Чужой Владыка (СИ)

— А что на счёт миров, где о магах остались только сказки и мифы, там тоже есть магия? — решил продолжить узнавать новое я.
— Нет, конечно, — немного возмущённо ответил он, — чем ты слушал? Эфир — нестабилен и непостоянен, его течения изменчивы и капризны, какие-то миры, как Голарион и его соседи — купаются в потоках чистой магии, пока некоторые сферы отброшены далеко за пределы основных течений. Если ты будешь слушать меня внимательно, то я покажу тебя как даже в таких мирах остаться магом. Смотри, слушай, чувствуй, познай.
Обучение у отшельника было странным, он почти ничего не объяснял, заставляя самостоятельно интерпретировать ощущения, исходящие от него. Он изменялся, меняя… волны силы, тянул и изменял тончайшие потоки маны, играя с ними как неугомонный ребёнок.
Сначала я ничего не понимал. Пытался понять, что именно он демонстрирует, как перестраивает сырой эфир, появляющийся вокруг него. Что-то подобное я чувствовал, когда стоял на краю деми-плана, защищённый от буйства энергий лишь тонким слоем защитного поля, создающего островок порядка в вечно меняющемся буйстве хаоса.
— Почувствуй не саму силу, а её исток, — тихо произнёс отшельник через несколько часов сидения на одном месте, — ощути тот незначительный барьер, что отделяет нас от вселенского океана.
Следуя его указаниям, я начал магическим восприятием пытаться нащупать указанный им барьер. Не знаю, час или два, а может и намного больше, я безрезультатно пытался почувствовать этот самый барьер. Казалось, отправляемые импульсы просто уходят в никуда, а щупы из магии ищут пылинку в космической пустоте. Прорыв произошёл, когда я перестал пытаться ощутить источник магии вовне, и начал искать его внутри себя. Две точки, что-то в глубинах той сущности, что казалось, была самой душой и крохотный отклик в руке. Обожжённая пламенем Бездны, с навеки вплавленным в неё кольцом, сейчас рука казалась чем-то инородным, чем-то имеющим совершенно другую природу.
— Правильно, продолжай, — раздался вдалеке голос отшельника.
Не тратя время на самобичевание, ведь стабильный прокол в эфир всё это время был со мной, я начал аккуратно ощупывать слившееся с плотью кольцо.
— Только ощути его, не меняй. Пойми, как этот прокол взаимодействует с тканью мира, ощути полотно.
Следуя наставлениям, я попробовал ощутить те же ощущения и в окружающем мире. Со временем, я действительно начал что-то ощущать, но это был не привычный защитный купол или некий барьер, что ограничивает определённую область в пространстве, а нечто совершенно иное. Защищающий реальный мир от потоков эфира барьер был везде, он пронизывал всё пространство вокруг, каждый кусочек окружающей реальности.
— Хорошо, — раздался еле слышимый голос отшельника, — а теперь ощути, как свободный эфир просачивается через этот барьер, ощути тончайшие ручейки силы.
Сжать своё восприятие оказалось сложно. Видеть слабые волны магии, исходящие от меня и старца было просто, но рассмотреть что-то столь незначительное — почти нереально. Во всяком случае, мне так казалось. Ощущение времени пропало уже давно, так что не знаю, сколько времени прошло конкретно, но в один миг на задворках сознания появилось новое ощущение. Даже не ручейки, скорее тончайшие волоски, что, проходя через всеобъемлющий барьер, тут же распадались и смешивались с общим магическим фоном.
— Всё правильно, ты ощутил, как эфир появляется в нашем мире, — голос старика стал немного чётче, — а теперь, попытайся перехватить один потоков, и взять его под контроль, не пытайся что-то с ним сделать, просто соединись с ним.
  
Следующие несколько дней, недель, а может и лет, я следовал указаниям отшельника. Он рассказывал, как сплетать и расширять каналы связи с эфиром, как черпать из него силу и отфильтровывать её. Предупреждал о жадности и поспешности, и платы за них. Последним уроком стал способ подключаться и подстраивать поток эфира под нормальный относительно Голариона фон.
— Если ты не забросишь обучение, то в любом мире сможешь получить доступ к знакомой магии, — когда я открыл глаза, пещера осталась всё той же, — магия едина, но её течения, их сила и окрас, изменяется от мира к миру. Прояви настойчивость, и даже зоны дикой или мёртвой магии потеряют всякую опасность.
— Фух, — устало выдохнул я, только выйдя из своеобразной медитации поняв, насколько всё же устал, — буду стараться, а то не хочется потерять всё, чему смог научиться.
— В большинстве миров, — вновь присосался к заветной фляжке старец, — магия похожа, и ты даже не заметил бы изменений, но теперь, при должном упорстве, отрезать тебя от магии будет невозможно.
— Даже антимагическими артефактами и холодным железом? — решил уточнить я.
— Они являются частью этого мира, они воздействуют на магию, являясь частью целого, — с хитринкой в голосе произнёс он, — всё возможно.
— Хух, — кое-как встав и пошевелив затёкшими конечностями, я поклонился старцу, — благодарю за дарованную мудрость.
— Я всего лишь сделал то, ради чего живу, — спокойно ответил он, — и твой вопрос был одним из самых интересных, что я слышал. Ступай.
— Перед тем, как уйду, можно задать ещё пару вопросов? — не удержался я.
— Задавай, — слегка раздражённо ответил отшельник, огладив бороду.
— Почему вы делитесь своей мудростью со всеми, кто приходит сюда?
— Таков выбранный мной гейс, делиться знаниями со всеми, кто спросит, — немного печально улыбнулся он, — для обретения знаний и понимания магии, сначала я отказался от глаз, теперь, делюсь мудростью со всеми кто её жаждет.
— А в опасную пустыню вы отправились, чтобы вас не донимали докучливые просители?
— Вижу, твоё понимание мира достаточно, чтобы самому зваться мудрецом, — негромко засмеялся собеседник.
— Тогда второй и последний вопрос. Сколько мы здесь просидели?
— Смотря, с какой стороны посмотреть, если изнутри пещеры, то десятки лет, — вздрогнув всем телом, я начал быстро строить планы, что могло произойти, за столько долгое моё отсутствие, но из размышлений меня вырвал очередной приступ смеха старика, — а если посмотреть снаружи, то всего несколько часов.
— … — не знаю, что во мне сейчас было больше, облегчения от того, что я не потерял десяток лет, или желания прибить ехидно усмехающегося старика, — тогда, я лучше пойду.
— Да, иди.
Покинув пещеру скорым шагом, я буквально выбежал из расщелины на открытое пространство. Сплетя поисковые чары, я с облегчением обнаружил, что огонёк Эйр, продолжил сиять в направлении города, а отметки остальной семьи были там, где и должны быть. Плюнув под ноги, я активировал телепортацию и спустя миг был уже недалеко от городских ворот.
То, что отшельник мог играть со временем, я в принципе догадывался, по некоторым слухам, к нему в пещеру бывало, заходили молодые юноши, а выходили седые старцы, но почувствовать нечто подобное на себе лично — это совершенно другое. За время моего отсутствия почти ничего не поменялось, разве что у прохожих из взгляда пропала паника, а от толп на улице города пропало ощущение нервозности.