, бастион внутренней безопасности империи, борец за справедливость и то, что должно было удерживать страну от анархии.
Но теперь анархия творилась за стенами этого места. Будто вся империя была поражена болезнью, которая медленно разрушала её институты, разъедала изнутри, словно организм, что был ещё жив, но гнил изнутри.
Манхауз знал, что его сотрудник пропал, но всячески пытался это скрыть. Почему? Ну логично предположить, что он знал, что произошло. Возможно, он даже хотел убить Кондрата, но… почему он не действует дальше? Можно было уже давно его обвинить в тяжком преступлении и исход был бы один и тот же, может даже медалей на груди стало больше? Да даже если убивать не хотел, а просто следил, этого было уже достаточно для давления на Кондрата.
И ещё момент — кто был вторым? Он не из специальной службы. Секретная служба? Нет, вряд ли, а то за ним бы уже пришли, Кондрат в жизни не поверит, что они не знают, за кем следят их люди. Разведка? Тоже странно, что все молчат. Может кто-то сторонний? Третье лицо?
Точно было объяснение всему происходящему и наверняка довольно простое, просто Кондрат не мог увидеть картину целиком. Надо просто всё разложить по полочкам.
Если бы Кондрата хотели убить или подставить, то сейчас был бы лучший момент. Все знают, за кем те двое следили и именно после встречи с Кондратом они исчезли. Учитывая местное правосудие, даже оправдывать ничего не надо, просто обвинить и всё, а дальше уже суровое слепое и глухое правосудие всё сделает. Так что для устранения Кондрата, убрать или убить, у них были все карты. И раз этого не произошло, в их интересы это не входило.
Просто слежка? Но после такой выходки его бы приняли в оборот, это как пить дать. Смысл смотреть, как он убивает их сотрудников? Да бред же…
А может Манхауз и не знает, что происходит? Может он не в курсе собственного подчинённого? Да, он знает, что тот пропал, но не может понять, с чем это связано и боится сделать следующий шаг, выдав себя? И панику поднять не может, признав, что это был именно его человек, но и отрицать, что тот из специальной службы не может?
Пальцы действуют отдельно от головы, так что ли?
Кондрат отправился домой с разбитой головой. Слишком много информации, слишком всё хаотично и несвязно между собой: убийство пятерых человек, один из которых разведчик; какая-то операция с ядом; неизвестные, которые подчищают хвосты; свои же сотрудники, которые действуют вне контроля собственного руководства. Какая-то агония силовых структур, иначе и не скажешь. И ты даже не знаешь, к кому обратиться за помощью…
Или знаешь?
Этот вопрос Кондрат решил оставить на потом, а этой ночью просто выспаться, чтобы трезво принять решение. Против кого это может быть обращено? Да против кого угодно, однако в любом случае это удар по принцу или императору. А раз так, то и делом должен заниматься не он, Кондрат, а защитник двора, то есть Вайрин. Возможно, именно с ним ему и удастся решить этот вопрос, как в старые добрые времена…
* * *
— Как в старые добрые времена… — простонал Вайрин. — Я только настроился нихрена не делать, расшагивать с важным видом и унижать своих подчинённых, а ты тут с этим…
— Ты ведь понимал, что лёгкой прогулки не будет, особенно в это время.
— Да, а ведь так хотелось! — воскликнул он. — Блин, а тут оказывается ещё и работать надо! Работать, Кондрат! Да где это видано!
— Так что ты скажешь?
— Скажу, что у меня выхода нет, а то, случись что, пойду на плаху вместе с остальными, — грустно констатировал Вайрин. — Так что вещай, что делать нам?
— Нам? Вайрин, это твоя ответственность, — заметил Кондрат. — Ты должен предотвращать подобные посягательства на жизнь императора.
— Нет, так-то да, но это ведь дело специальной службы. Ты его ведёшь, а я лишь контролировать должен… Точно! Я буду контролировать, вот! — поднял Вайрин палец. — Руководить — всегда самое сложное.
— Тогда проконтролируй, чтобы нам кто-нибудь помог с этим, — пояснил Кондрат. — Если здесь замешана и специальная служба, то я просто ничего не смогу сделать.
Кондрат доверял и верил Вайрину. Он вёл себя как идиот, разговаривал как идиот и даже умудрялся выглядеть точно так же, но Кондрат прекрасно видел, что под этим беззаботным видом скрывался человек умный и хитрый. Не лишённый чести и силы воли, который просто предпочитал смотреть на всю грязь с юмором, чтобы не поехать крышей. Потому что со всем этим дерьмом ты или едешь крышей, или спиваешься. Кондрат, например, пошёл по второму пути, пусть пока этот мир и притормозил его несколько.
— Секретная служба? — предложил Вайрин.
— Ты им доверяешь? — уточнил Кондрат.
Вайрин воровато огляделся.
Они сидели его кабинете, большом, отделанным тканями и тёмным деревом, где не было места какой-нибудь несуразной лепнине или позолоте. Всё строго и солидно. И тем не менее даже у стен есть уши, а, учитывая щекотливость темы, лишнее слово могло стоить совсем не лишней жизни. Конечно, собственное мнение было на этот счёт у каждого, но это не отменяло того, что за него могли наказать.
Вайрин осторожно вытащил из ящика стола что-то похожее на камертон. Вернее, это и выглядел как камертон, и работало, как камертон, потому что, когда Вайрин ударил по нему ногтем, комнату заполнили едва заметный звон.
Кондрат с сомнением отнёсся к этому оборудованию.
— И ты думаешь, это поможет от прослушки.
— Это? Да. Это… ну не самая обычная вещь. Скажем так, своего рода артефакт. Мы слышим лишь лёгкий звон, но вот кто будет снаружи помещения, услышат уже звон конкретный, который заглушит вообще все звуки. Мне такую штуку для службы выдали, — похвастался Вайрин.
— И действительно работает?
— Ну тихие голоса глушит на ура, я сам проверял, а больше и не надо, — пожал он плечами. — Так что, возвращаясь к теме, секретная служба точно защищает Его Величество Натариана Барактерианда вот прямо точно. Они его шавки и сделают всё, что он скажет.
— А принц?
— А хрен знает вот. Не, они должны его защищать, просто обязаны, но… — Вайрин слегка скривился, покачав головой, как бы говоря, что Кондрат сам всё должен понимать. — Короче, здесь слегка сложнее. Но то, что они будут защищать, например, его дочь, Её Высочество Льен, это тоже инфа на сотку.
  
— На неё у императора большие планы?
— Естественно. Такая разменная монета, что даже скулы сводит. Молодая, красивая, невинная — тут можно очень хорошо разыграть всё. А вот принц, ты сам понимаешь, как его замена, так и его соперник, а император не сильно торопится уступать трон.