Выпаданка (не) обыкновенная (СИ)

Да уж, владельцу сейфа есть что учитывать и в четвертом, и в любом другом квартале… И тут я увидела главное…
Противоположная стенка тайника, в который я попала, не была стенкой.
По краям были видны закрывающие планки и петли дверцы. Массивные металлические петли.
А прямо над красной книжицей я увидела страную конструкцию, на которую не обратила внимания — мало ли, что за шестеренки.
Судя по всему, шестеренки, поворачиваясь, двигали множество толстеньких металлических цилиндров, которые были… замком! И они запирали металлическую дверь, которую я приняла сперва за дальнюю стенку тайника.
И тут я увидела небольшую пластинку прямо под главной шестеренкой замка. Стой я с другой, правильной, стороны, то при открытии дверцы она была прямо в ее центре.
На ней, холодно поблескивая в тусклом свете, рубленным заводским шрифтом было выведено «Бирман и Гойл. Сейфы и охранные системы». Ниже, уже явно рукой другого мастера, было выгравировано «Собственность мистера Джереми Оскара Тайгера».
Я замерла, с ужасом понимая, что сейчас я практически сижу в личном сейфе Тайгера! Вход в который находится в его кабинете!
А если он решит заглянуть в сейф, чтобы… ну, скажем, показать Дудлю результаты работы артефактории за четвертый квартал?
Представляю: открывает он сейф, а я ему, как продавщица на рынке подает пачку масла через прилавок, через полочку книжечку протягиваю и желаю хорошего дня!
Тут уж с меня не только волос упадет, а весь скальп. Ручки и ножки, возможно, тоже будут от тела отделены в тот же миг…
Нужно уходить и срочно заметать следы! Тем более, что разговор двух важных джентельменов, а точнее — одного джентельмена и одного оборотня — подходит к концу.
Будет нехорошо, если они не найдут меня в кабинете отца. А потом я также загадочно в нем появлюсь. Уверена, в этом случае допроса с пристрастием не избежать.
Хорошо, что отъезжающая фальш-стенка из стали. Я уйду, дверь закроется. Сталь впитывает и убивает запахи. И мой запах (я очень надеюсь!) пропадет.
Может быть оборотень в звериной ипостаси и мог бы что-то почуять… но вряд ли он когтями и зубами каждый раз вскрывает сейф.
Нет, он откроет сейф в двуногой форме!
Человеческий нос оборотня, хоть и чувствительный, но не настолько, чтобы почуять исчезающий запах человека.
Сталь смоет следы и запахи… Даже для оборотня в звере мой запах полностью развеется в течение часа.
Меня здесь не было, мистер Длинный Нос!
Я сделала шаг назад и стальная пластина беззвучно поехала на место, скрывая от меня тайны бухучета и несметное богатство.
Интересно, откуда у Тайгера все это золото?
Я, конечно, всегда знала, что он хорошо ведет дела формально общей, а последние годы, практически полностью его конторы. Но настолько! Да мистер Тайгер — фантастический делец!
С такой хваткой пора бы ему каким-нибудь лисьим кланом управлять, а не сидеть бобылем в артефактории, набитой человеческими магами.
Все, голоса окончательно замолкли — уходят из кабинета. Надо поторопиться с возвращением в разгромленный кабинет и встретить господ с лицом нежным и одухотворенным, полным смирения и похвальной решимости работать на благо семейного дела.
* * *
Двести фунтов золота = 90,72 кг.
Золото в слитках имеет высшую пробу — 999.9, это чистейшее золото.
Для понимания современной рыночной стоимости золота приведу современные нам цены:
1 гр. золота 999.9 = 4366,17 российских рублей (на 15 января 2021 года)
Если бы вы сегодня нашли 90,72 кг золота, как Джиневра Бизо, то стоимость этой находки составляла бы 396 098 942 рублей.
* * *
Спонсоры этой главы — Ксюша Лозинская и Анна Чайкина, которые дали книге звезду и тем самым дополнительно мотивировали меня писать дальше.
Если вы читаете историю Джиневры Бизо и она вам нравится, поставьте звездочку (мне нравится) или напишите об этом в комментариях.
Книга бесплатная и вообще без звездочек и комментариев писать со временем становится грустно и уныло.
 
Спасибо заранее вам за ★ ★ ★
 Глава 6. Картина стоит тысячи слов 
 
A picture is worth a thousand words (англ. пословица)
Твой учитель рисования знает свое дело.
Стиль старой школы мастеров 
у тебя получается на уровне 
серьезных мастеров-живописцев. 
Из письма матушки Бизо
Приличных копий портрета бабушки Луизетты у меня было не четыре, как считала маменька, а три. Разница в наших подсчетах заключалась не в неумении считать в принципе, а в отношении к качеству выполненных копий.
Лично я считала, что достойных называться “хорошей копией портрета старой школы” именно три. Остальные девять и один начатый набросок остались в поместье у бабушки. Все оставшиеся у нее работы моя милая опекунша считала прекрасными и не видела между ними особой разницы.
Для меня же разница между этими, внешне одинаковыми портретами, была чудовищно огромной. Как между кучкой влажного песка на берегу моря, украшенным ракушкой, и четырехэтажным особняком в визийском стиле.
Я распаковала все три картины, привезенные с собой.
По матушкиному плану их должно быть четыре. Но что поделать, обстоятельства немного изменились. Я не уверена в качестве четвертой копии и не знаю, насколько подкованы в искусстве покупатели.
Эрмин, моя любимая горностаечка, с достоинством восседала на спинке резного кресла, да так удачно, что сошла бы за декор.
Достала список потенциальных покупателей, составленный заранее. Напротив имени Сира Белого Крыла, верховного вампира клана, покровительствующего искусствам и чувственным наслаждениям, стоял жирный восклицательный знак.
Вот этот кандидат мигом заподозрит неладное, если старинная картина будет недостаточно хороша или похожа на новодел.
Горностаечка поджала уши, демонстрируя полное пренебрежение к представителям властных кровопийц вне зависимости от того, покровительствуют они искусствам или нет.
Картины были без рам, на холстах, свернутые в трубочки и упакованные в добротные кожаные тубусы.
Мистер Дудль, которого я встретила в холле, сказал, что Тайгер срочно отбыл по важному делу и нас не проводит.
Да и сам следователь заторопился, вызвал мобиль из управления, а кучеру велел отвезти меня домой. Так что у меня было время обдумать все произошедшее, как следует успокоиться и хоть как-то спланировать дальнейшие действия.
Итак, приступим.
Я заперла дверь и решительно развернула копии. Плохо! Слишком новые, краски излишне яркие, как я и думала.
Еще недавно они казались мне похожими как две капли воды на портрет Лизетты, но пару часов назад я видела оригинал и он здорово постарел за эти годы без должного ухода.
А значит, мне нужно будет составить и копии, чтобы они были максимально похожи на картину в текущем ее состоянии.
— Как же нам состарить полотна? — задала я вопрос Эрмин. Та перевернулась и мастерски спародировала охотничью стойку. Будь она собакой, цены бы не было!
Идеально было бы положить холсты на солнце, чтобы они подвыгорели, а краска потрескалась.
Но, во-первых, сейчас зима, солнце едва-едва теплится.
Во-вторых, у меня гостевые апартаменты в чужом доме. То горничная забежит, то Кати наведается в гости.
— Эрмин, ты гений! — Ну нонечно, горностаечка показывает мне не чудеса актерского мастерства, а на стену.
Я достала из шкафа плечики с платьями и свалила их на кровать, освобождая пространство внутри. Высокий и глубокий, он вместил бы дюжину пышных платьев, будь у меня столько.
 
Что ж, будем использовать предоставленную хозяевами мебель нецелевым образом.
“Надо бы поторопиться и успеть до ужина” — воспоминание о том, что Кати непременно заходит ко мне с персональным приглашением присоединиться к трапезе, подстегнуло к еще более активным действиям.