Я один вижу подсказки 11 (СИ)

— Но это ещё не всё, что вам нужно знать…
Учитель объяснил, что у фермеров профессиональный рост идёт крайне неравномерно, скачкообразно.
Не будет такого, чтобы каждый день стабильно прибавлялось одинаковое количество опыта — это не арифметическая прогрессия.
— Сейчас, когда на ферме много работы и вы активно собираете урожай, опыт накапливается быстро, — он обвёл взглядом класс. — Также, когда будете массово сажать новые культуры, рост тоже будет интенсивным. Но в определённый момент мы неизбежно выйдем на так называемое «плато».
  
Иннокентий нарисовал на доске график с плавной кривой, которая сначала росла, а потом выравнивалась.
— Всё уже посажено, грядки политы и прополоты, остаётся только терпеливо ждать, когда урожай окончательно созреет. Вот тогда-то и наступает период плато — опыт не растёт.
Один из учеников поднял руку:
— И что же делать тогда?
Ответ поразил:
— Ничего. Ждать, когда придёт время. Собирать созревший урожай и снова засеивать поля культурами. Тогда снова произойдёт рывок, — заключил учитель, отложив мел в сторону.
Мне показалось, что это довольно неочевидная, но важная деталь, и я кивнул, стараясь запомнить информацию.
Удивительно, что все остальные проблемы ушли на второй план во время урока. Иннокентий действительно знал, о чём говорит, и его объяснения полностью захватывали внимание.
— Теперь, если мы говорим в целом о развитии «умений»… — учитель задумчиво потёр подбородок, подбирая слова.
Он попытался чётко разделить два внешне очень похожих, но принципиально разных действия: посадку растений с использованием магического навыка и обычную посадку без него.
— Это может показаться сложным для понимания, но посадка без навыка сама по себе тоже является навыком, — Иннокентий медленно облокотился о край своего стола. — То есть даже если у вас нет магического навыка, вам всё равно необходимо изучать и постоянно оттачивать свою ручную технику.
От этих слов у меня в голове возник вполне логичный вопрос, и я не удержался:
— Учитель, можно задать вопрос? — я поднял руку, привлекая его внимание.
— Конечно, Алексей.
— Если фермер постоянно использует для посадки только навык «Посадка», означает ли это, что его реальные практические навыки и знания останутся неразвитыми? То есть своими руками, без навыка, он не сможет посадить так же качественно, как с помощью него?
Я пытался как можно точнее объяснить, что имею в виду, но выходило неловко. Однако, судя по заинтересованному выражению лица, учитель понял:
— Нет, Алексей. Это совершенно неверное понимание, — покачал головой Иннокентий. — Магические навыки являются неотъемлемой частью тебя самого, они не существуют отдельно от личности. Чем больше и чаще ты применяешь определённый навык, тем сильнее развивается твоё собственное понимание и умение.
— Да? — я удивился.
— Конечно. В конечном итоге ты сможешь выполнять те же действия с таким же качеством даже без активации самого навыка. Просто потому, что глубоко усвоил все принципы и тонкости.
Этот вопрос показался мне действительно глубоким и заставил задуматься. Но я думал не о навыке «Посадка». Мне было не так важно, буду ли я уметь хорошо сажать собственными руками.
Меня больше интересовал навык «Всеведущего». Он выдаёт подсказки, но развивает ли этот навык моё собственное чутьё?
Мне почему-то кажется, что да. Некоторые события я уже могу предчувствовать, как будто некое знание уже есть в голове.
Понятно, что человеческий мозг всегда работает именно так: он анализирует информацию и пытается что-то предсказать, предупредить об опасности или подсказать правильное решение.
Только раньше у меня не было такого чутья, а теперь я довольно часто пользуюсь «Всеведущим».
«Быть может, если достаточно долго использовать „Всеведущего“, в какой-то момент я сам им стану?»
В общем, слушал я учителя и искренне поражался… Иннокентий буквально выдавал поток отборной, глубокой информации, которая заставляла переосмыслить очень многое.
…
Обеденное время.
Столовая гудела привычным шумом: звон вилок о тарелки и обрывки разговоров.
Я уселся напротив Сергея с Машей, едва удержав в руках переполненный поднос. Голод был нестерпимым.
Вчерашний ужин пропустил из-за попытки убийства. Хот-дог доел только наполовину. Утром тоже не позавтракал и сразу побежал на учёбу.
Сказать, что я был голодным — ничего не сказать. Поэтому набросился на еду как зверь: борщ исчез за считанные минуты, котлета с пюре последовала следом.
«Может, ещё порцию взять?» — подумал я, но здравый смысл взял верх. Если переем, станет только хуже. Надо посидеть пять минут, и сытость придёт.
Видя меня таким, Сергей молчал, но, увидев, что я закончил есть, заговорил:
— Слушай, что с тобой?
— Нормально всё. Так… небольшие трудности…
Впрочем, его особо не интересовали мои дела. Ему больше хотелось рассказать о своих.
— У меня большие проблемы!
— Да? Какие же у фермера могут быть проблемы? — в моём голосе слышался сарказм.
Он рассказал:
— Вчера ходил на «сделку». — Так парень называл продажу женьшеня. Ему не пришлось идти ни на оптовый рынок, ни к метро. Его пригласили со всеми почестями в дом семьи Мещерских.
Это семья, связанная с Алхимией, которая управляет союзом Алхимиков. Его пригласили в дом, напоили чаем и только потом перешли к делу.
— Короче, они назвали цену. — Он показал мне три пальца.
Я сразу переспросил:
— Три тысячи?
Он отрицательно покачал головой.
— Тридцать?
Тот кивнул.
— Да ты что? Серьёзно? — Я чуть не поперхнулся.
«Тридцать тысяч!»
«Я вчера радовался своим двум тысячам как дурак, а тут такие деньги за один корень».
Страшно было представить, сколько Сергей будет зарабатывать, когда его ферма заработает на полную мощность. Как-никак, он хочет сосредоточиться на женьшене и выращивать именно его.
Однако у него были и здравые мысли:
— Понятное дело, что если продавать чаще, цена упадёт. И что дикий женьшень стоит дороже того, что выращен фермером. Но…
— Но что?
— В этом-то и проблема. В цитадели никто не выращивает «рассаду» для него.
Стоит уточнить: слово «рассада» не совсем применимо к женьшеню. Обычно так называют годовалый или даже двухлетний женьшень, который можно купить и высадить на ферме.
— И это проблема? У тебя же есть ещё женьшень на ферме, вот его и выращивай…
— Не всё так просто… — Он тяжело вздохнул и потёр переносицу. — Когда цветёт женьшень, сначала появляются крохотные белые цветочки. Из них появляются красные ягодки, и вот только из них можно получить семена.
Он замолчал, прокручивая в голове ту информацию, которую смог найти.
— Вот видишь, семена у тебя будут… — подбодрил я его. То же самое сделала и Мария, сказав, что не всё так плохо.
— Нет… Вот тут вы и ошибаетесь. У проблемы есть имя, и называется она «стратификация».
По сути, это просто имитация природных зимних условий. Семена женьшеня должны пройти через состояние сна эмбриона, иначе они не дадут побегов.
— И знаете, сколько она длится? От восемнадцати до двадцати двух месяцев!
— Почти два года?
— Да! — Сергей горько усмехнулся. — И представь: им нужно создать полный цикл. То холод, то тепло. Как будто лето и зиму устраиваешь специально для каждого семечка. А в итоге даже не факт, что прорастут все. Могут и половина пропасть.
В столовой стало как-то тише, по крайней мере так показалось. Сергей говорил всё мрачнее:
— Но это ещё цветочки! Допустим, семена проросли. Теперь жди, пока сам женьшень вырастет до товарного вида. Это ещё лет пять-семь. А то и больше.
  
— Неужели всё так плохо?
— Полная жопа, — махнул рукой Сергей. — Ведь ты скажешь: играй в долгую. Занимайся женьшенем, но пока можно сажать другие травы: лекарственный дудник, астрагал… — Парень перечислил десяток трав, подходящих для его горы. А в конце пожаловался: