Дорога к счастью (СИ)

— Ты, правда, на столько тупая? Или, так мастерски притворяешься? — заговорил тот, отталкиваясь от подоконника и направляясь в сторону Лагуновской. Димка заметно подобрался. Краем глаза уловил. Что ж они все видят в нем какого-то монстра, — мелькнула у Аристова мимолетная мысль. — Не хотела? — продолжал медленно, оперевшись руками на ручки стула и нависая над секретаршей. — Ты хоть понимаешь, что я должен с тобой сделать? Что я, вообще, могу с тобой сделать?
  
— Кость… — Димка сделал осторожную попытку вмешаться.
— Не сейчас, — взмах руки, с целью дать понять Аристову-Седых помолчать. А Лагуновская голову в шею втянула. Удара ждала. Глаза зажмурила. Сжав руку в кулак, отступил на несколько шагов от стула, холодно-сдержанным тоном продолжая, — Правильно, что боишься. Но здесь два момента. Первый — я не бью женщин. Удовольствия не понимаю, мериться силой с тем, кто заведомо слабее. И второй, который заметно, заметь, Машенька, заметно перевешивает первый. Да и все остальные, которые мог бы сейчас озвучить. Эльвира Соколовская. Обещал ей не трогать тебя. Вообще ни с какой стороны. Даже ментов не вызывать. Моим обещаниям не поверила. Сейчас, вот за этой самой дверью сидит, в приемной. За тебя, суку, боится. В то время как ты, все её проблемы зная, в день свадьбы перед её мужиком ноги раскинула. Да и потом, точно знаю, чернуху несла, масла в огонь подливая. Хороша подруга.
— Я не хотела…
Очередной раз прозвучавшая фраза Лагуновской, вызвала презрительную усмешку Аристова.
— Я надеялся на более конструктивный разговор, — обронил Константин, доставая из верхнего ящика своего рабочего стола чистый белый лист, и дотягиваясь до авторучки в органайзере. — Пишите, Мария Павловна.
— Что? — не поняла та, задержав взгляд на положенных перед ней предметах.
— Заявление «по собственному», — перехватив её взгляд, без каких-либо эмоций продолжал, — А ты как хотела? Мои люди работают исключительно на меня. Расчет получишь завтра в течении дня. И не советую принимать участие в каком-либо шоу, — продолжал он, наблюдая, как дрожащей рукой она пытается написать заявление. — Домой тебя доставят с почетом. И под видеозапись.
— Я сама могу… — совершенно неожиданно выдала Лагуновская, вызвав откровенное удивление Аристова.
— Нет, уважаемая, вот тут — нет, — жестко прозвучал голос. — Не хочу повторить дубль со следственным. С первого раза наелся. Дима, — обернулся к молча наблюдавшему за происходящим младшему Аристову, попросив, — Обеспечь нам торжественные проводы, с фиксацией полной нетронутости мадемуазель, — перечитав её заявление, тут же поставил отметку «в приказ», убрав то в ячейку подписанных документов на своем столе. — Не могу сказать, что было приятно работать. Рад расстаться. Надеюсь, больше никогда не встретимся. Эльвиры Николаевны может не оказаться рядом, а я — забыть о данном ей обещании. Поэтому всё, что касается семьи Аристовых, рекомендую обходить дальней стороной, — продолжал он, за локоть поднимая девицу со стула, и направляясь к оставленной после ухода Димки, приоткрытой двери из кабинета.
На шпильках — Машка с трудом успевала. Аристов мысленно чертыхнулся. Если бы не данное Эле слово! Безумно хотелось просто вышвырнуть девку за двери клиники. Плевать, как будет это выглядеть со стороны. Предательства не терпел. Ни в каком виде.
Отправив машину, вернулся в кабинет. Хлопнул за собой дверью. Пожалуй, впервые в жизни пришлось вот так ломать себя, собственные принципы. Никогда не задумывался над тем, на сколько это тяжело.
Проверив содержимое и закрыв сейф, опустился в кресло. Глянул на появившуюся на пороге Эльвиру. Секунда нерешительности. Прикрыв дверь, прошла к нему. С какой-то непонятной долей неуверенности. Сомнений. Что-то сделано не так?
Присев на корточки, прижалась щекой к его коленям. Странный жест. На попытку поднять, вцепилась руками в кресло. Повела головой, вроде как отрицательно качнула.
Вновь открывшаяся дверь «нарисовала» Димку.
— Пардоньте, — парень в откровенной растерянности застыл на пороге.
— Заходи, нормально всё, — заверил Аристов, заставляя всё же Элю подняться и пересесть ему на колени. Крепко обняв, глянул на младшего брата, поинтересовавшись, — Базы уже просканировали?
— Прямо сейчас и займусь… — с готовностью сообщил парень.
— Ты прямо сейчас — со своими мозгами еще в больнице, на стационаре. Вот и лежи.
Вероятно, отреагировал слишком жестко, чем вызвал недоумение и Димки, и Эли. Черт, вот с собственными нервами справиться никак не получалось. А не мешало бы. Хотя бы — ради спокойствия Эльвиры.
— Я могу этим и в палате заняться…
— Ди-има, какие к черту гаджеты, с сотрясением? — тон снова получился резковатым. — Осложнений захотелось? За реакцию в данном конкретном случае — огромное спасибо. Если есть какие-то пожелания, готов выслушать и по возможности помочь в реализации. К работе приступишь не раньше, чем увижу заключение Варейского, как лечащего врача. Усёк?
— Ну, это мы еще посмотрим, — проворчал Димка, разворачиваясь к двери.
— Что? — то ли действительно не расслышал, то ли сделал вид, что не расслышал Аристов.
— Усёк, — задержавшись, но не оглядываясь перед дверью, обронил громче Аристов-Седых. — Пошел, согласно установленного режима, спать, — добавил он и затем неожиданно выдал, — Если что, на два часа видеоконтроль кабинета будет отключен. Компенсация за моральный ущерб вашего сегодняшнего вечера. Машина вернется — сообщат.
Что имел ввиду под предпоследней фразой? Аристов переведя взгляд с закрытой двери, задержал тот на Эле. Поняла смысл сказанного? Поняла, сомнений не было. Уткнувшись ему в шею, на какое-то время затихла.
— А знаешь, я не против, — услышал её тихий голос.
Через себя переступает? Или, как там в одном известном стишке, дай бог памяти — в каждой хорошенькой девочке, в каждой застенчивой лапушке могут быть где-то запрятаны блядские гены прабабушки?.. Всерьез опасался, что секс будет исключительно по расписанию и в строго определенных местах, то бишь — в спальне, учитывая все заморочки девчонки.
— Элечка, если в качестве благодарности, то не надо, — тем не менее озвучил одну из вертевшихся сейчас в голове мыслей. — Даже не будь тебя, жить Лагуновская точно осталась бы. Малость встряхнули бы и сдали ментам. Преступление она всё-таки совершила.
— По твоему взгляду не сказала бы, — продолжала негромко Элька, принимаясь расстегивать его рубашку. — Я не могла по-другому, Костя. Не хочу, чтобы стали говорить, что это месть за меня. Все понимаю, правда. Больше не буду…
— И почему я в том сомневаюсь? — проговорил он, касаясь губами её губ долгим, многообещающим поцелуем. Язык долго боролся с её, отвоевывая пространство, пробуждая самые глубинные инстинкты соития. — Подожди, — обронил на выдохе, отрываясь от губ. — Давай не здесь, нет у меня, как-то, к этому новоиспеченному хакеру, доверия, — осторожно сталкивая Эльвиру с колен и увлекая за собой из кабинета, продолжал Аристов.
Его комнат отдыха. Была здесь лишь однажды. В тот день, когда под прицелом скальпеля оказалась. Включив приглушенный свет и повернув ручку до упора, блокировав таким образом дверь, прошел к единственному окну, опустив жалюзи. Обернулся. Эля успела отбросить на стол блузку и бюстик, оставшись топлес. Черт, среагировал просто мгновенно. Рядом с этой молоденькой женщиной чувствовал себя этаким неудовлетворенным юнцом. Член колом вставал. Если сейчас заартачится…
— Хочешь — поласкаю, — тихо зазвучал ее голосок, сама на месте осталась стоять. — Прости, проглотить не смогу, до рвоты, — максимально откровенно, — отметил про себя. — А хочешь, просто войди в меня. Знаю, что хочешь. Вижу. Я не против, — продолжала тихо, пока он сокращал расстояние, — Только скажи — как и куда, — при этом взглядом окинула пространство комнаты.
  
— В тебя хочу, — прошептал ей в губы прежде, чем поцеловать. — Сзади. Без ласк, — продолжал отрывисто, задирая ее юбку и сжимая ягодицы. Сколько раз представлял себе именно вот такой момент. А попросить… не решался. — Обещаю без грубости, Эли, — продолжал тихо, прижимаясь к ней всем телом. — Будет ласка, — продолжал, осторожно подталкивая к столу. — Потом. Дома, или здесь, как захочешь…