Дорога к счастью (СИ)

У парня сегодня явно день не задался. Ну, или он, Аристов, в самом деле, появился не вовремя. А ведь, действительно, беспокоится за этого оболтуса тридцатилетнего. Всегда, на самом деле, беспокоился. А после пережитого несколько дней назад, как перевернулось что в собственном мозгу.
— Вижу, — отконтролировать тональность никак не получалось. — Дим, ты развлечешься и отправишься к следующим берегам. А в маленькой семье начнутся проблемы. Переставай быть эгоистом. Или, прости, к психологу нахрен отправлю. И пока мне на тебя досье не выложат, близко к клинике не подпущу.
  
— А ты чего разошелся? — выдал неожиданно Димка, поднимая на старшего брата внимательный взгляд. — Эльвира Николаевна сегодня ночью доброй не была?
Максимально культурно выразился. Аристов даже усмехнулся. Когда прозвучала первая часть фразы, уже готовился поставить парня на место, напомнив об элементарном приличии. Д и его отношения с Элей уж точно не касаются.
— Я тебе шею сейчас намылю, — предупредил на всякий случай. — Дим, ну, правда, оставь Боброву в покое. Помоги, если просила и остановись. Не надо человека подставлять.
Говорить-то говорил, вот только не нравилось молчание Дмитрия. Парень как-то странно легко выносил нравоучения. Если только у самого уже мозг не начал неверно информацию воспринимать.
Последние дни крутилось там всякого с переизбытком. В том числе и касаемо Эльвиры. Подкинула задачку, а теперь молчала, как партизан. Либо в самом деле образно выразилась, с прицелом на будущее, либо тщательно скрывает собственное состояние. Если первое — рад узнать, что не против стать матерью его ребенка, если второе… Что сдерживает от откровенного разговора? Нет доверия? Или — не его…
Черт, самого себя прежде времени накручивать начинает. А здесь еще Димка со своим странным приставанием к Бобровой…
— А я не могу влюбиться?
— Значит так, влюбчивый ты наш, — неторопливо приближаясь к молодому человеку, жестко заговорил Аристов. — У неё бывший муж ребенка отсудит, если только шашни начнутся. Ты готов нести ответственность и за неё, и за пацаненка? Подумай, как следует, прежде чем мозги человеку пудрить. Это не разводы, где, прости, скажу, как есть, из моего кошелька, твоим бывшим, приличные бабки отстегиваются в качестве компенсации. Это две человеческие судьбы, которые могут оказаться переломанными из-за твоего одного единственного хотения.
— Похоже, у тебя, действительно, ночь не задалась, — проворчал Димка, вытягиваясь на постели, всем своим видом давая понять, что дальше продолжать разговор не намерен.
Бросив на ходу «позже зайду», Аристов оставил палату парня. Настрой у самого — не ахти. Ситуация с бывшей (она же — настоящая) женой держит в напряжении. С покушениями до сих пор никакой ясности. С Рубальских вопрос оставался открытым.
Но, самое главное и выбивающее из колеи — Эльвира дома отказывается сидеть категорически. От походов на работу, клятвенно заверив, что место там за ней сохранится, на какое-то время получилось убедить отказаться. Но вот что касалось так называемых выходов в свет…
Да, собственно, данный факт и не давал покоя. Шофер случайно проговорился, когда во время телефонного разговора накануне, уточнения по расписанию дня делал. Константин едва самого себя не выдал, что не в курсе, куда это будущая мадам Аристова навострилась. До последнего ждал, что с ним поговорят. Не спешили. Или — не желали. По необъяснимой причине.
— Эль, а почему я от Алексея узнаю, что в обед у тебя ресторан на повестке дня? — поинтересовался, собираясь утром в клинику.
— Подожди что значит — от Алексея? — оказавшись в шоке, не удержалась от вопроса Элька. — Это, что, слежка?
Пятый день, в общем-то спокойной жизни, не обещал никаких серьезных потрясений. Они практически не касались больше в разговорах ни Натальи с её необъяснимым воскрешением, ни её измен, ни покушения на Аристова. Да и в целом в обычной жизни изменений никаких не произошло. Ну, разве только негласно к ней приставили телохранителя. Всё того же Алексея. Вроде как — шофер. Внимания особо не привлекает. А вот сейчас, Эльвира невольно насторожилась.
— Не начинай, — остановил достаточно резко. — Контролировать каждый твой шаг, как уже говорил однажды, не собираюсь. Но не думаешь, что мне следовало знать, учитывая, во-первых, все происходящее вокруг нас, а во-вторых, ты на что собралась там заказ делать? Эль, ну, что за… — не закончив фразы, скрылся в кабинете, вернувшись из которого, протянул ей карту.
— Это лишнее, — брякнула она, явно не подумав.
Да и «обед в ресторане» — слишком громко сказано. Так, планировали с Иркой просто посидеть, поболтать за чашечкой кофе. У той — выходной. Да и вообще, не виделись с того вечера, как в кабак отправилась, искать на свою голову приключений.
— Эль, давай выдумывать не будешь, — и, судя по тону, Аристова, решение обсуждению не подлежало. — Считай, я начал чуть раньше обозначенного времени выполнять свои обещания, данные в момент нашего первого с тобой договора. Счёт доступен с ограничениями, так что больше сотни за раз потратить не сможешь, — добавил он, надевая пиджак.
— Сколько? — решив, что ослышалась, переспросила Эльвира. — Костя, ты издеваешься?
— Нет, всего лишь возвращаю тебе статус дочери Соколовского и предлагаю прямо с сегодняшнего дня начинать привыкать к статусу жены Аристова, — направляясь в прихожую, продолжал он со всей серьезностью. — Я терплю твою работу, раз она так для тебя важна. Хотя на кой ляд, в толк взять не могу, когда у тебя — шикарная профессия в руках. Но терпеть твои зажимания в самом элементарном, не собираюсь. Что касается шофёра…
— Я и сама могу…
— Как вариант, — резко остановившись и глянув на нее, добавил, — Хочешь собственную машину?
Как у него всё просто! Эльвира постаралась не вспылить. Несколько раз уже спорили относительно того, сколько на нее должно тратиться средств. Да и о каком «зажимании» шла речь? Особенно теперь, когда мама полностью «легла» на плечи будущего зятя в плане обеспечения необходимыми для восстановления, медикаментами. А жила и прекрасно себя чувствовала — у его отца. Даже обидно немного было.
— Что я с ней делать буду? — испуганно, как показалось Аристову, выдала Элька.
— Ездить, — заявил он тут же, на время отвлекаясь от переобувания. — Подумаешь сама над моделью?
— Костя, я…
— Ясно, посмотрю варианты, определимся, — перебил он, продолжая, — Да, и свадебное платье тоже можешь начинать присматривать.
— Ко-остя-а…
Эльвира снова сделала попытку напомнить о некоторых, достаточно существенных и проблемных моментах. Точнее даже — об одном, но уже — крайнее существенном — о живой и благополучно здравствующей жене Аристова. Какое здесь свадебное платье! Хоть и хотелось верить человеку, но против фактов не попрешь.
— Я сказал — можешь, — непривычно жестко повторил Константин. — Пока на этом — всё. Будут новости, узнаешь, обещаю. Но, по словам одной известной нам с тобой личности, всё должно решиться в ближайшие несколько недель, — перехватив её слегка ошарашенный взгляд, уверенно добавил, — По крайней мере, что касается нашего с тобой брака. Если есть сложности с фасоном, согласен выступить консультантом.
— А вот тут, если не возражаешь, я сама, — всполошилась Эльвира. — Не надо мне бриллиантового росшива и золотых нитей.
Ну, кто бы сомневался. Аристов с трудом сдержал усмешку. Наверняка вспомнила о суеверии, по которому жених не должен видеть платье невесты до самого дня бракосочетания. Как еще вслух не произнесла эту глупость несусветную.
  
— Да я и не собираюсь настаивать, удиви, — приобнимая её перед выходом из квартиры, добавил, — Очень хочу сюрприза. Особенно — от тебя.
— А не боишься?
— Боюсь, — признался и, неожиданно серьезно посмотрев на неё, добавил, — Что ты в ЗАГС забудешь приехать, — глянув на часы, со словами, — Алексей в твоем полном распоряжении будет через час-полтора, — с сожалением отступил. — И постарайся находиться на связи.