Дорога к счастью (СИ)

— Аристов повез её к себе.
Такого отборного мата кабинет Рубальских не слышал, наверно, никогда.
Залпом выпив с треть стакана коньяка, запустил тот по столу. Проследив, как остановился на самом краю, поинтересовался:
— С мамашей у нее сейчас там как? — еще один момент, который можно было использовать для манипуляции, либо — шантажа. — Может, всё же, помощь клянчить приходила? — предположил он вслух. — Мэт, если вы снова что-то упустили, я вас всех к чертям собачим в ЧОПы поотправляю.
  
— Игорь, она сама сказала сегодня, что является невестой владельца клиники, — четко проговаривая каждое слово, повторил Марат. — И на Аристове лица не было, когда скальпель над ней занесенный увидел. Фотографию мне наш человечек сбросил.
Лично для него, как нормального человека, данный факт говорил о многом.
— Ну, на мне тоже лица не было бы с подобным ЧП, — неприятно усмехнувшись, обронил Рубальских, снова наполняя коньяком стакан. За всё время разговора приложился к янтарной жидкости уже раз, наверно, третий. — Аристов не дурак, прекрасно понимает, чем чревато ЧП подобного рода. Он сейчас не только ментов, но и эту дуру обхаживать будет. Если не дурак, а он далеко не дурак, не даст с ней никому говорить, пока нужную ему информацию в голову не вобьет. Идиоты!!
Стакан с недопитым коньяком полетел в сторону Амбала-Марата, только успевшего сделать шаг в сторону. Осколки и брызги недопитой жидкости разлетелись по кабинету.
— Игорь…
— Что — Игорь?! Я что приказал сделать?!! Найти способ посадить его, а не устраивать шоу! Не героя из него делать! Не спасителя невинных дев! В общем так, Марат, не знаю, как ты это сделаешь, но Машка должна лечь под Аристова.
Вот такого поворота в разговоре точно не ожидалось. Тем более, что Машка в любовницах босса задержалась. Давно такого не было.
— Подожди, но она же вроде твоя… — растерялся собеседник.
— Надоела она мне! — не скрывая раздражения, обронил Рубальских. — До безобразия всегда на всё готовая, — с пренебрежением «выплюнул» он, продолжая, — То ли дело Элька была. Засунешь так засунешь. Изнутри вся дрожжит. Узкая в кайф. Интересно, Аристов её уже оприходовал, если действительно его невеста? Или свою принципиальную тактичность показывает?
— Их нигде вместе не видели, — осторожно заметил Амбал.
— А, чтобы потрахаться, надо где-то появляться? — едко осведомился Рубальских. — И в кабинете вон места. Природу у нас господин Аристов, опять же, любит. На капот тоже загнуть можно. Если не успел до сих пор, то сегодня точно поимеет. Черт!!! — и это бесило. — Хотя… — над чем-то задумавшись, чему-то, каким-то собственным мыслям, утвердительно кивнул. — Так даже и лучше. Потом сговорчивее будет. И на счет матери её, узнайте. И Машка должна быть с ним. Не знаю, как ты это сделаешь, но перед глазами у него она маячить должна. Остальное сделает сама. Баба в этом вопросе смышлёная. А мне возле Аристова нужны глаза и уши.
— Но у него любовь если…
— Мне плевать, что у него — любовь, морковь! — снова начал расходиться Рубальских. — Он должен переспать с Машкой. Соколовская должна понять, что все, все без исключения мужики — кобели. Я не против даже, чтобы в самый пикантный момент застала их. С ее психикой как раз в психушке окажется.
Ненавидел он всеми фибрами души, что свою бывшую невесту, что её нынешнего покровителя. А Аристова рассматривал именно как покровителя, а не жениха. Точно знал, для бывшей нормальный мужик не катит. Вообще — никакой!
— А может не надо совсем уж так? — осторожно высказал предложение Амбал. Нет, он не был на стороне Эльвиры Соколовской. Просто конфликт на пустом месте не устраивал. Да и если вспомнить, кому его хозяин собирался объявить войну …
— А может и ты следом хочешь? — резко обернувшись, поинтересовался Рубальских. — Могу устроить!
— Игорь Сергеевич, но ведь угрозы никакой нет… — начал снова осторожно Марат. Он бы предпочёл мирное решение противостояния.
— Он меня бесит! — голос Рубальских прозвучал неожиданно резко. — У него — моя баба! Ясно выражаюсь?
Амбал с трудом удержался от соблазна сделать на данный счет замечание. Учитывая, в каком нервном напряжении находился Рубальских… Далеко небезопасно для собственного благополучия.
Что выводило из себя в большей степени Игоря Сергеевича? В данном случае — всё, начиная от простого общения Эльки с мужиком, хоть и одного с ним статуса, а всё равно — заметно выше, заканчивая вероятностью устройства ею личной жизни. Последнего не могло быть в принципе! Вообще никак!
— Марии Павловне сами скажете?
Марат в общении с Рубальских переходил то на «ты», то на «вы». От заявления последнего оказался в шоке. Все, конечно, знали, что у босса специфическое отношение к женщинам. Но вот чтобы до такой степени…
Задержав на собеседнике недоумевающий взгляд, Рубальских, наконец, утвердительно кивнул.
— Скажу. Сам, — отрубил короткими фразами. — Бабские истерики надо уметь тушить. А то ж еще, чего доброго, до какой-нибудь феминисткой организации добежит. Будет нам тут всем Армагеддон локального масштаба.
Представлял он, какая может случится истерика у Логуновской. Той хоть и без разницы, перед кем ноги раздвигать, а показное выступление вполне может устроить. А ему не скандал сейчас нужен, а дело. Результат. Причем — незамедлительный. И, желательно, с немедленным возвращением к нему Соколовской!
  
Глава 15. В гостях у будущего свёкра
 
Вот такой неподдельной радости, восторга от человека, увидевшего всего лишь лошадей — не ожидал. И самого себя сейчас мысленно похвалил за верно принятое решение приехать именно сюда, в загородный дом. Природа, воздух и… лошади!
— А с этим — осторожно, — предупредил Аристов, когда Эльвира потянулась погладить вороного жеребца. — Строптивый. Чистокровный немец.
— Только Константина Сергеевича и слушает беспрекословно, — подтвердил работник конюшни, спросив, — Выезжать будете?
— Чуть позже обязательно, — заверил Аристов, легонько подталкивая Эльвиру к выходу. Их ждали на обед в доме.
— А можно верхом, хоть чуть-чуть? — с надеждой прозвучал её вопрос, а во взгляде застыла такая мольба… — Я умею, — поспешила заверить, видимо приняв молчание владельца сих сокровищ за сомнения на свой счет. — Занималась в школе верховой езды пару лет. Пожалуйста. Вы же привезли меня сюда отдохнуть?
— Ну, если занималась верховой ездой, то должна быть в курсе: без экипировки… — начал привычно назидательным тоном Аристов.
— А если просто пройтись? — не унималась Эльвира, кажется и не заметив, что позволила себе перебить человека. — Ну, признайтесь, вы же не выезжаете каждый раз с соблюдением всех правил, включая шлем? Константин…
— Эля, с моей нервной системы на сегодняшний день более, чем достаточно истории с занесенным над тобой скальпелем, — достаточно резко остановил он гостью. — Эль, правда, риск… — постарался как-то смягчить собственный, совершенно необъяснимый выпад.
До сих пор перед глазами стояла картина маслом… Думал, самому придется успокоительное горстями принимать.
— Я поняла, — фыркнула она, выходя из конюшни.
Аристов на какое-то мгновение застыл в растерянности. Уникальная женщина! Буквально полчаса назад категорически из машины не желала выходить! А сейчас готова сообразить мини-скандальчик с надутыми от обиды губками. Или просто отвык от женских перепадов настроения?
Второй шок за первую половину дня Эльвира испытала примерно два часа спустя, как оставили клинику. Аристов, уверенно зарулив на территорию огромного владения, остановил машину в паре метров от парадного крыльца шикарного особняка, вслух сообщив:
  
— Приехали.
— И я могу узнать, кто обитает в этих королевских хоромах?
В принципе, задавая вопрос, ответ уже предполагала. Человек, сидящий рядом. А вот когда тот прозвучал…
— По документам — твой покорный слуга, — откидывая за спину отстёгнутый ремень безопасности, с легкой иронией сообщил Аристов. — А в реальности — отец.