Чужой Владыка (СИ)

Минуты текли неспешно, бой понемногу подходил к финалу, а первые беглецы уже побежали с поля боя. Дав мыленную команду Фрэки вести свою стаю на охоту, сам я продолжил наблюдать. Пал лич, командующий нежитью, сожжённый дотла потоками пламени. Были полностью вырезаны сначала заклинатели теней, а потом и жрецы Зон-Кутона, только перед смертью осознав, что пирсинг и тонкая кожа — плохая защита против двуручного меча. Расправились даже с парочкой нимф, что руководили феями, одну размозжили палицей, а двух других просто порубили в салат. Пали и два огромных дракона, белые исполины нашли свою смерть от клыков собратьев и клинка драконорожденного.
Вот-вот войска сметут последние заслоны и доберутся до ведьм, тогда Яга точно себя покажет, но ничего так и произошло. Точнее, произошло, ведьмы попытались сбежать. Плюнув на всё, я ударил метеоритным дождём по их позициям, заставив защитный купол сначала засиять, а потом со звоном проломиться. Несколько каменных глыб попали в защитный периметр и, взорвавшись, забрали с собой десятки ведьм. Метеориты продолжили бить по куполу, пожирая ману, взамен они уносили десятки жизней. Характерное для телепортации искажение пространство ознаменовало финал битвы. Большая часть ведьм сбежала, а балор решил повеселиться.
Огромный демон появился среди боевых порядков и начал сеять смерть огненным кнутом, расплавляя латы и прожигая плоть. Могучий повелитель Бездны явно веселился, а значит, пора с ним заканчивать, больше просто не кому. Шаг Сквозь Пространство, и огненный хлыст был остановлен.
— А, это ты, букашка, — оскалив клыкастую пасть, демон впился в меня своими злобными глазами, — я чувствую на тебе метку своего брата.
Демон посмотрел на мою левую руку и расхохотался.
— Я принесу ему твою душу как подарок, готовься к смерти и вечным мукам, — прокричал он, но не смог сделать первый шаг.
Пока он разглагольствовал, я готовился к бою, подбирая заклинания и давая инструкции духам.
Раз, и под копытами демона пропадает земля, а следом из неё выстреливают каменные шипы, напитанные моей новой силой. Два, и в его морду бьёт золотистое пламя, полностью лишая зрения. Три, Удары Бури начинают разрывать его конечности, оставляя на его теле глубокие рытвины. Четыре, Убийца Чудовищ летит к его шее, жадно вгрызаясь в пропитанную скверной плоть. Пять, наполовину отрубленная голова демона полностью отделяется от тела вторым ударом. Всё, бой закончен.
Победоносный рёв заполнил всё вокруг, затмевая любые другие звуки. Выжившие воины радовались и не сдерживали свои эмоции. Покалеченный, уставшие и залитые свое и чужой кровью, они искренне радовались, что пережили этот день.
Всё поле было завалено трупами.
Лежал мёртвый Дромур, а недалеко от него с застрявшей в голове секирой валялся молодой линнорм. Захлёбывалась кровью Эйр, пока с неё пытались снять вогнутый панцирь. Максимус был без сознания, а торчащая у него из руки кость — это всё что от неё осталось. Кальтир держался за выбитый глаз, а от Рагнара осталась лишь верхняя половина тела. Смерть и страдания, вот что я видел за фасадом победы. Самое же противное было в том, что не ожидай я прихода Бабы Яги, всё кончилось бы намного быстрее, а главное менее кроваво. И вот он я, полный сил, стою посреди бойни.
Сменив секиру на посох, я вдруг понял, что должен сделать. Собрав всю свою силу, всю силу, что я получил, освятив первое капище, и что сейчас витает вокруг, я вложил её в одно Желание. Пусть произойдёт Чудо!
Ярчайшая вспышка света осветила округу, на миг, затмив само солнце.
 Глава 36 
  
 Завоеватель 
Красный Зуб был виден издалека, точнее не сам город, а его цитадель, чьи башни возвышались над заснеженной равниной на многие километры вокруг. Остальная часть города почти сливалась с пейзажем, за счёт занесённых снегом крыш и приземистости домов. Щёлкнув бичом, я заставил «скакунов» ускорить шаг.
— Отец, — спросил Георгий, едя на коне рядом, — может, не стоило так спешить?
— Мы это уже обсуждали, — щёлкнув бичом ещё раз, я заставил ленивого «скакуна» быстрее перебирать ногами, — даже ночевать на поле трупов — не самая лучшая идея, да и что ты предлагаешь? Заняться разделкой половины бестиария?
— Нет, но хотя бы сутки отдыха солдатам не помешали бы, — стоял на своём он.
— Сейчас войдём в Красный Зуб и отдохнём, в тепле и под крышей.
— Ты настолько уверен, что боя не будет? Насколько я помню из сведений, что собрала Искра, здесь больше всего военного люда, чем во всём остальном Иррисене, — бросив напряжённый взгляд на приближающиеся башни, продолжил настаивать на своём он.
— Но у нас есть прекрасная отмычка, — взмахнув бичом, я прошёлся им по спине главного «скакуна», — правда, ваше сиятельство Авранов Эльванна?
Покрытый свежими ранами звероватого вида мужчина, чья левая кисть висела у него на шее, ничего не ответил, но исправно шагал вперёд, таща за собой сани. Молчание сохраняли и его приближённые, что помогали своему господину нести свою новую ношу.
— Тем более, — продолжил я, — наш новый друг поделился с нами последними сведениями, что в его городе гарнизона осталось человек двести, остальные отправились на битву.
— Если он не соврал, — бросив угрюмый взгляд на резвых «скакунов», Георгий продолжил путь в молчании.
Я же начал внимательно наблюдать за творящимся в городе безобразием. Используя дальновидение, было прекрасно видно, что сейчас творится между домов. А творился там истинный хаос: кто-то пытался добраться до складов и лавок, кто-то баррикадировал дома, а немногие повстанцы прямо сейчас резали остатки верного гарнизона по углам. Чего только стоит сцена, где худенькая девчушка раз за разом втыкает даже не нож, обломок кости, в район глаз воину-ядвига.
— Тпру, родимые, — натянув поводья, я заставил скакунов остановиться, с удовольствием наблюдая, как меняются в лице все, кто наконец-то рассмотрел нашу процессию.
На лицах немногочисленной стражи, оставленной для поддержания порядка, был шок и ужас. Шок из-за десятков саней, в кои были запряжены те, что пережил вчерашнюю битву: ядвига, великаны, зимние волки. А вот ужас был в другом. После боя, когда призванные на помощь герои вернулись в свои обители, мы остались одни. Тысячи живых и недавно воскрешённых, залитые своей и чужой кровью, в разрубленных, смятых и перекрученных доспехах, именно их я поставил во главе армии. Со стороны было такое чувство, что на бой пришла армия свежих мертвецов.
Нас никто не собирался останавливать, и стража, и горожане, просто смотрели, как войско заполняет улицы. Внимательно следя за окнами домов, я продолжал сохранять гордый вид и не обращал внимания на настороженные взгляды. Остановился я только перед воротами цитадели, где раньше заседал герцог, превращённый в тягловую скотину.
— Чего стоишь? — подняв голову, обратился я к застывшим над воротами стражникам, — Открывай ворота, хозяин приехал! — особо сильным ударом бича, я опрокинул Авранова Эльванна на землю, распоров ему кожу на голове.