Чайки и абьюзер
Оксана Южанина
Чайки и абьюзер
-1-
Самолет Мадрид—Москва медленно набирал высоту. Анна смотрела в иллюминатор. Она чувствовала – происходит «что-то не то». С ее мужем. Анна ощущала это как животное. Как женщина, прожившая в браке много лет. Она не могла ошибиться. Раньше во время ее отъездов муж звонил ей по утрам. Всегда. Как ритуал. В этот раз – ни одного утреннего звонка. Стиль его сообщений изменился. Аня боялась думать, что все ее опасения оправдаются. Она любила мужа. Сильно. Она была уверена, что моментально все поймет, как только увидит его глаза. «Аесли я накручиваю? Если ошибаюсь?– думала Анна.– Он не может так поступить. Он – не такой. А если? Что тогда делать? Выставить за дверь? Остаться одной? Я не смогу без него… я просто сдохну. Нет, все это бред. Я накрутила себя, как ненормальная».
Анна поправила волосы. Они были жесткие от морской соли. Еще несколько часов назад она была на Тенерифе, в дивном городке Пуэрто-де-ла-Крус и плавала в бассейне с океанической водой. Вода была холодной, тело в мурашках. Ане это нравилось. Они с мужем любили купаться в прохладной воде. Одним из заветных мест было озеро Селигер. Когда Аня вылезла из бассейна, то услышала настойчивый звонок мобильника. Муж впервые позвонил утром во время всего пребывания Ани на Канарах. Он сообщал, что встретит ее в Домодедово. И тут до Ани дошло, что она перепутала день вылета. Аня опрометью влетела в номер отеля, мигом побросала в чемодан вещи. На душ и прочее времени не было. Она натянула на соленое тело джинсы и футболку и понеслась в аэропорт. Сейчас, сидя в самолете, Аня мечтала очутиться под горячим душем вместе с мужем. Как в молодости. И, словно испугавшись, что ее мысли мог кто-то услышать, Аня оторвалась от иллюминатора и посмотрела на соседей. Среднее место пустовало. Аня обрадовалась – никто не станет с ней разговаривать. И есть будет удобней. А около прохода сидела приятная женщина, лет пятидесяти, или чуть старше. Анна встретилась с ней взглядом, чуть заметно улыбнулась и стала рыться в сумке. Чтобы больше не думать о муже, нужно было чем-то занять себя. Аня достала из сумки журнал мод, купленный еще в Москве. Соседка Анны покосилась на журнал и внезапно радостно заговорила:
– Ой, вы русская! Как хорошо. По журналу поняла. Сначала подумала, вы – испанка. И не поговорить, не спросить ничего. Я языков не знаю. К сыну летала. Он там устроился, женился. Ой, не представилась. Виолетта.
–Очень приятно. Аня.
– Я вот что спросить хотела. Они тут в маленьких бутылочках вино разносят. Бесплатно оно? Не знаете?
–Да, бесплатно.
–А вы будете его брать?
–Нет. Я в полете не пью. Потом голова болит.
–Жаль. У меня от этого голова не болит. Я бы хотела попробовать.
–Конечно. Возьмите.
–Одной как-то не то. Скажут, типа, я алкоголик. Неохота, чтоб они про меня так думали.
–Да что вы. Ни у кого и мыслей таких не будет. Хочется – выпейте. Вы взрослый человек.
–Слушайте, а возьмите себе просто так,– зашептала Виолетта.—Типа тоже будете пить.
Анна с недоумением посмотрела на соседку.
–Ну, для виду. А я потом вашу бутылочку заберу.
Анна кивнула. Виолетта повеселела.
–Спасибо. Вы тогда попросите у них красненького. Я не запомнила, как оно там по-ихнему.
–Хорошо, —Аня уткнулась в журнал.
Виолетта немного поерзала в кресле, почесала колено и стала вытаскивать из-под сидения пакет. Потом рыться в нем, настойчиво шуршать. Анна не могла сосредоточиться – шуршание и Виолетта стали раздражать. Ане захотелось поскорей оказаться дома. В чистой постели, рядом с мужем. Захотелось уткнуться в его плечо, ощутить родной запах его тела. Муж всегда встречал Аню, когда ей приходилось летать одной к дочке в Питер. Аня почему-то подумала, что он никогда не встречал ее с цветами. Не потому что не любил. Показной букет был совсем не важен. После аэропорта они всегда торопились домой— постель была уже разостлана. Так было всегда. Но вдруг Анну неожиданно кольнуло: «Если он приедет с цветами, значит, я не зря все это чувствую. Значит – изменил. Нет, глупость какая… я опять несу бред». Аня искоса посмотрела на соседку и напряглась – Виолетта достала из пакета небольшую книжку в мягком переплете. Эта была книжка Анны, никому неизвестной писательницы. Виолетта заметила Анин взгляд.
–Купила, когда в Мадрид летела. Никак дочитать не могу.
–И как книжка? – спросила Аня и тут же пожалела об этом.
–Да, не очень жизненно как-то. Так, время убить. Потом подружке отдам. Она такое занудство любит.
Это была первая и единственная книжка Анны. Она была слабенькой. Аня сама это понимала. Но издательство заключило с Анной контракт еще на несколько книг. Именно ради своей следующей книги Аня летала на Тенерифе. Елена, близкая подруга Ани, помогала ей искать сюжеты для ее новых работ. Она познакомила Аню с испанкой Мерседес, потомком коренного населения острова – гуанчей. Мерседес бережно хранила старые тетради своей бабки, подслеповатой седой старухи. Там было много интересных историй о неразделенной любви, местных тайнах и опасных приключениях. На Тенерифе до сих пор ходят слухи, что бабка Мерседес знает место, где в недоступном ущелье, рядом с живописной деревней Маска, спрятано сокровище пиратов. Сама Мерседес работает проводником, водит туристов многочасовыми маршрутами по опасным лощинам и горным тропам прямо до самого океана. Сказочные места потрясли Анну. Она жалела, что муж не видит всей этой щемящей красоты отвесных гигантских скал, бегущего в никуда горного ручья и такого нереально синего неба.
Мерседес, невысокая стройная женщина с темно-русыми, выгоревшими от солнца волосами и светлыми сияющими глазами, сразу понравилась Ане. Они провели несколько незабываемых дней. Аня была наполнена новыми впечатлениями и нескончаемыми рассказами о безумной любви, страданиях, магии, семейных тайнах. Она была уверена, что теперь сможет написать что-то стоящее.
За пару дней до отлета Ани они с Мерседес сидели вечером в ресторане на берегу океана. Пили сангрию и непринужденно болтали о пустяках, делились мечтами.
–Ты такая хрупкая, Аня,– сказала Мерседес.– Как девочка-студентка. И не скажешь, что тебе сорок два.
–Сама в это не верю, – засмеялась Анна.
–Ни одной морщинки на лице…
–Это все благодаря мужу. Он меня бережет.
Мерседес очень внимательно посмотрела Анне в глаза.
–Жаль, ты не познакомилась с моей бабушкой. Я говорила, она сейчас болеет. Она бы сказала тебе всю правду.
–Ты и так мне столько всего рассказала. Ни на один роман. Да, вот, как договаривались.
Анна достала из сумки конверт, протянула Мерседес.
–Я не возьму деньги, Аня.
–Ну как же…
–Убери. Не возьму. Мы стали подругами.
–Тогда это для твоей бабушки. Как подарок, – твердо произнесла Аня.– Возьми. Это от чистого сердца.
–Хорошо. Спасибо. Но ужин – за мой счет.
–Ладно.
К столику подбежал официант, зажег свечу, разлил из кувшина по бокалам оставшуюся сангрию. Мерседес кивнула, чтобы парень принес еще кувшин. Анна достала мобильник, проверила сообщения – их не было.
–Чин-чин, —Мерседес пододвинула Ане бокал.
–Сейчас. Только мужу напишу, узнаю, все ли у него в порядке.
–С ним все нормально. Расслабься.
Мерседес забрала у Ани мобильник, отложила в сторону, взяла Анину руку в свою.
–Аня, задержись дней на десять. Скоро бабушке станет легче. Она расскажет тебе всю правду.
–О чем?
–О тебе и твоем муже.
–Не понимаю.
–Все эти дни ты постоянно говорила и говорила о муже. Какой он прекрасный и чудный. Ты зациклилась на нем.
–Разве?
–Да, Аня. Ты словно доказываешь самой себе и всем на свете, какой у тебя потрясающий муж. Но тебя что-то постоянно тревожит. Так?
–Нет, у нас все прекрасно.
–Моя бабушка вещунья. Она все видит нутром. В горах растет много редких трав. Только гуанчи разбираются в их свойствах. Бабушка хранит старые рецепты. Она сделает тебе зелье. От сглаза. Или для приворота. Все, что тебе нужно. Останься, Аня.