Между добром и злом. Том 7 (СИ)

— А её… — он обвёл рукой лицо, — шрамы?
— Думаю, это наименьшее, о чём стоит беспокоиться, — усмехнулся невесело врач. — Однако, раз вы спросили, боюсь, эти напоминания она будет носить с собой всю жизнь.
Вот она обрадуется этой новости… Хотя, как правильно заметил врач, сейчас это было наименьшей из проблем.
Кондрат просидел так до самого утра. А куда ему идти? На работу, где всё закрыто? Или домой, где никого нет и делать нечего, а в случае чего он станет куда более удобной целью, чем в больнице, где больше людей? Да и ещё вопрос, возьмутся за него или нет? С одной стороны, могут, а с другой, н всё равно ничего не видел, и меньше всего зачинщикам будет на руку поднимать шум убийством сыщиков из специальной службы.
  
Он просидел так не смыкая глаз до самого утра, пока не вернулись врачи, но и здесь ему ничего нового не сказали. Дайлин не приходила в себя, и в ближайшем будущем изменений не предвиделось. Поэтому, не смыкавший глаз Кондрат отправился сначала взять часть её личных вещей, а именно бронежилет и ключ от квартиры, после чего отправился на работу.
Ну как на работу. Перед этим он заглянул домой к Дайлин, где встретил её служанку, Сулиту, и предупредил о случившемся, попросив её находиться рядом с её хозяйкой. На всякий случай, да и не сидеть же ей в больнице всё время, что Дайлин не будет, верно? И лишь после этого он направился с центр. Только там делать было нечего, о чём он и сообщил лично Урдену.
— Боюсь, сейчас не до этого, мистер Брилль, — вздохнул он. Под глазами наблюдались точно такие же мешки из-за бессонной ночи, как и у Кондрата. — Вы были у своей напарницы?
— Только оттуда, ­— кивнул Кондрат.
— Как она?
— Операция прошла успешно, но в себя она ещё не приходила.
— Плохо, очень плохо, мистер Брилль… — вздохнул тот. — Не думаю, что вы поймёте, что я чувствую, но… боюсь, с мисс Найлинской работать вы уже не будете. Вам найдётся новый напарник, возможно тот, с кем вы уже работали.
— Мисс Найлинская…
— Боюсь, уже не ей решать после случившегося, мистер Брилль, — отреза Урден. — Следующего раза для неё может уже не быть, и я не уверен, что она вообще сможет вернуться к работе после этого. Понимаю, что винит вас в случившемся как бесполезно, так и несправедливо, однако будьте так добры, обойдёмся без вашего авторитетного мнения в этом вопросе, мы поняли друг друга?
— Более чем.
— Вот и отлично, а пока что идите. Займите себя чем-нибудь. Думаю, мистер Манхауз предупредил вас быть осторожным, поэтому я попрошу вас о том же. Не думаю, что им есть дело до какого-то сыщика, но как знать…
Занять себя чем-нибудь…
А вообще, у Кондрата были идеи, чем теперь ему стоит заняться. В конце концов, разве у него не было друзей, как бы это странно не звучало, учитывая его личность, к кому он мог обратиться? Тех, кто имел куда больше связей в связи с положением?
Да, речь шла о Вайрине. Ведь, если так подумать, о Дайлин он узнал раньше остальных. И с наверняка знает о творящихся делах внутри стен императорского дворца. Возможно, и о произошедшем что-нибудь слышал.
С этой мыслью Кондрат и отправился к нему домой, надеясь перехватить до того, как тот отправится на работу. И перехватил. Успел застать Вайрина буквально на пороге собственного дома, когда тот уже собирался выходить. И надо было видеть лицо юноши, который, казалось, не мог поверить в то, что видит.
­— Кондрат? Ты ли это⁈ — даже по лицо было видно, что тот не знает, улыбаться или удивляться. — Охренеть и в рот мне в ноги, ты пришёл ко мне в гости⁈
— Не делай удивлённое лицо, будто я никогда так не делал, — ответил Кондрат и поклоном поприветствовал Атерию, молодую жену друга, которая с любопытством выглядывала из-за двери.
— Нет, делал, конечно, но блин, это как падение звезды — такое же редкое событие, — после чего он прищурился. — Признавайся, ведь ты не из-за того, что соскучился, пришёл ко мне, верно?
— Да. Я бы хотел попросить тебя о помощи, — не стал юлить Кондрат и, подумав, добавил. — По старой дружбе…
  
Глава 20
 
— По старой дружбе? Боги, Кондрат, ты где таких слов нахватался? — рассмеялся Вайрин, после чего вдруг стал серьёзным. — Погодь, а мы что, уже не дружим? Блин, мне никто не сообщал об этом…
Честно признаться, Кондрат даже не сразу понял, что тот опять подшучивает. Иногда это раздражало, особенно, когда ты собирался говорить о чём-то серьёзном, однако здесь ты просто выбираешь, принимать человека каким он есть или нет. Поэтому Кондрат лишь поморщился и проигнорировал это.
— Ты сейчас свободен? — он заглянул за плечо Вайрина, где стояла Атерия, а ещё и пятеро слуг, словно он был царской особой, которую нельзя оставлять без присмотра.
— Вообще, я уже собирался на работу, — будто смутился тот, — но ты можешь мне раскидать всё, пока будем ехать.
— Тебе до ворот пять минут, — заметил Кондрат.
— И что, предлагаешь мне, такому красивому топтать плебейскую мостовую⁈ — наигранно возмутился тот и махнул рукой, приглашая в дом. — Давай, я быстро, подождёшь здесь… Начи? Начи, сделай господину крепкий кофе со сливками.
— Да, мой господин, — поклонилась служанка.
Остальные тоже разбежались вслед за Вайрином. Остался только старый слуга, который как будто следил за Кондратом словно тот только и ждал, чтоб что-нибудь выкрасть. Не то, чтобы у Кондрата возникло такое желание, но, если быть честным, красть здесь было что: от дорогих подсвечников до той же мебели, которой было в избытке. Зачем столько, если Вайрин с Атерией никогда большей частью не воспользуются, ему было решительно непонятно.
Вайрин ждать себя долго не заставил, он буквально сбежал по лестнице, словно пытался вырваться из цепких лап слуг и собственной жены, которая на последних парах всучила ему портфель.
— Всё, опаздываем. Атерия, за старшую! — ткнул он в неё пальцем, схватил Кондрата под локоть, дёрнул на ноги и толкнул к выходу. — Всем пока!
Ему ответили дружным хором, на который тот уже не обратил никакого внимания. У входа их уже ждал экипаж, сравнимый с каретой.
— На борт, Кондрат!
— Мы от кого-то убегаем?
— Да, от моих домочадцев! — запрыгнул он внутрь.
— Ты не хотел, чтобы они слышали мою просьбу?
— Ну вообще как бы да… — нехотя признался он. Экипаж тем временем тронулся и Вайрин крикнул. — Сделай круг вокруг центра!
— Как прикажете, господин, — отвели извозчик, после чего Вайрин закрыл окошко.
— Ты ведь не забыл, откуда Атерия?
— Тонгастеры, и?
— Ага. И дочь или сын семьи всегда остаются часть их семьи, чью бы фамилию не приняли и куда бы не перешли, — вздохнул он. — А учитывая, что ты сам ко мне пришёл, так ещё и за помощью, думаю, разговор не для её ушей и не для ушей её семьи. Так что, Кондрат, что случилось? Это всё из-за дела, где постреляли Дайлин? Если да, то я в деле.
— Да, из-за этого дела…
— Я в деле! — хлопнул он в ладоши. — К кому костоломов отправлять? Давай адрес.
— Погоди, ­— поднял Кондрат руку. — Дело серьёзное, давай без шуток.
— Нет шуток! — кивнул Вайрин. — Выкладывай.
— Ты слышал, что между императором и принцем…
— Разлад, да, давай дальше, — нетерпеливо махнул он рукой.
— Люди тоже делятся между собой. Но где делятся люди, там делятся и структуры, в которых они работают.
— Меня внесли в курс дела, — серьёзным тоном ответил Вайрин, не став отрицать очевидного. — Каждый тянет за собой людей, и это вызывает очень серьёзные внутриполитические разногласия в империи. Но пока все предпочитают решать это миром. Или кто-то решил сыграть по жёсткому? В этом сыр-бор?
  
— Можно и так сказать…
Кондрат кратко обрисовал ситуацию и участников, и Вайрин внимательно выслушал, не перебив его ни разу.
Как защитник императорского двора он был одним из самых молодых, но в этом не было ничего странного. Влиятельные родители всегда старались протолкнуть своих чад на подобные должности пораньше. Даже в случае чего-то серьёзного рядом всегда будут куда более опытные товарищи, которые помогут и словом, и делом, да и само чадо успеет набить руку и набраться опыта. Удивишься, когда увидишь в помощниках какого-нибудь казначея молодого юношу, который будто только что покинул школу, но так работала система, так работало кумовство — свои повыше и поближе, остальных подальше.