Пари на практикантку (СИ)

Дух захватывает! Кожа покрывается мурашками от волнения, но я чувствую тот самый восторг о котором мечтала, но так и не получила ни на одном занятии. И… вот оно!
Через минуту глаза привыкают и скорость кажется намного меньше, чем есть на самом деле, но я помню, что это впечатление обманчиво. И от этого вовсе нет страха. Скорее наоборот, я чувствую себя спокойно и уверенно. А может это все из-за смены «инструктора»?..
  
— Какой знак был? — вдруг спрашивает Дэниел.
— Эм… поворот направо запрещен?
— Направление с этой полосы?
— Прямо и налево.
— Молодец, — хвалит меня мужчина и тут же предупреждает. — На следующем светофоре налево.
Тепло расползается по телу, концентрируется где-то в солнечном сплетении. Я молодец?.. Молодец! О-о-о, у меня правда получается⁈
Притормаживаю на красный и слышу задумчивый голос Дэна:
— Ты слишком дергаешь передачи. Нежнее, девочка. Ты же не морковку рвешь. М-м-м, представь, что ты с любовником…
Его горячая рука ложиться поверх моей, направляя мою кисть, а я краснею.
— Вот так, смотри, — он вместе со мной переключает передачу. — Третья, первая, нейтральная. Мягче…
От этого простого и одновременно такого интимного жеста и его хрипловатого тона у меня перехватывает дыхание, а внутри начинает все дрожать. Кажется, он заставил меня забыть не только об отце и скандале, но скоро я не вспомню как меня зовут.
— Желтый. Первая, — подсказывает мужчина, напоминая про светофор и про то, что пора трогаться с места. И вновь вместе со мной плавно переключает передачу.
Я не могу выдавить ни звука. Лишь послушно поднимаю туфельку, ловлю момент сцепления с двигателем и вновь разгоняю машину. Пытаюсь перестроиться ближе к краю дороги и тут же рука мужчины хватает руль, возвращая обратно. Справа, яростно сигналя, проносится красный спортивный автомобиль. Внутренне сжимаюсь, ожидая выговора.
— Не смотришь в правое зеркало, — мягко замечает Дэн.
— Забываю, да… — я закусываю верхнюю губу, не в силах признаться, что благодаря господину Торандилу у меня выработалась фобия переднего пассажирского сиденья.
Каждый раз, когда мне нужно было посмотреть в правое зеркало я натыкалась на недовольную физиономию эльфа-инструктора, который буквально прожигал меня взглядом типа «что ты делаешь за рулем, курица тупая⁈»
Вскоре я вообще перестала туда смотреть.
И, похоже, сейчас эта фобия станет лишь крепче, потому что смотреть на капитана Кортеса еще хуже. Хоть и по другой причине.
— Что ж, будем лечить твою амнезию, — отзывается Дэниел, что-то там прикидывает и не подлежащим сомнению тоном объявляет. — Каждый раз, когда ты должна была посмотреть в зеркало и не посмотрела, ты будешь должна мне поцелуй. Итак, один.
— Что-о-о⁈ — я все же перестраиваюсь в правый крайний ряд.
— Два, — невозмутимо считает мужчина.
— Эй⁈ Это нечестно!
— Мир в общем и целом довольно коварен.
— Мир? Или один наглый тигр?
— Или так, — охотно соглашается Кортес. — Три.
За следующие десять минут, я набрала еще четыре «штрафных» поцелуя. И, наконец, поняв, что он все это затеял абсолютно серьезно, собралась и за следующий отрезок пути поймала лишь один. Краснея и раз за разом глядя в правое зеркало заднего вида сквозь нахального оборотня. Вначале настороженно, а после все смелее. Ловя кайф от скорости и адреналина. От того, что я могу.
Освещенная магическими фонарями русалочья бухта появляется внезапно. На удивление на берегу нет ни случайных прохожих, ни самих русалок. Только полная луна серебрит спокойные воды залива.
— Тормози, — приказывает Дэниел и машина замирает на парковке набережной. Я первой выхожу из машины и замираю, облокотившись спиной о дверцу машины.Чувствую, как по венам все еще гуляет эйфория.
Ох, как же хорошо!
Тень мужчины накрывает меня с головой, заслоняя серебристый круг луны. Дэниел молча ловит меня в кольцо рук, впечатывая ладони в дверцу машины по обе стороны от меня. Слов и не нужно. По его потемневшему жадному взгляду все понятно и так.
Ну что, попалась мышка большой кошке?
— Дэн!..
Пытаюсь сказать, что я вообще-то не соглашалась и эта его затея с поцелуями — его проблема. Но вместо возмущения из горла вырывается какой-то хриплый стон. И я замираю от предвкушения. От запретных эмоций штормит, а от близости его горячего тела подкашиваются ноги.
— Я предупреждал, что я отвратительный начальник, — в его голос прорываются хриплые нотки и мужчина наклоняется ближе.
— Самодур! — выдыхаю я ему в губы.
— Несомненно, — соглашается он.
Его пальцы ныряют мне в волосы на затылке, уверенно притягивает к себе. А мое сердце стучит заполошно и громко, пока его губы касаются моих. Чувствую, как где-то в груди словно лопается туго натянутая струна и… целую его. Сама.
Веду языком по его губам. И он тут же нахально толкается языком в ответ, подчиняя мужскому желанию, а меня словно прошивает коротким замыканием удовольствия. Он углубляет поцелуй, а его пальцы скользят по бедру, выше и выше… Обжигают обнаженную кожу на спине, там где заканчивается шелк платья. И я растворяюсь в ощущениях, таю от его нежности…
Слышу стон. Боже, это я⁈ Как стыдно…
— Какая же ты красивая.
От хриплого голоса по телу бегут мурашки, а его губы уже везде — на плечах, ключицах, полушариях груди… Отводит волосы за спину, прикусывает кожу на шее и тут же целует.
Ай! Меня словно бьет разрядом и я едва успеваю разобрать тихий шепот на ушко:
— Станцуешь для меня?
Дэниел Кортес
Какая же она… сладкая девочка. Моя. И, кажется, она тоже потихоньку начинает привыкать к этой мысли. Ко мне. Приручается. Впускает в голову эту возможность.
Хотя как сказать — потихоньку. Все же с танцем я, похоже, погорячился.
Вижу, как вздрагивают черные пушистые ресницы. Глаза распахиваются и становятся бездонными, а белые зубки прикусывают пухлые вишневые губки. И ее потрясающий цветочный аромат… смешивается с запахом смущения.
Похоже ее испугал мой напор. Снова.
Но зверь не хочет отступать. Тигр слишком хочет заполучить эту кошечку в свои лапы. Хотя кому я вру? Человеческая ипостась желает этого не меньше.
— Будем считать это нашим взаимозачетом на остальные семь поцелуев.
На мою нахальную улыбку Хлоя поводит плечиками.
— О… Я… я не знаю…
— Не знаешь танцуешь ты или нет?
— Это был сценический образ и все такое…
— М-м-м, понятно…
Я наклоняюсь и через открытое окно автомобиля выкручиваю музыку так, что теперь она льется по набережной, подхватываю ее за талию и медленно веду в спокойном танце. В такт ленивым медленным волнам, которые накатывают на берег.
— Почему ты почти не используешь магию, Хлоя? — не удержавшись, убирая за ушко ее локон. — Кроме работы. Для мага это ведь так же неестественно, как для нас отказаться от своей звериной ипостаси.
— Наверное… — она снова пожимает плечами и отводит взгляд, глядя на черную водную гладь залива. — Но у меня слишком много проблем в жизни было как раз из-за моей магии.
— И с оборотнями тоже?
— Нет, — отвечает она спустя заминку.
И когда я уже думаю, что продолжения не будет, она все же говорит:
— Моя лучшая подруга Лиз… знаешь, она была мне как сестра, хоть и не родная. Даже лучше, — тихий грустный смешок разбивает ночной воздух. — А может как раз потому что нам не пришлось делить кукол и платья. Мы дружили еще с детского сада. Вместе пошли в школу и стали заниматься танцами. Она, всегда хохотала и говорила, что родилась для того, чтобы покорить сцену и зрителей. Нам было по четырнадцать, когда в Лиз влюбился один… волк. Наш ровесник, симпатичный… К сожалению, безответно. Она не была его парой или что-то такое. В один далеко не прекрасный день, он застал ее с другим парнем, когда они целовались за школой. Он обратился в зверя и… и…
  
Она сглатывает и тяжело хватает воздух губами.