Слова (ЛП)

– Поскольку мы единственные девушки в этом автобусе, стоит узнать друг друга поближе.
Благодаря тому, что Сабрина и ее свора мучили меня в старших классах, обычно я настороженно отношусь к девушкам, похожим на нее.
Однако Скайлар выглядит искренней, и, осуждая ее за красоту и стройность, я опущусь до уровня тех, кто поступал со мной подобным образом за то, что я не соответствовала стандартам.
Я сажусь за стол.
– Как долго ты работаешь на Sharp Objects?
Она делает глубокий вдох, прежде чем ответить.
– Чуть больше четырех лет.
Это… странно.
– Мне показалось, ты сказала, что новичок?
– Новичок в должности пресс-агента. – Дотянувшись до бутылки с водой, она делает маленький глоток. – До этого я занималась мерчем.
– Поздравляю с повышением.
– Спасибо. – Ее бодрость сходит на нет, и Скайлар опускает взгляд на стол. – Меня взяли на работу только потому, что я была невестой Джоша.
Мой желудок скручивает от сожаления и печали. Теперь чувствую себя чудовищем за то, что поздравила ее.
– Мне очень жаль.
– Может, не будем развивать эту тему? – шепчет она дрожащим голосом. – Я ценю твои соболезнования, но носить статус скорбящей вдовы…
У меня болит в груди, потому что я даже не могу представить, каково ей.
– Выматывает?
– Да. – Она сжимает кольцо с большим бриллиантом, свисающее с тонкой золотой цепочки на шее. – Когда Джош был жив, люди общались со мной только потому, что я его невеста… А теперь они делают это из сочувствия. – Ее глаза снова находят мои. – Было бы неплохо встретить настоящего друга, которому я понравлюсь такой, какая я есть, понимаешь?
Я киваю.
– В любом случае, – говорит она, меняя тему, – всегда хотела стать пресс-агентом, поэтому я благодарна за предоставленную возможность.
– Полагаю, больше всего проблем принесет Феникс. – Я морщусь. – Я постараюсь выполнять работу лучше, чтобы облегчить тебе задачу.
Скайлар хмурится.
– Феникс, безусловно, ходячая катастрофа, но он не самый проблемный участник группы.
Для меня это новость.
– Не самый?
Она грустно улыбается.
– Нет. Им был Джош. – Нечто непостижимое мелькает в выражении ее лица, а губы сжимаются в твердую линию. – Теперь эстафету подхватил его брат, Мемфис.
С уверенностью могу сказать, что она меня заинтересовала.
– А что не так с Мемфисом?
– Только, пожалуйста, держи эту информацию при себе. – Вздохнув, Скайлар потирает виски. – Хотя теперь это стало достоянием общественности благодаря вчерашней статье в TMZ.
Ой-ой.
– Не пророню ни слова.
Не смогла бы, даже если бы захотела, поскольку подписала документ о неразглашении. Кроме того, не Мемфиса я жажду уничтожить.
– Две девушки заявили, что беременны от него. – Она резко выдыхает. – Одна из них – известная звезда реалити-шоу, а другая…
Она обрывает себя на полуслове и отшатывается, будто ей физически плохо от того, что предстоит произнести.
– Другая – несовершеннолетняя, – выдавливает она мгновение спустя.
Теперь я понимаю, почему Скайлар выглядит так, словно ее вот-вот стошнит.
– Ого… Это…
– Знаю. – Сняв резинку с запястья, она собирает длинные светлые волосы в пучок на макушке. – Учитывая пьяные выходки Феникса и историю с Мемфисом, Чендлер решил, что пригласить меня в тур будет хорошей идеей.
И я понимаю почему.
– Ага… – Я замолкаю, когда дверь спальной зоны открывается и оттуда вываливаются Феникс и Мемфис.
На меня накатывает разочарование, как только я замечаю пустую бутылку в руке Уокера.
– Не обращайте на нас внимания, – бормочет Мемфис. – Мы просто пришли за добавкой.
Мы со Скайлар обмениваемся тревожными взглядами.
А потом встаем из-за стола и приступаем к решению проблем.
* * *
Я наблюдаю, как Скайлар перебирает стопку бумаг, пока мы сидим на диване в гримерке.
– Что ты делаешь?
– Поверь, ты не захочешь знать.
Могу сказать, что это только сильнее разжигает мое любопытство.
Почувствовав мой настрой, Скайлар морщится.
– Учитывая историю с Мемфисом, я решила сделать несколько таблиц с данными о каждой связи ребят и городах, в которых они происходили. Таким образом, смогу попробовать отследить хронологию.
 
– Откуда ты все это знаешь? – недоуменно моргаю я.
Конечно, Скайлар с группой уже четыре года, но она никак не может отследить каждую их интрижку.
– Ниоткуда. Вношу только тех, кого помню. – Она опять морщится. – А еще результаты последнего теста на венерические заболевания, который я заставила их сдать вчера. – Она обводит что-то ручкой. – Не хочу больше никаких сюрпризов или статей в TMZ.
Не могу ее в этом винить.
Меня вновь одолевает любопытство, и я прожигаю взглядом стопку бумаг. Не могу не задаться вопросом, насколько длинный у Феникса список любовниц.
Однако Скайлар подмечает мой интерес, когда я пытаюсь подсмотреть.
– Джордж или Феникс?
– Что? – спрашиваю я, когда трек, который играла группа, подходит к концу.
Поскольку Феникс больше не исполняет мою песню, они могут вернуться в любой момент.
– Ты не кажешься мне глупой, Леннон. – Ее голос понижается до заговорщического шепота. – Кто тебя интересует? Джордж или Феникс?
– Ни один из них.
Хотя мне нравится Скайлар, я не в восторге от вопроса с подвохом.
На ее лице появляется обида.
– А я-то думала, что мы станем подругами.
Меньше всего мне хочется огорчать человека, которому и так есть из-за чего расстраиваться.
– Джордж, – вру я, потому что не желаю, чтобы у нее сложилось неверное представление о моих чувствах к Фениксу.
Она изучает меня, пока зал заполняют первые несколько тактов песни Cryin’ группы Aerosmith.
– Почему они ее играют?
Скайлар надевает колпачок обратно на маркер.
– Пока Феникс опрометчиво продолжает отказываться исполнять Sharp Objects, я велела ему отдать дань уважения любимым артистам и спеть одну из их песен в конце каждого выступления. Таким образом, мы сможем обратить его упрямство в позитивное русло, и фанаты отчасти перестанут так жаловаться.
С точки зрения пиара это гениальный ход, но лично мне он ненавистен.
Мне нравилось наблюдать, как Феникс страдает, когда приходило время петь мою песню.
– Джордж чист, – говорит мне Скайлар, укладывая стопку бумаг в огромную сумку. – И, насколько мне известно, единственная девушка, которая его хоть отдаленно интересует… это ты.
Ну и ну.
– Верно.
Скайлар пристальнее присматривается ко мне.
– Что-то мне подсказывает, что ты не чувствуешь того же.
Я пожимаю плечами, ощущая неловкость из-за ее допроса.
– Джордж милый.
– Милый парень сродни поцелую смерти, – фыркает она.
Черт бы ее побрал.
– Это не так, – защищаюсь я. – Милые парни довольно хороши.
– Мило, когда пожилой мужчина придерживает дверь для своей жены. Мило, если шестилетний мальчуган протягивает тебе сорняки, которые он считает цветами. Но нельзя называть милыми парней, с которыми хочешь заняться горячим грязным сексом. – Ее губы подергиваются от веселья. – Он тебе даже не нравится.
Мы могли бы это исправить.
Если бы один придурок исчез с горизонта.
– Не знаю. Пока рано делать выводы.
Уверена, что дома в моем холодильнике найдется сыр, который я знаю дольше, чем Джорджа. Кроме того, я в любой момент предпочту милого парня хладнокровному вору.
– Феникс тоже чист, – говорит Скайлар, когда песня подходит к концу.
Я молчу.
Однако прямо перед тем, как группа врывается в комнату, она сжимает мою руку и шепчет:
– Безопасность не всегда самый надежный вариант, Леннон.
Я уже собираюсь попросить ее высказаться более ясно, но тут входит Феникс.
Мне хочется стереть с его великолепного лица эту насмешливую ухмылку, когда он подходит к дивану.
– Смотрите, кто наконец-то нашел гримерку.