Между добром и злом. Том 7 (СИ)

Кондрата учили, что очень важно уметь слушать людей. Любых людей. Никогда не знаешь, где пригодится та или иная информация, к каким мыслям она тебя подтолкнёт. Так учил Кондрат и других, на собственном опыте убедившись в верности этого утверждения.
И сейчас в голове Кондрата всплыл тучны мужчина на свадьбе Вайрина, который жаловался на дирижабль, постоянно куря и кашляя. Как он говорил? Думал, задохнётся там и чем выше они поднимались, тем хуже ему становилось? А случаем это не острое проявление кислородного голодания у человека, у которого явные проблемы не только с избыточным весом, но и с лёгкими?
  
Чем выше поднимаешься, тем меньше кислорода, что особенно чувствуется при резком наборе высоты…
А что, если никто пассажиров не травил? Что, если они просто дружно потеряли сознание, когда дирижабль резко набрал высоту? Вот он летит на трёх тысячах, где ещё терпимо, а вот резко начинает подниматься чуть ли не на высоту Эвереста? Неподготовленные люди попросту начнут засыпать, даже сами этого не понимая. И дальше от них всех них можно вполне себе легко избавиться, выбросив за борт, а после спуститься на безопасную высоту и покинуть воздушное судно, направив его по заданному пути.
Безумие? Да. Но пропавший экипаж с пассажирами на летательном судне тоже выглядит как безумие. И этому волне себе подходит столь безумное объяснение.
  
Глава 12
 
Кондрат сразу рассказал о своей догадке, но первое, что услышал…
— Хочешь сказать, что, чем выше, тем меньше воздуха и труднее дышать? — Феликс явно отнёсся к этому скептически.
— Именно, — кивнул Кондрат.
— Ты уверен? — спросил Рэндольсонг. Он тоже не очень поверил в услышанное.
Надо менять тактику.
— Вы хоть раз были в горах? Не вот на этих сопках, которые вокруг столицы, а именно горы, высокие, уходящие далеко вверх?
— Прям горы-горы? — переспросил Феликс.
— Да, прямо горы-горы, — кивнул Кондрат.
— Ни разу, — тут же ответил Рэндольсонг и Феликс кивнул, подтверждая.
— Это плохо, потому что в противном случае вы бы почувствовали, что, чем выше поднимаешься, тем сложнее становится дышать. Ощущение, как будто не хватает воздуха.
— Ладно, им было бы тяжело дышать, — кивнул Рэндольсонг. — Но почему они потеряли сознание?
— Если ты поднимаешься пешком в гору, то высота будет меняться постепенно. Тело будет успевать привыкать, и даже при этом ты будешь чувствовать последствия, как отдышку. Но если подниматься быстро, то ты просто не успеешь адаптироваться, переход будет слишком резким, и ты потеряешь сознание.
— Но раньше никто не терял сознание.
— Потому что дирижабли летают на высоте трёх километров, — ответил Кондрат. — На этой высоте ещё достаточно воздуха. Но если резко набрать высоту, то будет то, что мы можем сейчас наблюдать. Если мои слова вызывают у вас сомнения, можете попросить продемонстрировать это пилотов.
Оба серьёзно задумались.
— Если все теряют сознание, — медленно произнёс Рэндольсонг, — тогда кто тогда избавился от тел? Да и кто вернул дирижабль на прежнюю высоту?
— И как они покинули дирижабль, не посадив его? — добавил Феликс.
— Может они его и посадили там, после чего ушли, — пожал Кондрат плечами. — Сказать сейчас сложно, но даже в воздухе есть возможность его покинуть. Что касается тех, кто избавился от них…
В другой ситуации это бы вызвало вопросы, однако и здесь было объяснение. Раз уж они говорили про высоту и горы, глупо было упустить очевидный факт.
— Есть народы, который живут высоко в горах. Они рождаются на высотах, где обычным людям будет плохо, они живут там и умирают. С самого рождения они адаптированы к такому разряженному воздуху. И возможно, лишь возможно, что такой человек из горных народов был на борту дирижабля. У него были шансы перенести подобный подъём и снизиться обратно, попутно избавившись от тел.
— То есть… мы ищем человека из горных народов… — произнёс Рэндольсонг, схватив список бумаг. — Человек из горных народов…
— Был такой? — оживился Кондрат.
— Были такие, — поправил он. — Двое. У них характерные фамилии, не перепутаешь, — он положил список, указав пальцем на фамилии. — Эти двое.
— Буррстав и Менссгор. Ты уверен?
— Конкретно эти двое точно горцы, ­— подтвердил Рэндольсонг. — Они с гор Надежды, что на западе. Один купец, другой стюард на дирижабле.
— Зачем им убивать кого-то на корабле? — спросил Феликс, как будто они все знали ответ, но ему не говорили. Они лишь бросили на него красноречивый взгляд, после чего Кондрат воздохнул.
— Действуем по старому плану. Связи со всеми, кто там был. Бизнес, личная вражда, перешли дорогу не тем людям ­— надо всё проверить. И… — Кондрат пожал плечами, — думаю, на этом моя помощь всё.
— Всё?
— Если наша теория правдива, то нам остаётся разве что подтвердить. И, возможно, удастся найти самих убийц, а с ними и тела пассажиров.
А если говорить честно, то Кондрат понимал, что сейчас будет обычная бумажная волокита. Надо будет перебирать всех свидетелей, проверять показания, опрашивать — всё это нудно и долго, а у него отпуск. Он откликнулся просто из-за интересного случая. Но вот суть выяснена, а всё остальное просто нудная работа. Если они ошиблись, он вернётся, естественно, а если нет…
Что ж, у них добавится ещё одно закрытое преступление в личном деле, а у него приятное чувство удовлетворения, что ещё одна тайна была раскрыта. Хотя, если быть откровенным, Кондрат бы предпочёл тайны без каких-либо мистическим вмешательств. Мистика — это, конечно, весело, но куда приятнее разгадывать тайны, когда ты точно знаешь, что это дело рук человека, даже пусть и пытаются это выдать как что-то из вне.
* * *
По итогу Кондрат оказался прав.
Стоило разгадать тайну с исчезнувшим экипажем дирижабля, как остальное было делом техники. Феликс лично пришёл к нему в гости, чтобы сообщить новости.
Буррстав и Менссгор действительно были из народов, живущих высоко в горах. И как это часто бывает у таких народов, у них были свои поверья, свои традиции и свои священные места. И именно одно такое священное место хотела разрабатывать одна горная компания, обнаружив там залежи драгоценных металлов.
Многочисленные письма, жалобы, приёмы, митинги и даже деньги не могли решить вопрос — горная компания намеривалась там устроить шахты несмотря ни на что. Их даже не остановило, что добывать там было очень сложно и требовались достаточно специфические специалисты и оборудование. Всё дошло до того, что люди шли буквально с оружием защищать священное место, но в ответ туда пришли… солдаты. Не стражи правопорядка или личная гвардия, а солдаты, имперские солдаты, которые подавили любые возмущения.
Почему? А оказалось, что компанией владеет человек, который имеет дружеские отношения с одним генералом, который и помог ему в сложной ситуации. Другими словами, люди исчерпали все варианты решить вопрос как-то иначе и решили действовать по-другому.
В дирижабле летел ни много ни мало главный горный инженер, который специализировался на подобных сложных добычах и проектировал шахту. По факту, всё держалось на том, как он спроектирует её. И так как добраться до хозяина компании люди простые не могли, они решили бить по другим уязвимым частям. И вот умер инженер, от которого зависело, будет ли происходить там добыча или нет.
Оставался вопрос, зачем было всё это устраивать и убивать столько людей, прикрыв смертью множества других его? Почему просто не выбросить инженера или не пристрелить его и дел с концом? К сожалению, двух убийц они пока так и не нашли, чтобы задать этот вопрос, однако у Кондрата была своя теория по этому поводу.
  
Возможно, целью были вот подобные замаскированные диверсии. Убей только инженера открыто, и это будет едва ли не объявлением войны. Всем станет понятно, ради чего, и кто именно за этим стоит. И, возможно, хозяева горнодобывающей компании усилят давление, а может и чего ещё сделают, чтобы совладать с непокорным народом. А так пропали все люди с дирижабля, какое-то необъяснимое событие, выглядящее скорее случайностью. Такой же случайностью, как и пожар на машиностроительном заводе, который поставлял то самое специфическое оборудование, и обвал дороги, которая вела к священном месту.