Жена Нави, или Прижмемся, перезимуем! (СИ)
Ветер поднимался над домами и покосившимися избами, над золотыми куполами, над крепкими стенами. Он уносил этот заговор подальше от огромной полыньи. Ветер пролетал города и села, пронизывая их насквозь… Он шуршал в заиндевелых деревьях, звенел сверкающими сосульками, поднимал поземку, гудел в трубах…
«Та, кто вместо меня…».
Он обдувал каждую, кого встречал на своем пути… Он искал ту, которой суждено или растопить ледяное сердце или сгинуть в ледяных чертогах.
И наконец-то нашел ее…
Глава первая. Куда уходят умирать носки
«Ой, у меня есть подкурить! Специально с собой в лес беру зажигалку!» — дрожащая рука с носилок протянула зажигалку к сигарете волонтера. Тащим по буеракам. Искали три дня. Ни отблеска, ни огонька, ни костра, ничего. Думали уже все! 101 повод бросить курить от волонтеров, разыскивающих пропавших людей
— Ежик! — гнусаво орала я, пробираясь по сугробам. Колючие ветки драли куртку. — Ежик! Ежик! Тебе что? Ответить сложно! Ежик! Это Лиса Один. Кажись, Носок нашелся! Его следы ведут к озеру!
Со стороны это было похоже на бред сумасшедшего в зимнем лесу. Особенно, когда ноги по самое колено погружаются в сугроб.
— Лиса один! Лиса один! Прием! Белка, ты? — внезапно зашуршала рация. — Белка, прием! У нас тут Еремина и Шепелев! Шепелева видели в лесу с вертолета! Он убежал от вертолета! Третий раз!
— Дедушка видел в лесу НЛО! — выдохнула я, зорко осматриваясь по сторонам. — НЛО видело в лесу дедушку и передало по рации…
— Что с Носком? — прошелестела рация. — Ты-то сама как? Сейчас ребята еще подъедут. Звонили. Ты хоть отдохнешь!
Что с Носком! Три человека нас осталось! Остальные дернули на работу! И двое местных! Вот что с Носком! Третий день ищем! Позавчера нам решили помочь МЧС. Они катались с сиреной вокруг леса. «Иди на звук!» — как бы намекали они, только усугубляя ситуацию. Они прокатились, потом уехали тушить пожары, оставив нас наедине с окончательно заблудившимся потеряшкой.
Обычный человек знает. Мох растет с севера, с юга ветки пушистей, солнце садиться на запад. Зато как приятно замерзать в глухом лесу, зная, что ты не прогуливал уроки по ориентированию на местности!
— Свежие следы у меня! Отправляю координаты! — рявкнуло в приемник мое простывшее горло. — Немирову нашли?
— Пока ищем! Телефон разрядился у нее! Высылаю группу по твоим координатам! Следы точно свежие? Елка уже передает информацию!
Если вы потерялись в лесу, ваша главная задача первым делом — посадить телефон! Так считают почти все, кого мы ищем.
Первым делом нужно позвонить родным и сорок минут с рыданиями и истериками рассказывать про то, что вы заблудились, вам холодно и страшно, а вокруг темным-темно. Если вам вдруг начнут задавать вопросы, то нужно твердить, что вам темно и страшно. И ни в коем случае не прояснять ситуацию, что есть с собой, что по самочувствию и есть ли какие-то особые приметы местности!
В довершении, если ловит связь можно запилить пост, ответить друзьям на сообщения и позвонить начальству, тете из Саратова, дяде из Тамбова, чтобы не волновались и спасали побыстрее!
Если связь не ловит, то вы можете скоротать время за игрой три в ряд. Очень полезное занятие в лесу. Но лучше всего поснимать свои приключения на камеру! Нам будет очень интересно посмотреть, что вы делали перед тем, как утонуть в болоте, до встречи с медведем или перед тем, как замерзнуть под кустиком, наевшись неизвестных грибов и ягод.
И когда телефон разрядиться окончательно, единственное, что вы сможете сделать с телефоном — кинуть им в медведя!
Потом стемнеет, вас будут искать с вертолета по отблеску телефона, но им уже урчит разбуженный вами медведь.
— Я тебя понял! Жди! — прошуршала рация.
Я ломала кусты, продвигаясь дальше. Проклятый мороз! У, как я его ненавижу! Сколько раз мы опаздывали и доставали замерзшее тело? У меня с ним свои счеты. Трое! Причем, двое из них дети!
— Из вкусненького! Местные говорят, что у тебя там медведь. И его видели недавно! Чтобы тебе было не так грустно и одиноко! У тебя фаеры есть?
— Д-д-да, один, — выдохнула я, осматриваясь по сторонам. — Где конкретно медведь?
— Егерь сказал: «Да хрен его знает! Он за ним лично не бегает!» — прошуршала рация.
Твою мать! Я чуть за сердце не схватилась. Медведь может быть где угодно. Д-д-даже за спиной!
Я резко обернулась. Но увидела только мохнатые заснеженные лапы ели! Фух!
По следам человека в зимнем лесу можно прочитать многое. Не только размер обуви, направление, куда двигался, бежал или шел. Но и водятся здесь медведи или нет. Как у нас шутят, если коричневенькие с желтеньким, то где-то поблизости может быть медведь, страдающий бессонницей!
— Хоть бы живой, — простонала я, сплевывая снег. — Хоть бы живой! Плохо, что озеро! Да что ж такое! Манит оно что ли! Почему-у-у! Так! Без паники! Без паники!
Почему, если в огромном-огромном лесу есть малюсенькое озерцо, то искать, прежде всего, нужно там? И неважно, взрослый или ребенок! «Потеряшки» безошибочно, каким-то задним чутьем находят эту несчастную лужу и начинают всячески в ней топиться! Иногда, даже успешно!
На меня с веток посыпался снег, попадая за шиворот. Я спешила вниз, к озеру, видя, что свежие следы начинают петлять.
«Пытается запутать след! Уходит от погони злых полицаев!» — промелькнуло в голове, когда я хрустела ветками.
Если человек теряется, то в нем тут же просыпается партизан! Он решает идти куда-нибудь. В надежде, что куда-нибудь да выйдет. А потом, почувствовав усталость — залечь под кустом, или спрятаться в овраге, чтобы слиться с окружающей средой по — максимуму и тихо постанывать в ответ на крики.
Открытая местность? Вы о чем? Нет, чтобы остаться на поляне, чтобы тебя могли увидеть с вертолета! Нет! Только чаща, только валежник, только хардкор!
Отличники обязательно вспомнят, что под снегом теплее. И зароются в снег. Вот только не учтут, что нифига там не теплее, и снег может покрыться коркой. А ты превратишься в подснежник, который однажды соберет опергруппа и подарит красивой девочке — патологоанатому.
Чуть погодя почти в каждом просыпается юный натуралист — дегустатор. А в голове натощак мелькают картинки из старых учебников «Съедобные грибы и ягоды». Но мелькают они так быстро, что ты не успеваешь рассмотреть и тащишь в рот все, что выглядит симпатичней медвежьей какашки.
— Лиса один! Так, сброшенной одежды я не вижу… — прошептала я, прорываясь сквозь снег. — Это хорошо! Иду по следу! Прием!
Пробыв на морозе, многие начинают внезапно раздеваться. Им вдруг становится жарко! Эдакий стриптиз под елочкой! Они сбрасывают с себя куртку, обувь, шапки, варежки. Так что если видишь следы стриптиза, то можно уже не торопиться! Где-то в радиусе трехсот метров лежит голое тело, не подающее ни признаков стыда, ни признаков совести, ни признаков жизни. Увы.
Семен Семенович Носок был нашим постоянным клиентом. Это деятельный мужчина пенсионного возраста с детства умел разнообразить свою жизнь.
Раньше его разыскивали всем селом. Потом к розыскам подключилось районное отделение. Чуть позже, когда образовалась наша волонтерская организация, его стали искать мы. Зато село и районно отделение вздохнули с облегчением.
Как только сходил снег, Семен Семенович уходил на рыбалку. С концами! На третий день его супруга начинала поиски его концов. И всегда подозревала худшее. Благо, он всегда говорил жене, знающий наш телефон наизусть, куда идет!
Мы были очень рады этой информации! Потому что уже точно знали, что там его искать НЕ НАДО! Его там просто нет! Он будет где угодно, но не ТАМ!
И уже через дня три мы отлавливали Семена Семеновича, трясущегося возле дерева в ста двадцати километрах от предполагаемого места пропажи. Пока мы проверяем пульс, давление, заворачиваем его в одеяла или кладем на носилки, он клянется и божится, что будет сидеть дома. Пока мы тащим его через буераки, Семен Семенович обещает, что впредь будет разгадывать кроссворды, вязать носочки и смотреть «Минутка суда» вместе с супругой.