Между добром и злом. Том 7 (СИ)

— Документы. Ты, живо, — мотнул пистолетом на одного Кондрат.
— Ты пожалеешь о том, что сделал, — произнёс тот вальяжно, будто совсем не беспокоился о происходящем. — Ты и твоя мелкая сучка-уголовница.
Судя по всему, речь шла о Зей.
— Зачем я вам? — спросил Кондрат.
— Не твоего ума дело, — ответил первый, зловеще улыбнувшись.
Немного подумав, Кондрат внезапно опустил пистолет и выстрелил тому прямо в колено. Выстрел гулким эхом разошёлся по окружённому дворами дворику. И Кондрат с удовлетворением наблюдал как меняется лицо второго, пока его товарищ, скуля как собака, сползал на землю, держась за колено. Он даже попытался дёрнуться в сторону Кондрата, но тот предупредительно приподнял пистолет.
  
— Зачем я вам? — повторил Кондрат, держа его на прицеле.
— Ты не уйдёшь живым после этого… — процедил тот.
— Я даже не знаю, кто вы, — холодно ответил Кондрат. — Убить вас для меня, как высморкаться — избавлюсь от назойливого неприятного чувства. Поэтому не испытывай моего терпения. Зачем я вам? Это вы были в той квартире, где подстрелили мою напарницу?
— Ты уже покойник, предатель, просто ты пока этого ещё не знаешь, — прошипел тот в ответ, а дальше всё произошло так быстро, что обдумывать что-либо было некогда. — Такого не прощают…
Тот, что был ранен, волком смотрел на Кондрата, только и выжидая момент, когда он отвлечётся, и едва увидел, что на него не смотрят, рывком бросился к пистолету. Нечто подобное Кондрат и ожидал. Реакция его была столь же молниеносной, что и попытка человека добраться до пистолета — мгновение, пистолет уже направлен незнакомцу в голову, и едва его рука касается рукояти, как гремит выстрел.
Голова дёргается назад, мозги веером вылетают на брусчатку, и он падает замертво. Второй тут же воспользовался этим, но бросился не к пистолету, а на Кондрата, сбив его с ног. Вдвоём они полетели на землю, и Кондрат на себе прочувствовал всю боль такого приземления. Но самое главное, что затылком он не приложился, а потому был включён в борьбу, и когда человек сверху замахнулся кулаком…
Ему прямо в лицо оказался направлен пистолет, после чего один единственный выстрел поставил точку в этой драке.
Кондрат с кряхтением сбросил с себя тело и огляделся. Один труп заливал брусчатку собственными мозгами, другой мешком упал рядом и пустил небольшой ручей из собственного виска.
Кондрат убил их, из секретной службы, разведки или же просто какие-то наёмники, но Кондрат устранил обоих. Во что это выльется? Одному богу известно, что будет, но сидеть сложа руки он не собирался.
Как говорили, нету тела — нету дела, а значит в первую очередь надо было что-то делать с телами. И для начала просто-напросто убрать их с улицы. Куда? Взгляд сам собой остановился на подъезде. Далеко трупы он не перетащит, но спрятать их надо было, и куда, как не в подъезд, а там уже как пойдёт?
Конечно, после такого падения на камни вся спина трещала от боли, но даже так Кондрат заставил себя встать. Обернув головы тел одеждой, которую стащил с них же, чтобы те не оставляли за собой след, Кондрат по очереди затащил их на чердак одного из домов, где сбросил в кучу до лучших времён. На улицах пока ещё прохладно, так что завонять должны не скоро, будет время убраться. Что касается крови…
А что с ней сделаешь? Кондрат разве что смог расковырять сугроб, который был в углу сквера и накидать снега, который, тая, уносил собой и кровь. Видно, конечно, было, но он уповал на то, что, когда люди пойдут домой, будет не так светло, чтобы разглядеть что-нибудь.
Конечно, всё вышло несколько иначе, чем он рассчитывал. Непонятно, кто это и откуда, но ему не оставили выбору. Особенно, когда начали угрожать не только ему, но и Зей, стало понятно, что отпускать их было глупо. Да и на что люди рассчитывают, угрожая тем, что едва их отпустят, они тебя убьют? Кондрат знал таких людей, знал, что они могут воплотить свои слова в жизнь, а значит уже в тот момент всё было решено.
Что дальше? Возьмутся за него серьёзнее или нет? Всё зависело от того, что с ним хотели сделать. Что-то Кондрату подсказывало, что его хотели убить, так как они даже не пытались поговорить. В таком случае, скорее всего, они вернутся. Но если нет, если он ошибся и убил их, то, скорее всего, первое время они будут пытаться понять, что случилось с их людьми, кто бы за ними не стоял.
Уже на чердаке, когда можно было не опасаться случайных свидетелей, Кондрат ещё раз вернулся к телам. Оба мужчины, оба около тридцати пяти лет. Судя по одежде, люди не бедствовали, но и богатыми не были. Окинув их строгий наряд взглядом, Кондрат предположил бы, что это кто-то из силовых ведомств. Документов при них не имелось, как не было, что интересно, и жетонов или какой-либо корочки, удостоверяющей личность. Но были самокрутки, пули с порохом и прочие мелочи живого человека.
Может это и вовсе кто-то из иностранных шпионов? Эта мысль мелькнула у Кондрата ещё раз. В прошлый раз он откинул эту мысль, потому что ему показалось странным, что вражеские шпионы охотятся на разведчиков империи на территории Ангарии, а не наоборот, но, с другой стороны, а почему нет? С чего это невозможно? Может тот человек имел только жетон, но был таким же шпионом или вовсе предателем?
Хорошо было, если бы кто-то смог бы сейчас навести его на дельную мысль, но что имели, то имели.
По итогу что? Директора разведки и специальной службы друг друга знают, и пока одни пытаются раздобыть яд, другие это пытаются… скрыть? Вставить палки в колёса? Как бы то ни было, логике пока это не поддавалось никакой.
Вечером Кондрат вернулся к этому месту, и не один, а вооружившись повозкой с лошадьми. Он специально весь остаток дня петлял и прятался, сбрасывая возможные хвосты, которые мог и не заметить, после чего под самый вечер снял повозку. Сейчас он поочерёдно перетаскивал тела под тент, кряхтя от боли. Тут ещё и нога напомнила о себя тягучей нудной болью, которая стреляла при каждом шаге. Не будет стыдно признаться, что в какой-то момент прострелило даже на слезу из глаза от боли, но он справился.
Город встретил его тишиной и спокойствием, поэтому никаких проблем вывести тела за город у него не возникло. Самым сложным, наверное, было избавиться от тел, так как копать промёрзшую землю было тяжело, а жечь… ну он уже видел, что случается, когда жгут трупы. Нет, надо было избавиться как-то иначе. И как-то само собой всплыло воспоминание про труп девушки, который они выловили в реке. Отнеси его подальше, возможно, его никто бы и не нашёл, или нагрузи его камнями…
Так и сделал Кондрат. Сняв всё, что можно было снять с тел, по чему можно было их опознать, он нагрузил их одежду камнями и сбросил в реку, которую встретил поодаль от города в укромном месте, где не было видно, что туда ходят люди.
Чувствовал ли он угрызения совести? Это, в конце концов, было его первое незаконное убийство, если так подумать, не считая одного момента в далёком прошлом. Нет, Кондрат ничего не чувствовал. Он давно избавился от подобных слабостей. Единственное, что его интересовало, когда за ним явятся снова.
* * *
Прошла неделя с того раза, как Кондрат убил двух человек. Никто так и не пришёл ни к нему, ни за ним. Даже не заикались, что был кто-то. Жизнь продолжалась ровно так же, как и до этого, словно ничего и не произошло. Только Кондрат знал о произошедшем, до сих пор пытаясь хоть как-то срастить в голове все осколки головоломки, которая застала их врасплох.
Ответа не последовало и от директора Манхауза, к которому Кондрат обратился.
  
— Забудьте, что было, мистер Брилль, — посоветовал он. — Дело будет считаться закрытым в вашу пользу. Это были разборки преступников, не более.
— И жетон?
— Подделка. Дешёвая подделка. Всё встало на свои места. Один упырь притворялся должностным лицом, а потому столкнулся с криминальными авторитетами, которые его и убили за такую наглость, а заодно и всех его сообщников. Дело закрыто.