Между добром и злом. Том 7 (СИ)

— Вы, наверное, уже слышали, что произошло у вас на территории, господин Ельбург, — не ходил вокруг да около Кондрат.
— Да, ужаснейшее событие, — кивнул он.
— Что вы об этом слышали?
— Да то же, что и все — пять сгоревших тел. Какие-то культисты бросили пятно на моё честное имя.
— Почему вы считаете, что культисты? — спросила Дайлин.
— Да кому в голову придёт жечь людей, — пожал он плечами.
  
— Ваша территория не обнесена забором, — заметил Кондрат.
— Слишком затратно, мистер Брилль.
— К вам иногда захаживают охотники. Вас это не смущает?
— Ну а много они там настреливают, эти браконьеры-то? — фыркнул он насмешливо. — Ну пару зайцев, пару уток, пару оленей. Даже охоться я каждый день, всё равно этого не замечу. Обносить всё забором будет гораздо сложнее и затратнее, мистер Брилль. Это точно.
— И никто не видел, что к вам на подъездную дорогу заезжали незнакомцы? Может кто-то что-то заметил или услышал?
— Ничего. Мы-то даже и костра не видели, так как он был на опушке за лесом.
И хотелось бы, чтобы граф рассказал что-то полезное, но здесь спрашивать было нечего. Самое сложное — они попросту не знали личностей погибших. А следовательно, и как-то подойти к вопросу не могли. В том же Мёнхване, где они нашли трупы в реке, было хотя бы понятно, откуда их могло принести, а здесь…
Кто привёз? Когда? Когда они вообще были убиты? Всё оставалось под вопросом. Оставалось только ждать окончательного заключения патологоанатома, да лелеять надежду, что у одного из погибших найдётся родственник, который заявит о пропаже.
Но на это надеяться, конечно, не приходилось…
  
Глава 15
 
Проблема в том, что ни Кондрат, ни Дайлин не знали, чем занимались те пятеро человек. Они могли быть кем угодно — от бедных людей, задолжавших денег бандитам, до каких-нибудь высококлассных киллеров, которые стали промежуточным звеном. Конечно, про высококлассных киллеров Кондрат может и загнул, никто в последнее время не умирал, но тем не менее мысль была понятна. Оставалась какая-никакая надежда на патологоанатомов, но перед этим…
— Здесь остановите, — произнёс Кондрат и выпрыгнул из экипажа. Хорошо, когда тебе предоставляют служебный транспорт.
— Ты куда? — выглянула следом Дайлин.
— Хочу, чтобы обо всех заявлениях о пропаже людей сообщали сразу нам.
— Так их может быть десятки!
— Вот и узнаем, сколько пропадает в день.
Десятки — не десятки, а Кондрат надеялся, что кто-нибудь да спохватится за одного из пропавших. И тогда, возможно, у них появится хоть какая-то ниточка, которая распутает всё дело. Но и здесь был заметный изъян — обгоревшие трупы опознать их было невозможно. И даже если кто-то сообщит о пропавшем человеке, узнать, тот ли это человек или нет, будет невозможно. Жаль, что до ДНК-теста здесь ещё очень далеко.
Но была иная возможность. Если люди пропали прошлой ночью, то как раз сегодня или завтра их родные или близкие, если таковые имелись, подадут заявления о пропаже людей, и будут высоки шансы, что это будут заявки именно на тех, что они нашли.
Пришлось объехать все отделы стражей правопорядка, а к тому моменту уже и вечер наступил, когда патологоанатом должен был дать окончательное заключение. Он уже ждал их в той самой отдельной комнате, за это время пропахшей полностью горелым мясом.
— Итак… — вздохнул он, — что я могу сказать по телам. Как уже я и сообщил вам, четыре мужчины, одна девушка. Насильственной смерти я не нашёл. То есть, видимых повреждений не обнаружено.
— Отравили? Задушили?
— Когда душат, нередко ломают хрящ на горле, но здесь ни у кого таких повреждений нет. Сказать, что их отравили, тоже невозможно. Тела обгорели настолько, что все внутренние органы попросту повреждены до неузнаваемости. И даже если был яд, он от таких температур просто… ну как… разрушился.
— То есть они просто умерли? — недоверчиво уточнила Дайлин.
— Люди просто так не умирают, — ответил Кондрат. — Особенно сразу пятеро. Методом исключения, можно сказать, что их отравили. Это единственный насильственный способ, который не оставляет вообще никаких следов. Оттого не было и крови нигде.
— И здесь я вынужден согласиться с мистером Бриллем, — кивнул патологоанатом. — Если нет других повреждений, то остаётся яд, следы которого попросту распались. Если они все дружно не решили умереть от естественных причин, конечно, шанс чего стремиться к нулю.
— Это всё равно нам ничего не даёт? — вздохнула Дайлин.
Они замолчали, каждый думая о своём и поднимая весь свой опыт и знания, которые сейчас были бы очень кстати. Тел нет, повреждений нет, ничего нет, но…
— Зубы, — произнёс Кондрат, заставляя присутствующих взглянуть на него.
— Зубы? — переспросила Дайлин.
— Да, зубы, — посмотрел он на патологоанатома. — По зубам можно будет хотя бы сказать, к какому сословию они примерно относятся, я не прав?
— Прав… — медленно признал патологоанатом.
— При чём тут зубы? — не понимала Дайлин.
— При том, что всякие бездомные, бандиты и прочий сброд имеет очень плохое состояние зубов. С обычными гражданами ситуация значительно лучше, но тоже не идеально. А вот у голубой крови зубы, чаще всего, в отличном состоянии. Есть деньги следить за ними, а удовольствие это не дешёвое, — пояснил патологоанатом, склонившись над трупом. — Поэтому, может мы и не сможем сказать, кто это, но хотя бы примерно поймём, кем они были при жизни.
— Наверное, это хоть что-то… — вздохнула она.
Патологоанатому потребовалось минут пять, чтобы осмотреть всех пятерых. Каждого он комментировал, давая Кондрату и Дайлин возможность понять, кем мог быть человек при жизни.
— Первый. Зубы… зубы нормальные, есть кариес, да… Ага, и зуб отсутствует, но я бы сказал, что обычны зубы. Второй… А вот у второго всё плохо…
— Это тот, что с кастетом? — уточнила Дайлин.
— Да, у которого нашли кастет. У него часть зубов отсутствует, часть в ужасном состоянии, часть вставные. Я бы сказал, что ему нередко били по зубам, да и следил он за собой так, раз на раз.
— Грубо говоря, он отлично подходит под вышибалу, — подытожил Кондрат.
— Именно. Так дальше… у третьего… У третьего всё нормально, как у первого, грубо говоря. У четвёртого… У него… — патологоанатом наклонился ниже. — Удивительно здоровые зубы. Есть, конечно, кариес и сколы, но человек следил за собой.
— Вы бы сказали, что он простолюдин или кто повыше?
— Всё же, наверное, простолюдин, да, а вот у девушки… хм…
— Что-то не так? — подалась Дайлин вперёд.
­— Да нет, просто у неё на удивление идеальные зубы, — ответил он. — Ну то есть… ага, есть парочка вставных, но…
— Такие обычные люди позволить себе не могут, — подытожил Кондрат.
— Да, именно так.
Кондрат даже представлял примерно, сколько такие зубы стоили. Похожие вставляли Вайрину, когда ему на свиноферме часть выбили, поэтому он не понаслышке знал, насколько это недешёвое удовольствие. Другими словами, как минимум, женщина была обеспеченной. Максимум — голубая кровь, что придавало делу особый характер. Если замешены аристократы, значит происходит что-то серьёзное.
— Будете забирать?
— Что забирать? — Дайлин явно подумала про трупы.
— То, что на них нашли, — кивнул он на стол, где лежали пережившие огонь пожитки покойников. Кастет, ключи, цепочки, кольца и прочая мелочёвка из металла. Даже часы завалялись — Это улики же.
Дайлин с мольбой взглянула на Кондрата.
— Не хочу к ним прикасаться.
Кондрат подобным не страдал. Он вся свалил в пакет и забрал за собой вместе со смрадом палённой плоти, которая преследовала их вплоть до специальной службы. Они сто раз пожалели, что не оставили эту грязную работу кому-то другому.
  
* * *
— Кондрат, ты что, ночуешь здесь? — хмыкнула Дайлин, подойдя к столу.
— Ты поздно приходишь, — отозвался он.
— Тебе кофе?